Фандом: Гарри Поттер. Рон хотел стать лучше, и ему это удалось. Но оставаться «лучше» не так-то просто.
Добавить в моё избранное
68 мин, 6 сек 7636
Все остальные подарки вместе взятые обошлись мне в меньшую сумму, но, главное, мне хватило и на красивое перо для Теодора, и на фигурные закладки для книг для Фелисии, и на переливающиеся чернила, о которых недавно упоминал Грегори, и даже на небольшие наборы празднично упакованных конфет для всех остальных хороших знакомых.
Довольный собой, я вышел из магазина, пряча свой мешочек из драконьей кожи, в который были сложены все покупки, в карман, и завертел головой, высматривая друзей. Но вместо слизеринцев заметил Лонгботтома, болтающего с пустотой…
Пустота отвечала голосом Поттера.
Попытку Поттера уговорить декана отпустить его в Хогсмид без подписанного родителями (или, в его случае, опекунами) разрешения мы все видели, и отказ Стеллера слышали чётко, и всё же Поттер в Хогсмиде. Наглость меня возмутила. С чего этот мальчишка вообразил, что ему всё позволено?! Мало нам было двух месяцев с дементорами, из-за него охрану могут снова усилить…
Стараясь не привлекать к себе внимания, что было совсем не сложно в потоке бегавших из магазина в магазин студентов, я подобрался поближе и смог услышать часть диалога. Не раздумывая, я ухватил шедшего мимо Боула за руку и попросил немедленно привести старост… Пять минут спустя Поттер был разоблачён и уведён в Хогвартс под конвоем Маккены.
— Зачем, Рон? — негромко спросила Гринграсс, успевшая подойти вместе с Гойлом и Крэббом.
— А нечего правила нарушать, — буркнул я, не чувствуя угрызений совести за то, что выдал сокурсника. — Мы не друзья, чтобы я его прикрывал.
Дафна дёрнула плечом, но больше никак не прокомментировала мой поступок, а вот парни одобрили гадость, сделанную Мальчику-Который-Выжил. Меня же настолько захватила подслушанная информация, что обращать внимание на обсуждение я перестал почти сразу. Я даже не заметил, как мы переместились в «Три метлы», позволив друзьям вести меня.
Поттер едва не плакал, говоря Лонгботтому о том, что подслушал в этом самом пабе. Сириус Блэк — крёстный Гарри Поттера. Душевные страдания Поттера меня не трогали, и всё же сведения были интересными… Думать о нём было неприятно, потому я усилием воли выбросил эти мысли и включился в общий разговор.
В Хогсмиде мы в итоге задержались до самого вечера, и, надо сказать, прекрасно провели время. А по пути в школу мне на глаза попалась тощая чёрная псина, и я вспомнил о единственной собаке в школе — Клыке, с которого мысль перескочила на его хозяина. Хагрида уже отстранили от преподавания, пригласив на замену профессора Граббли-Дёрг, но это было лишь началом конца. Из-за скандала с Люпином директор явно опасался высовываться, и если раньше ещё пытался защитить лесника, то теперь умыл руки. Судьба Хагрида была незавидной. Мы все понимали, что Малфой и сам виноват в том, что случилось с гиппогрифом, и всё же были на его стороне: профессору, который не в состоянии контролировать учеников и учебный материал и допускающий возникновение опасных ситуаций — в Хогвартсе не место.
Грегори с Теодором снова приглашали меня в гости, но я отказался, несмотря на мольбы Джинни, которая хотела погостить у Ноттов, но не считала это возможным без меня. Однако я был настроен решительно.
— Джин, пойми, я не хочу быть должным.
— Мы же друзья!
— И в том числе поэтому я и отказываюсь, — вздохнул я.
Сестра не выглядела довольной, но отступила:
— Но летом ты согласишься! — припечатала она и покинула меня, отправившись радовать Асторию своим согласием приехать на каникулы.
В Нору мы оба возвращаться не желали.
Последний завтрак перед каникулами начался спокойно и даже весело. Со всех сторон доносились радостные восклицания и смех, студенты строили планы, договаривались о встречах вне школы… Совы появились точно по расписанию, но их было слишком много — писем перед самыми каникулами никто не ждал. Однако сразу же стало понятно, что дело не в письмах из дома — совы доставили экстренный выпуск «Ежедневного пророка».
— Сириуса Блэка поймали! — закричал кто-то быстро читающий из-за стола Равенкло.
Все уткнулись в газеты, даже те, кто не выписывал «Пророк», читали у соседей по столу…
На передовице было две колдографии: самого Блэка и Эммелины Вэнс — колдуньи, о которой раньше никому из нас не доводилось слышать. Из статьи все узнали, что Вэнс училась на факультете Гриффиндор вместе с Блэком, а после окончания Хогвартса по его рекомендации вступила в Орден Феникса, где они успели сблизиться и стать друзьями, и потому она знала его тайну.
«Сириус Блэк скрывал ото всех свою способность превращаться в животное. О том, что он анимаг, знали лишь самые близкие друзья», — говорила мисс Вэнс в интервью. А далее следовал рассказ, как, прогуливаясь в Хогсмиде, она увидела тощую чёрную собаку, в которой с немалым удивлением опознала бывшего друга и нынешнее разыскиваемое лицо номер один.
Довольный собой, я вышел из магазина, пряча свой мешочек из драконьей кожи, в который были сложены все покупки, в карман, и завертел головой, высматривая друзей. Но вместо слизеринцев заметил Лонгботтома, болтающего с пустотой…
Пустота отвечала голосом Поттера.
Попытку Поттера уговорить декана отпустить его в Хогсмид без подписанного родителями (или, в его случае, опекунами) разрешения мы все видели, и отказ Стеллера слышали чётко, и всё же Поттер в Хогсмиде. Наглость меня возмутила. С чего этот мальчишка вообразил, что ему всё позволено?! Мало нам было двух месяцев с дементорами, из-за него охрану могут снова усилить…
Стараясь не привлекать к себе внимания, что было совсем не сложно в потоке бегавших из магазина в магазин студентов, я подобрался поближе и смог услышать часть диалога. Не раздумывая, я ухватил шедшего мимо Боула за руку и попросил немедленно привести старост… Пять минут спустя Поттер был разоблачён и уведён в Хогвартс под конвоем Маккены.
— Зачем, Рон? — негромко спросила Гринграсс, успевшая подойти вместе с Гойлом и Крэббом.
— А нечего правила нарушать, — буркнул я, не чувствуя угрызений совести за то, что выдал сокурсника. — Мы не друзья, чтобы я его прикрывал.
Дафна дёрнула плечом, но больше никак не прокомментировала мой поступок, а вот парни одобрили гадость, сделанную Мальчику-Который-Выжил. Меня же настолько захватила подслушанная информация, что обращать внимание на обсуждение я перестал почти сразу. Я даже не заметил, как мы переместились в «Три метлы», позволив друзьям вести меня.
Поттер едва не плакал, говоря Лонгботтому о том, что подслушал в этом самом пабе. Сириус Блэк — крёстный Гарри Поттера. Душевные страдания Поттера меня не трогали, и всё же сведения были интересными… Думать о нём было неприятно, потому я усилием воли выбросил эти мысли и включился в общий разговор.
В Хогсмиде мы в итоге задержались до самого вечера, и, надо сказать, прекрасно провели время. А по пути в школу мне на глаза попалась тощая чёрная псина, и я вспомнил о единственной собаке в школе — Клыке, с которого мысль перескочила на его хозяина. Хагрида уже отстранили от преподавания, пригласив на замену профессора Граббли-Дёрг, но это было лишь началом конца. Из-за скандала с Люпином директор явно опасался высовываться, и если раньше ещё пытался защитить лесника, то теперь умыл руки. Судьба Хагрида была незавидной. Мы все понимали, что Малфой и сам виноват в том, что случилось с гиппогрифом, и всё же были на его стороне: профессору, который не в состоянии контролировать учеников и учебный материал и допускающий возникновение опасных ситуаций — в Хогвартсе не место.
Грегори с Теодором снова приглашали меня в гости, но я отказался, несмотря на мольбы Джинни, которая хотела погостить у Ноттов, но не считала это возможным без меня. Однако я был настроен решительно.
— Джин, пойми, я не хочу быть должным.
— Мы же друзья!
— И в том числе поэтому я и отказываюсь, — вздохнул я.
Сестра не выглядела довольной, но отступила:
— Но летом ты согласишься! — припечатала она и покинула меня, отправившись радовать Асторию своим согласием приехать на каникулы.
В Нору мы оба возвращаться не желали.
Последний завтрак перед каникулами начался спокойно и даже весело. Со всех сторон доносились радостные восклицания и смех, студенты строили планы, договаривались о встречах вне школы… Совы появились точно по расписанию, но их было слишком много — писем перед самыми каникулами никто не ждал. Однако сразу же стало понятно, что дело не в письмах из дома — совы доставили экстренный выпуск «Ежедневного пророка».
— Сириуса Блэка поймали! — закричал кто-то быстро читающий из-за стола Равенкло.
Все уткнулись в газеты, даже те, кто не выписывал «Пророк», читали у соседей по столу…
На передовице было две колдографии: самого Блэка и Эммелины Вэнс — колдуньи, о которой раньше никому из нас не доводилось слышать. Из статьи все узнали, что Вэнс училась на факультете Гриффиндор вместе с Блэком, а после окончания Хогвартса по его рекомендации вступила в Орден Феникса, где они успели сблизиться и стать друзьями, и потому она знала его тайну.
«Сириус Блэк скрывал ото всех свою способность превращаться в животное. О том, что он анимаг, знали лишь самые близкие друзья», — говорила мисс Вэнс в интервью. А далее следовал рассказ, как, прогуливаясь в Хогсмиде, она увидела тощую чёрную собаку, в которой с немалым удивлением опознала бывшего друга и нынешнее разыскиваемое лицо номер один.
Страница 15 из 19
