Фандом: Ориджиналы. Огонь и вода — сочетание не лучшее. Или пламя погаснет, или влага испарится… И даже если между стихиями стоят плоть, кровь и разум, обычно их взаимодействие не назовешь удачным. Но иногда противоположности сходятся в гармонии, а не борьбе. И порою этот союз оказывается удивительно прочным.
Добавить в моё избранное
162 мин, 14 сек 20908
Как раз для того, чтобы не бросать Литу наедине с матерью.
Сэтх опустился рядом, погладил девушку по золотисто-рыжим волосам — у всех саламандр они были яркими, но отличались оттенками — ненавязчиво подсунул хвост. Почему чешуйчатая конечность пришлась настолько по вкусу огненному семейству, наг так и не понял, но активно эксплуатировал, когда нужно было кого-то успокоить. Или порадовать. Хотя временами, конечно, хотелось возопить: «Это мой хвост, а не тискательная игрушка!» Сработало и сейчас: саламандрочка вцепилась в него, глотая слезы, ткнулась носом в прохладную чешую, плача уже потише.
Райс присел рядом на корточки, обнял сестру, почувствовал, как присел рядом брат, тоже обнимая младшенькую.
Огонь внутри горел ровно и ярко, наконец-то унявшись, не заставляя безумствовать и рвать жилы в попытке сделать невозможное. Что он хотел, сбылось: семья наконец была рядом. А вред, причиненный матерью… Вылечится, забудется, пройдет, как высыхали сейчас слезы на щеках Литы.
— Ну что, будешь смотреть подарки?
Да, пришлось продать ту, старую квартиру, но Сэтх по этому поводу ни капли не переживал. Что тут было ползти-то до района — ну лишние полчаса, подумаешь. Занятий с детишками отменять не пришлось, да и вообще, старых знакомых общительный наг не потерял, как и своей мастерской. Он боялся, что администрация возьмется за эти коммуникации, но реконструкция пока двинулась в другую сторону, оставив район в покое, и можно было смело продолжать считать это место своим. И сделать пандусы, по которым наконец-то удобно было ползти вниз.
Хвост шуршал по доскам, Сэтх блаженно жмурился, предвкушая, как Райс будет радоваться подарку. Всех остальных членов семьи наг уже поздравил с праздником — пусть и только своим, но чем не повод поднять настроение и саламандрам тоже, одарив их приятной вещью? Остались только Райс с младшенькой, Литой, и Сэтх ожидал найти их внизу, у резервуара.
Так и оказалось, Райс тренировал сестренку, уча управляться с внутренним огнем. Жизнь с матерью, пусть и под присмотром среднего брата, девочку почти подкосила. Она с большим трудом контролировала эмоции, подолгу не могла успокоиться, если случалось что-то, веселившее её или вгонявшее в грусть. А уж когда злилась — худо становилось всем вокруг, Сэтх несколько раз еле успевал тушить начинающиеся пожары.
Так что занятия были необходимостью, и Райс относился к ним со всем вниманием, тем более что сам несколько лет назад успешно брал уроки у мастера своего народа. Магом, конечно, не стал, но практику подтянул и теперь выплясывал, показывая замершей в стороне сестренке сложную цепочку движений.
Сэтх замер, покачиваясь на месте. Наги тоже знали толк в мистических плясках сродни шаманским — взять хотя бы их знаменитый телесный гипноз, которым все змеелюды хотя бы на начальном уровне овладевали инстинктивно. Но это… Танец саламандра совсем не походил ни на тягуче-завораживающий танец гипноза, ни на гибко-извилистый разговор с магией. Наверное, так мог бы танцевать сам огонь, если бы обрел человеческий облик.
Наг встряхнулся, пытаясь стряхнуть нахлынувшее наваждение. Порой творческое мышление и способность «видеть» яркие образы срабатывали против него, буквально выбивая из реальности туда, где перед мысленным взором разворачивалась история. Саламандра в пламени, саламандра, танцующая с пламенем, рев лесного пожара и ласково лизнувший щеку язычок, почти не оставивший ожога… Наг еще раз встряхнулся и нарочито скрипнул дверью. Услышат, и если можно прерваться — прервутся. А если нет, лучше не мешать.
Райс все-таки доплясал, закончил привычным резким движением, будто отшвыривая что-то. Но, похоже, огня он в это не вкладывал — ничего не взорвалось, не взметнулось облако пара. Просто саламандр выпрямился, откинул с лица отросшие волосы и с улыбкой обернулся к нагу.
Сэтх изобразил рукой восхищенный жест, чуть потрепетал кончиком языка между губ — знак сильных эмоций.
— Смотрится потрясающе. Почему ты раньше не показывал?
— Да как-то… — Райс пожал плечами. — Повода не было.
Он не врал: действительно, зачем? Вспышек, подобных той, за которую ему до сих пор было стыдно, больше не случалось — не было ничего, что настолько бы выбивало из колеи. А обычная злость — так можно было прийти сюда и самому, а потом просто посидеть немного, отдыхая, как раз хватало, чтобы собраться с мыслями, обдумать проблему и восстановить пошатнувшееся спокойствие.
Сэтх опустился рядом, погладил девушку по золотисто-рыжим волосам — у всех саламандр они были яркими, но отличались оттенками — ненавязчиво подсунул хвост. Почему чешуйчатая конечность пришлась настолько по вкусу огненному семейству, наг так и не понял, но активно эксплуатировал, когда нужно было кого-то успокоить. Или порадовать. Хотя временами, конечно, хотелось возопить: «Это мой хвост, а не тискательная игрушка!» Сработало и сейчас: саламандрочка вцепилась в него, глотая слезы, ткнулась носом в прохладную чешую, плача уже потише.
Райс присел рядом на корточки, обнял сестру, почувствовал, как присел рядом брат, тоже обнимая младшенькую.
Огонь внутри горел ровно и ярко, наконец-то унявшись, не заставляя безумствовать и рвать жилы в попытке сделать невозможное. Что он хотел, сбылось: семья наконец была рядом. А вред, причиненный матерью… Вылечится, забудется, пройдет, как высыхали сейчас слезы на щеках Литы.
— Ну что, будешь смотреть подарки?
Бонус. А пару лет спустя…
Большая семья — большой дом. В голове Сэтха эти два понятия были связаны накрепко, и поэтому они с Райсом и его младшими, кто уже зарабатывал, вскладчину выкупили целый особняк, стоявший неподалеку от обновленного парка — то ли в пригороде, то ли еще в городской черте. Успели, поймали момент, пока район не стал элитным и земля не взлетела в цене так, что не подступишься. Теперь потихоньку подновляли слегка обветшалое здание, делая его действительно своим гнездом.Да, пришлось продать ту, старую квартиру, но Сэтх по этому поводу ни капли не переживал. Что тут было ползти-то до района — ну лишние полчаса, подумаешь. Занятий с детишками отменять не пришлось, да и вообще, старых знакомых общительный наг не потерял, как и своей мастерской. Он боялся, что администрация возьмется за эти коммуникации, но реконструкция пока двинулась в другую сторону, оставив район в покое, и можно было смело продолжать считать это место своим. И сделать пандусы, по которым наконец-то удобно было ползти вниз.
Хвост шуршал по доскам, Сэтх блаженно жмурился, предвкушая, как Райс будет радоваться подарку. Всех остальных членов семьи наг уже поздравил с праздником — пусть и только своим, но чем не повод поднять настроение и саламандрам тоже, одарив их приятной вещью? Остались только Райс с младшенькой, Литой, и Сэтх ожидал найти их внизу, у резервуара.
Так и оказалось, Райс тренировал сестренку, уча управляться с внутренним огнем. Жизнь с матерью, пусть и под присмотром среднего брата, девочку почти подкосила. Она с большим трудом контролировала эмоции, подолгу не могла успокоиться, если случалось что-то, веселившее её или вгонявшее в грусть. А уж когда злилась — худо становилось всем вокруг, Сэтх несколько раз еле успевал тушить начинающиеся пожары.
Так что занятия были необходимостью, и Райс относился к ним со всем вниманием, тем более что сам несколько лет назад успешно брал уроки у мастера своего народа. Магом, конечно, не стал, но практику подтянул и теперь выплясывал, показывая замершей в стороне сестренке сложную цепочку движений.
Сэтх замер, покачиваясь на месте. Наги тоже знали толк в мистических плясках сродни шаманским — взять хотя бы их знаменитый телесный гипноз, которым все змеелюды хотя бы на начальном уровне овладевали инстинктивно. Но это… Танец саламандра совсем не походил ни на тягуче-завораживающий танец гипноза, ни на гибко-извилистый разговор с магией. Наверное, так мог бы танцевать сам огонь, если бы обрел человеческий облик.
Наг встряхнулся, пытаясь стряхнуть нахлынувшее наваждение. Порой творческое мышление и способность «видеть» яркие образы срабатывали против него, буквально выбивая из реальности туда, где перед мысленным взором разворачивалась история. Саламандра в пламени, саламандра, танцующая с пламенем, рев лесного пожара и ласково лизнувший щеку язычок, почти не оставивший ожога… Наг еще раз встряхнулся и нарочито скрипнул дверью. Услышат, и если можно прерваться — прервутся. А если нет, лучше не мешать.
Райс все-таки доплясал, закончил привычным резким движением, будто отшвыривая что-то. Но, похоже, огня он в это не вкладывал — ничего не взорвалось, не взметнулось облако пара. Просто саламандр выпрямился, откинул с лица отросшие волосы и с улыбкой обернулся к нагу.
Сэтх изобразил рукой восхищенный жест, чуть потрепетал кончиком языка между губ — знак сильных эмоций.
— Смотрится потрясающе. Почему ты раньше не показывал?
— Да как-то… — Райс пожал плечами. — Повода не было.
Он не врал: действительно, зачем? Вспышек, подобных той, за которую ему до сих пор было стыдно, больше не случалось — не было ничего, что настолько бы выбивало из колеи. А обычная злость — так можно было прийти сюда и самому, а потом просто посидеть немного, отдыхая, как раз хватало, чтобы собраться с мыслями, обдумать проблему и восстановить пошатнувшееся спокойствие.
Страница 42 из 46
