Фандом: Ориджиналы. Теперь-то он сообразил, что ему напомнили необычные глаза Серхи: именно такой расцветки была добываемая на землях людей яшма — невзрачный полудрагоценный камень, который, однако же, обладал сильными свойствами, связанными с магией и магическими существами. У людей яшма являлась одним из основных камней для защиты любимых и слабых, а также для подпитки и равновесия энергии магов земли. А вот у демонов… Для демона из Песков Огненных Мантикор яшма была… погибелью.
Добавить в моё избранное
232 мин, 1 сек 18073
— снова начал Серха, и мастер прервал его лёгким жестом ладони.
— К тому же, если ты выбрал своего покровителя, то не считаешь ли, что с ним нужно решать такие проблемы? — И вот тут онемело наблюдающего за ними Шандира настигло ещё большее изумление — Яс вдруг густо покраснел до корней волос. — А теперь иди, — эльф убрал руку с плеча чародея и отступил на шаг назад, — и возвращайся к тому времени, когда на западе зацветут первоцветы. Тогда я буду ждать тебя здесь.
Ни слова не говоря, Яспе развернулся и торопливо пошагал с поляны.
— Ты сможешь, — целитель кивнул демону с улыбкой и как ни в чём не бывало вернулся к своему занятию у алхимического стола.
Сбежавшего парня принц отыскал только на месте их вчерашней стоянки — тот сидел у кромки воды, бездумно перебирая мелкие камушки, встрёпанный и раскрасневшийся, будто мчался бегом всю дорогу. Хотя, скорее всего, так и было. К этому моменту то злящийся, то волнующийся, то расстраивающийся Сатори немного поостыл и даже радовался, что маг дал ему время подумать. Теперь он хоть знает, с чего начать.
— Значит, ты у нас маг без магии, — хмыкнул охотник, встав над Серхой и сложив руки на груди.
— Сапожник без сапог, ага, — со смешком ответил тот.
— Ты говорил, что покровитель влияет на силу сопровождающего и что тот эльф ненавидел тебя — это он довёл до такого?
Чародей порывисто обернулся, и Шандир понял, что не ошибся с выводами. Впрочем, что ещё он мог подумать, имея так мало информации? Наплевав на белизну одеяния, демон уселся прямо на камни рядом с человеком и, прижавшись своим плечом к его, устремил взгляд на спокойную водную гладь, на которой, в заводи у самого берега, плавно покачивались красивые белые цветы какого-то водного растения.
— Да, — после долгого молчания произнёс Яспе. — Через год испытательного срока паре «покровитель-сопровождающий» ставят особые клейма — магическую привязку. Это очень сильная связь. И… если тебе, в течение нескольких лет, каждый день говорят, что ты полнейшее ничтожество, то, как бы ни был ты силён духом, поверишь рано или поздно.
— Но ведь дело не только в магии, а? — принц повернул лицо к собеседнику, внимательно следя за выражением его глаз. — Он тоже почуял в тебе кровь оборотней?
— В точку. Но если быть точным, дело было вовсе не в земляной магии. Никчёмным чародеем он считал меня за другие мои умения, которые сейчас мало где можно применить на практике.
— И что же это за умения, Яс?
— Шан, ты… только дай мне сказать, хорошо? Я… — парень нервно провёл ладонью по взъерошенным волосам. — В общем, мой отец был погонщиком ашонов. Ты же знаешь, кого у нас так называют?
Сатори кивнул. Ашонами у людей звали песчаных демонов — тварей настолько же огромных, раз в пять больше быка, сильных и выносливых, насколько и тупых и кровожадных. Но люди каким-то невообразимым способом научились утихомиривать их и приспособили для работы на рудниках, где сами работать не могли из-за ядовитой пыли или ещё каких препятствий.
— Знаю.
— Так вот погонщики обладают некоторыми магическими навыками — они умеют… управлять ашонами силой воли, как куклами. Как любой маг — с помощью… яшмы. — Охотник дёрнулся, и чародей отвёл взгляд. — А я… я могу всякого, кто имеет демоническую сущность, свернуть в бараний рог одним словом, одной мыслью без дополнительных ухищрений. Или ты думал, — зло повысил голос он, сжимая кулаки, — что Яспе, «яшма», меня назвали за красивые глаза?! Я ненавижу это имя! Ненавижу свои умения… особенно сейчас…
— Я понял, — глухо выдохнул Шандир, — хватит…
Он попытался встать, чтобы… уйти, немного осмыслить всё это, но его повело вбок и бросило лицом в камни. Измученное новостями и кошмарами сознание не выдержало потрясения, ударившего в едва доверившееся сердце.
… Кровь.
Капля по капле.
Мерный стук по утрамбованному песчаному полу выдернул затуманенное сознание из багровой пелены ярости. Скорчившийся на полу демон медленно поднял взгляд на окровавленное тело, висящее под потолком пещеры. С пальцев ног мёртвого мужчины тягуче капала кровь и звонко шлёпалась в застывающую багряную лужу.
— Отец… — словно пересыпаемый ветром песок, прошелестел в сумерках, разгоняемых только огнём в маленьком очажке, сорванный голос.
Юный принц, сам весь в крови и грязи, хотел подойти к телу, но споткнулся о другие, лежащие у его ног, и вновь упал на колени. Проклятые яшмовые путы на его запястьях не давали сделать ни единого лишнего движения, но он всё же закрыл глаза двум мертвецам, распростёртым, будто распотрошённые тряпичные фигурки, и только после поднялся.
При новом взгляде на подвешенное тело из груди юноши вырвался хриплый судорожный смех. Надо же, как, оказывается, дядя не любил короля, своего единственного близкого родственника, — если мать и брата Шандир убил быстро, то отца пришлось помучить, сдирая живьём кожу.
— К тому же, если ты выбрал своего покровителя, то не считаешь ли, что с ним нужно решать такие проблемы? — И вот тут онемело наблюдающего за ними Шандира настигло ещё большее изумление — Яс вдруг густо покраснел до корней волос. — А теперь иди, — эльф убрал руку с плеча чародея и отступил на шаг назад, — и возвращайся к тому времени, когда на западе зацветут первоцветы. Тогда я буду ждать тебя здесь.
Ни слова не говоря, Яспе развернулся и торопливо пошагал с поляны.
— Ты сможешь, — целитель кивнул демону с улыбкой и как ни в чём не бывало вернулся к своему занятию у алхимического стола.
Сбежавшего парня принц отыскал только на месте их вчерашней стоянки — тот сидел у кромки воды, бездумно перебирая мелкие камушки, встрёпанный и раскрасневшийся, будто мчался бегом всю дорогу. Хотя, скорее всего, так и было. К этому моменту то злящийся, то волнующийся, то расстраивающийся Сатори немного поостыл и даже радовался, что маг дал ему время подумать. Теперь он хоть знает, с чего начать.
— Значит, ты у нас маг без магии, — хмыкнул охотник, встав над Серхой и сложив руки на груди.
— Сапожник без сапог, ага, — со смешком ответил тот.
— Ты говорил, что покровитель влияет на силу сопровождающего и что тот эльф ненавидел тебя — это он довёл до такого?
Чародей порывисто обернулся, и Шандир понял, что не ошибся с выводами. Впрочем, что ещё он мог подумать, имея так мало информации? Наплевав на белизну одеяния, демон уселся прямо на камни рядом с человеком и, прижавшись своим плечом к его, устремил взгляд на спокойную водную гладь, на которой, в заводи у самого берега, плавно покачивались красивые белые цветы какого-то водного растения.
— Да, — после долгого молчания произнёс Яспе. — Через год испытательного срока паре «покровитель-сопровождающий» ставят особые клейма — магическую привязку. Это очень сильная связь. И… если тебе, в течение нескольких лет, каждый день говорят, что ты полнейшее ничтожество, то, как бы ни был ты силён духом, поверишь рано или поздно.
— Но ведь дело не только в магии, а? — принц повернул лицо к собеседнику, внимательно следя за выражением его глаз. — Он тоже почуял в тебе кровь оборотней?
— В точку. Но если быть точным, дело было вовсе не в земляной магии. Никчёмным чародеем он считал меня за другие мои умения, которые сейчас мало где можно применить на практике.
— И что же это за умения, Яс?
— Шан, ты… только дай мне сказать, хорошо? Я… — парень нервно провёл ладонью по взъерошенным волосам. — В общем, мой отец был погонщиком ашонов. Ты же знаешь, кого у нас так называют?
Сатори кивнул. Ашонами у людей звали песчаных демонов — тварей настолько же огромных, раз в пять больше быка, сильных и выносливых, насколько и тупых и кровожадных. Но люди каким-то невообразимым способом научились утихомиривать их и приспособили для работы на рудниках, где сами работать не могли из-за ядовитой пыли или ещё каких препятствий.
— Знаю.
— Так вот погонщики обладают некоторыми магическими навыками — они умеют… управлять ашонами силой воли, как куклами. Как любой маг — с помощью… яшмы. — Охотник дёрнулся, и чародей отвёл взгляд. — А я… я могу всякого, кто имеет демоническую сущность, свернуть в бараний рог одним словом, одной мыслью без дополнительных ухищрений. Или ты думал, — зло повысил голос он, сжимая кулаки, — что Яспе, «яшма», меня назвали за красивые глаза?! Я ненавижу это имя! Ненавижу свои умения… особенно сейчас…
— Я понял, — глухо выдохнул Шандир, — хватит…
Он попытался встать, чтобы… уйти, немного осмыслить всё это, но его повело вбок и бросило лицом в камни. Измученное новостями и кошмарами сознание не выдержало потрясения, ударившего в едва доверившееся сердце.
… Кровь.
Капля по капле.
Мерный стук по утрамбованному песчаному полу выдернул затуманенное сознание из багровой пелены ярости. Скорчившийся на полу демон медленно поднял взгляд на окровавленное тело, висящее под потолком пещеры. С пальцев ног мёртвого мужчины тягуче капала кровь и звонко шлёпалась в застывающую багряную лужу.
— Отец… — словно пересыпаемый ветром песок, прошелестел в сумерках, разгоняемых только огнём в маленьком очажке, сорванный голос.
Юный принц, сам весь в крови и грязи, хотел подойти к телу, но споткнулся о другие, лежащие у его ног, и вновь упал на колени. Проклятые яшмовые путы на его запястьях не давали сделать ни единого лишнего движения, но он всё же закрыл глаза двум мертвецам, распростёртым, будто распотрошённые тряпичные фигурки, и только после поднялся.
При новом взгляде на подвешенное тело из груди юноши вырвался хриплый судорожный смех. Надо же, как, оказывается, дядя не любил короля, своего единственного близкого родственника, — если мать и брата Шандир убил быстро, то отца пришлось помучить, сдирая живьём кожу.
Страница 33 из 65
