Гамбит на троих, или Ход бараном

Гермиона рефлекторно отпрянула, и он пронёсся как раз по тому месту, где она только что стояла. Выскочив из сарая на яркий свет, баран неожиданно остановился, покрутил головой и, видимо, потеряв ко всему интерес, принялся беззаботно щипать траву.

Гермиона опустилась на землю, чувствуя, что сердце колотится так, словно вот-вот выпрыгнет из груди.

Из-за дверного косяка настороженно выглянул Живоглот. Оценив ситуацию, он вышел из пристройки, важно задрал хвост, победоносно прошествовал мимо сидящей на земле хозяйки и скрылся в кустах.

Продолжая пощипывать травку, баран неспешно приближался к Гермионе и вскоре оказался практически рядом. Он был небольшой, ростом всего около трёх футов, заросший густой, длинной белой шерстью, но с абсолютно чёрной мордой и небольшими черными пятнами вокруг глаз, на коленях и у самых копыт. Голову его венчали торчащие в разные стороны закрученные рога.

— Откуда ты взялся? — произнесла Гермиона почти шёпотом, опасаясь снова напугать барана. — И зачем Минерва с Поппи тебя заперли?

Ответа, естественно, не последовало. Зато раздалось шуршание — барашек наткнулся на выпавший из кармана Гермионы разорванный пакет с жевательным мармеладом. Захватив подвижными губами конфетку, он начал её пережёвывать, быстро двигая челюстями и показывая мелкие белые зубы.

— А ты, оказывается, сладкоежка, — улыбнулась Гермиона.

Баран искоса посмотрел на неё, и Гермиона осмелела. Протянув руку, она дотронулась до шелковистой шерсти, провела рукой по горбоносой морде и на своих пальцах заметила кровь. Похоже, это Живоглот оставил на носу барана несколько глубоких порезов своими когтями. Гермиона растерялась — как лечить животных она не знала.

— Пойдём к мадам Помфри, попросим её помочь тебе, — с этими словами она встала и шагнула в сторону замка.

Баран не двинулся с места. Тогда Гермиона достала из пакета мармеладку и положила её на ладонь. Барашек переступил с ноги на ногу, пожевал губами, подошёл ближе и забрал конфету. Приманивая барана таким способом, Гермиона привела его в замок. В холле она убрала пакетик с мармеладом в карман и погладила барашка по спине.

— Наверное, ты не сможешь подняться по лестнице, — предположила она. — Подожди здесь, я приведу Поппи.

Но барашек, тычась мордой в карман, где лежали конфеты, упрямо следовал за ней, перескакивая со ступеньки на ступеньку.

В коридоре второго этажа они столкнулись с Помфри.

— Ну, как прогулка? — поинтересовалась она и вдруг переменилась в лице. — А он откуда здесь взялся?

— Это я привела, — Гермиона присела перед барашком, ласково потрепала его по шее и показала следы крови на мордочке. — Смотрите, как Живоглот поранил его. Вы ведь сможете залечить эти ранки? Только не прогоняйте его, пожалуйста.

— Его прогонишь, как же, — пробурчала Помфри. — Нет, ну надо же, всё-таки нашёл добрую душу, которая его пожалела. О чём только раньше думал?

— Что-то я не понимаю, Поппи, — Гермиона удивлённо посмотрела на мадам Помфри. — О чём он вообще может думать? Это же баран.

Помфри усмехнулась.

— Вот именно. Баран — он и есть баран. Ладно, — она пресекла готовые сорваться с губ Гермионы вопросы. — Веди его в лазарет. Будем лечить твоего страдальца.

Позже в Больничное крыло заглянула МакГонагалл. Увидев Гермиону, увлечённо кормившую барашка свежими листьями салата, доставленными из кухни, она ахнула. На звук из своих комнат вышла Помфри.

— Поппи, это… — голос Минервы дрогнул. — Это то, о чём я думаю?

Помфри молча кивнула.

— Но мы же… — МакГонагалл понизила голос, — мы же спрятали его.

— Я ходила туда, — мрачно ответила Помфри. — Он разгромил кладовую Помоны. Кое-какой порядок я там навела, но рассыпанную землю из ящиков и разбитые бутылки с удобрениями она нам не простит. Вот скажи, чего ему не хватало? Мы ему и траву оставили, и воду.

Гермиона слушала их и ничего не понимала. В конце концов она не выдержала.

— О чём вы говорите? Зачем вы его вообще заперли в сарае? Это милое животное, наверное, сбежало из загона Хагрида?

— Милое животное? — странно тонким голосом переспросила МакГонагалл.

— Минерва! — шикнула Помфри.

МакГонагалл осеклась, поджав губы.

— Вы что-то скрываете от меня? — Гермиона поднялась на ноги.

МакГонагалл и Помфри переглянулись. Гермиона вдруг вспомнила, что сегодня уже видела эти многозначительные переглядывания и перешла в наступление.

— Значит, так! Или вы мне сейчас же говорите правду, или я применю легилименцию! — сердито произнесла она. — Я предупреждаю!

— Ох, даже не знаю, как тебе сказать, — поспешно ответила МакГонагалл. — Дамблдор не хотел, чтобы ты узнала. Ты только не волнуйся. А лучше — вот, выпей ещё успокоительного.

Поппи суетливо протянула Гермионе флакон с зельем, и они с Минервой в очередной раз переглянулись.