Фандом: Ориджиналы. Теперь-то он сообразил, что ему напомнили необычные глаза Серхи: именно такой расцветки была добываемая на землях людей яшма — невзрачный полудрагоценный камень, который, однако же, обладал сильными свойствами, связанными с магией и магическими существами. У людей яшма являлась одним из основных камней для защиты любимых и слабых, а также для подпитки и равновесия энергии магов земли. А вот у демонов… Для демона из Песков Огненных Мантикор яшма была… погибелью.
Добавить в моё избранное
232 мин, 1 сек 18058
Зачем всё это? Зачем обманывать себя и других? Никому не под силу справиться с мороком, насланным Серхой, кроме него самого. Зачем идти к другому, когда тот, к кому стремятся и тело, и душа, остался в этой комнате, подавленный из-за его, Сатори, грубости? Может, стоит вернуться, и… пусть оттолкнёт!
И только возможное согласие удерживало охотника от обратного шага — к нему он всё ещё не был готов, всё ещё боролся с собой, отчаянно взывая к задремавшей неприязни.
Лишь спустившись вниз, Шандир почувствовал некоторое облегчение — Аней'лин был уже здесь и, естественно, сразу увидел его, а значит, назад дороги нет.
При появлении мужчины в белоснежном одеянии движения стройного юноши в полупрозрачной тунике и шароварах, танцующего на двух сдвинутых столах, мгновенно стали томными, зазывающими и тягучими, будто патока. Ани следил за демоном из-под длинных светлых ресниц, ведя тонкими ладонями по бёдрам, белая гладкая кожа которых виднелась через прорези в ткани штанишек. На его изящных запястьях и лодыжках переливчато позвякивали браслеты с крошечными бубенчиками, а длинные серьги в острых ушках вторили им перезвоном монеток, их украшающих. Ласково улыбнувшись, эльф поднял руки и медленно повернулся вокруг своей оси, заманивая гибкими движениями бёдер и круглой попкой под плащом роскошных золотистых волос.
Конечно, танцовщик прекрасно знал, как это действует на принца из Песков Огненных Мантикор — обычно тот набрасывался на юношу, едва он слезал со своего импровизированного помоста, но… в этот раз что-то было не так с Сатори.
Вместо точёной фигурки Аней'лина, охотник, облокотившийся на стойку, видел иной силуэт, широкоплечий и крепкий, с вытянутым, точно у кошки, телом. Не светло-зелёные глаза звали, а тёмные, яркие, колдовские… И губы, и руки… и даже мысли были другими в голове Шандира: умеет ли Яспе танцевать так же плавно, или его движения были бы порывистыми, страстными, дурманящими, словно благовония жрецов?
Даже в глазах потемнело. Демон развернулся к Морану, пританцовывающему за стойкой с влюблённо-глупым выражением лица, и прорычал, стукнув кулаком по отполированной поверхности:
— Налей мне чего-нибудь покрепче!
— Как ты распалился, — протянул тавернщик, наградив его неодобрительным взглядом. — И чего тебе не сиделось в комнате?
— Ты нальёшь мне или нет? И, кстати, — принц махнул рукой в сторону лестницы наверх, — пошли кого-нибудь, пусть отнесут ему два кувшина вина.
Человек хмыкнул, подавая нетерпеливому Сатори стакан с тягучим багровым питьём.
— Тоже покрепче? Ну так и пили бы вместе, в чём проблема? Ладно-ладно, — торопливо пробормотал он, когда охотник сдёрнул с лица конец полотна карны и наклонился, гневно оскалившись. — Было бы из-за чего так кипятиться…
Да вроде бы и не из-за чего, но Шандира просто-таки трясло от ярости. Хотелось разбить или сломать что-нибудь, лишь бы дать выход тягостному напряжению, однако этому мешало уважение к хозяину и остатки природной сдержанности. Так что единственным выходом из этой ситуации оставалось залиться хмелем по глотку и наконец отрешиться от всего хотя бы на несколько часов.
Он опрокинул в себя вино и прижал ладонь тыльной стороной ко рту — напиток был чересчур крепким, но как раз таким, каким нужно. Хмель обжёг пустой желудок и хлынул в вены, разливая по сознанию демона муть и, как ни странно, отчётливое понимание — зря он спустился сюда. Ему не стало лучше, наоборот — к чувству безысходности и отчаяния прибавилось ещё и отвращение к самому себе. Лгун и, что хуже всего, трус, а ведь был всегда честен и смел в своих поступках…
Поморщившись от невозможности навалять некоему хвостатому тупице, Шандир жестом потребовал повторную порцию, за которой, одна за другой, последовали не меньше десятка её ядрёных сестриц. А может, и больше, он не вёл им счёт.
В конце концов принц так увлёкся, что Морану пришлось постучать по стойке, но тот уже и сам почувствовал — за мгновение до того, как вокруг его шеи обвились тонкие нежные руки, обоняния коснулся знакомый сладковато-свежий запах.
— Здравствуй, мой любимый! — Ани повис на мужчине, радостно заглядывая ему в глаза. — Я так скучал… никак не мог дождаться, когда же увижу тебя.
Сатори горько улыбнулся, пропустив мягкие золотые пряди волос между пальцами. Он просто ублюдок, ну что ему стоило остаться наверху и никому не трепать душу, не делать больно и не разбивать сердце этого мальчика, что так искренне радовался их встрече? Несмотря ни на что Аней'лин был ненавязчив и не стал бы беспокоить охотника, если бы тот не сошёл вниз. Ну расстроился бы, конечно, но…
Не так, нет, всё было бы не так. Впрочем… Шандир вполне может подарить ему немного ласки напоследок, это ведь несложно, правда?
Демон подхватил эльфа ладонями под маленькие ягодицы и понёс к лестнице.
И только возможное согласие удерживало охотника от обратного шага — к нему он всё ещё не был готов, всё ещё боролся с собой, отчаянно взывая к задремавшей неприязни.
Лишь спустившись вниз, Шандир почувствовал некоторое облегчение — Аней'лин был уже здесь и, естественно, сразу увидел его, а значит, назад дороги нет.
При появлении мужчины в белоснежном одеянии движения стройного юноши в полупрозрачной тунике и шароварах, танцующего на двух сдвинутых столах, мгновенно стали томными, зазывающими и тягучими, будто патока. Ани следил за демоном из-под длинных светлых ресниц, ведя тонкими ладонями по бёдрам, белая гладкая кожа которых виднелась через прорези в ткани штанишек. На его изящных запястьях и лодыжках переливчато позвякивали браслеты с крошечными бубенчиками, а длинные серьги в острых ушках вторили им перезвоном монеток, их украшающих. Ласково улыбнувшись, эльф поднял руки и медленно повернулся вокруг своей оси, заманивая гибкими движениями бёдер и круглой попкой под плащом роскошных золотистых волос.
Конечно, танцовщик прекрасно знал, как это действует на принца из Песков Огненных Мантикор — обычно тот набрасывался на юношу, едва он слезал со своего импровизированного помоста, но… в этот раз что-то было не так с Сатори.
Вместо точёной фигурки Аней'лина, охотник, облокотившийся на стойку, видел иной силуэт, широкоплечий и крепкий, с вытянутым, точно у кошки, телом. Не светло-зелёные глаза звали, а тёмные, яркие, колдовские… И губы, и руки… и даже мысли были другими в голове Шандира: умеет ли Яспе танцевать так же плавно, или его движения были бы порывистыми, страстными, дурманящими, словно благовония жрецов?
Даже в глазах потемнело. Демон развернулся к Морану, пританцовывающему за стойкой с влюблённо-глупым выражением лица, и прорычал, стукнув кулаком по отполированной поверхности:
— Налей мне чего-нибудь покрепче!
— Как ты распалился, — протянул тавернщик, наградив его неодобрительным взглядом. — И чего тебе не сиделось в комнате?
— Ты нальёшь мне или нет? И, кстати, — принц махнул рукой в сторону лестницы наверх, — пошли кого-нибудь, пусть отнесут ему два кувшина вина.
Человек хмыкнул, подавая нетерпеливому Сатори стакан с тягучим багровым питьём.
— Тоже покрепче? Ну так и пили бы вместе, в чём проблема? Ладно-ладно, — торопливо пробормотал он, когда охотник сдёрнул с лица конец полотна карны и наклонился, гневно оскалившись. — Было бы из-за чего так кипятиться…
Да вроде бы и не из-за чего, но Шандира просто-таки трясло от ярости. Хотелось разбить или сломать что-нибудь, лишь бы дать выход тягостному напряжению, однако этому мешало уважение к хозяину и остатки природной сдержанности. Так что единственным выходом из этой ситуации оставалось залиться хмелем по глотку и наконец отрешиться от всего хотя бы на несколько часов.
Он опрокинул в себя вино и прижал ладонь тыльной стороной ко рту — напиток был чересчур крепким, но как раз таким, каким нужно. Хмель обжёг пустой желудок и хлынул в вены, разливая по сознанию демона муть и, как ни странно, отчётливое понимание — зря он спустился сюда. Ему не стало лучше, наоборот — к чувству безысходности и отчаяния прибавилось ещё и отвращение к самому себе. Лгун и, что хуже всего, трус, а ведь был всегда честен и смел в своих поступках…
Поморщившись от невозможности навалять некоему хвостатому тупице, Шандир жестом потребовал повторную порцию, за которой, одна за другой, последовали не меньше десятка её ядрёных сестриц. А может, и больше, он не вёл им счёт.
В конце концов принц так увлёкся, что Морану пришлось постучать по стойке, но тот уже и сам почувствовал — за мгновение до того, как вокруг его шеи обвились тонкие нежные руки, обоняния коснулся знакомый сладковато-свежий запах.
— Здравствуй, мой любимый! — Ани повис на мужчине, радостно заглядывая ему в глаза. — Я так скучал… никак не мог дождаться, когда же увижу тебя.
Сатори горько улыбнулся, пропустив мягкие золотые пряди волос между пальцами. Он просто ублюдок, ну что ему стоило остаться наверху и никому не трепать душу, не делать больно и не разбивать сердце этого мальчика, что так искренне радовался их встрече? Несмотря ни на что Аней'лин был ненавязчив и не стал бы беспокоить охотника, если бы тот не сошёл вниз. Ну расстроился бы, конечно, но…
Не так, нет, всё было бы не так. Впрочем… Шандир вполне может подарить ему немного ласки напоследок, это ведь несложно, правда?
Демон подхватил эльфа ладонями под маленькие ягодицы и понёс к лестнице.
Страница 18 из 65
