Фандом: Ориджиналы. Теперь-то он сообразил, что ему напомнили необычные глаза Серхи: именно такой расцветки была добываемая на землях людей яшма — невзрачный полудрагоценный камень, который, однако же, обладал сильными свойствами, связанными с магией и магическими существами. У людей яшма являлась одним из основных камней для защиты любимых и слабых, а также для подпитки и равновесия энергии магов земли. А вот у демонов… Для демона из Песков Огненных Мантикор яшма была… погибелью.
Добавить в моё избранное
232 мин, 1 сек 18078
— Ну и шлёпай.
— Разрешаешь? — ехидно приподнял бровь Сатори.
— Да что уж там.
— Как скажешь.
Охотник усмехнулся и с оттяжкой шлёпнул мага по соблазнительным голым ягодицам. От этого член Серхи, уже полурасслабленный, забавно подскочил, а сам чародей подпрыгнул и уставился на Шандира круглыми от изумления глазами.
— Эй!
— Что? — с невинной улыбкой спросил демон. — Ты ведь разрешил? — Человек насупился и стрельнул в него преувеличенно обиженным взглядом. Тихо засмеявшись, принц притянул его к себе и коснулся губами порозовевшего уха, в то же время ласково поглаживая взбудораженное естество Яса, охотно прильнувшее к ладони. — Ну ладно, не дуйся, мой хороший…
— Не буду, — буркнул Яспе, у которого лицо, шея и грудь почему-то пошли красными пятнами, — если ты сейчас же загладишь свою вину.
Сатори подцепил языком мочку уха парня и стиснул её зубами, а тот шумно выдохнул и дёрнулся, толкаясь в ласкающую руку. От жажды обладать, почувствовать под собой этого человека, всегда такого настырного, а теперь уступчивого, выпрашивающего удовлетворения, у охотника сбилось дыхание и помутилось в голове. Хотелось расцеловать, вылизать гибкое горячее тело, пленить руками и ртом, поймать, захватить, придавить и вбить в кровать, до которой, кстати, всего пара шагов. Нет ничего проще, чем преодолеть такую малость, а потом…
— Шан! — послышался раздражённый голос тавернщика Морана, сопровождаемый громким стуком, от которого тряслась дверь. Любовники замерли и, одинаково приподняв брови, переглянулись, всё ещё цепляясь друг за друга у края постели. — Ты там?
— Дааа! — вдруг громко застонал маг, потешно гримасничая, затем лукаво подмигнул мужчине, когда гость, очевидно, озадаченный, притих. — Наверное, было плохо слышно. Повторить?
Давясь от смеха, Шандир неторопливо прошёл по комнате, давая хихикающему парню время прикрыть срам, а открыв дверь, хохотнул в кулак — выражение лица Морана было очень выразительным.
Метнув опасливый взгляд из-за плеча демона, тавернщик побагровел — поперёк сдвинутых кроватей развалился Серха в одном полотенце на бёдрах, что горделиво вздыбилось на уровне паха.
— Там по твою душу посетитель, — хмуро проговорил мужчина принцу. И тот понял — пусть Моран влюблён в Ани, благополучие танцовщика он ценит превыше всего и всё ещё не простил охотнику слёз в прекрасных зелёных глазах. — Уже четвёртый раз приходит. Говорит — что-то важное у него, так что просит принять его здесь, если это возможно.
— Даже так? — удивился Сатори. — Ну что ж… пригласи его, раз такое дело.
— Лицо, достойное запечатления, — насмешливо фыркнул чародей, когда Шандир прикрыл за тавернщиком дверь.
Демон с улыбкой покачал головой.
— Бесстыдник. Выставил тут свой… шатёр.
Яс сдёрнул полотенце, облизал палец и, глядя на принца из-под ресниц, прикусив нижнюю губу, провёл им по своему члену от головки к основанию.
— Нравится?
— Ещё бы, — выдохнул заворожённый искушающим действом Сатори, прежде чем склониться к призывно распростёртому на постели человеку.
Он нагнулся и кончиком языка повторил недавний жест Яспе, только в обратную сторону, затем вновь впился ртом в потемневшую от желания головку, не позволяя приподнявшейся плоти снова тяжело плюхнуться на живот, и немного понежил между языком и нёбом, млея от чужих протяжных стонов наслаждения. Но время поджимало; охотник поднялся быстрыми, горячими поцелуями до выгнувшегося горла и подбородка мага и жарко лизнул его приоткрытые губы. О, сколько всего он мог бы сотворить с этим восхитительным парнем, обычно таким поспешным и порывистым, а теперь — удивительно податливым и до щемящего ощущения в груди нежным; как же Шандир хочет его, как же любит этот затуманенный взгляд, эти глаза, эти упрямые завитушки на висках и шее… Да и самого Серху, так сильно… до боли в груди.
Уткнувшись лбом в плечо любовника и с трудом проглотив невесть откуда взявшийся ком, демон впервые подумал, что если чародей не останется с ним насовсем, то… пусть хотя бы оставит свой кулон, так успокаивающий принца и согревающий ночами… Как сам Яс.
— Шан? — голос человека был по-прежнему игривым, однако на самом дне яшмовых глаз, следящих за поднявшимся с постели мужчиной, Сатори рассмотрел тревогу. — Мы же пошалим после?
— Само собой, — одеваясь у зеркала, через силу улыбнулся охотник отражению Яспе, севшего на кровати. — А пока тебе бы не помешало одеться, знаешь ли. Не будем шокировать нашего посетителя. По крайней мере — сразу.
Парень нехотя встал и принялся копаться в чуть ранее купленных вещах.
— Как ты думаешь, кто это может быть?
— Кто его знает. Вероятно, слуга возможного нанимателя, такое порой случается.
К тому моменту, когда ощутимо обеспокоенный чем-то маг натянул на себя новые тёплые штаны и рубашку, а сам Шандир намотал карну и завернулся в накидку, в дверь вновь постучали — на этот раз гораздо тише и деликатнее.
— Разрешаешь? — ехидно приподнял бровь Сатори.
— Да что уж там.
— Как скажешь.
Охотник усмехнулся и с оттяжкой шлёпнул мага по соблазнительным голым ягодицам. От этого член Серхи, уже полурасслабленный, забавно подскочил, а сам чародей подпрыгнул и уставился на Шандира круглыми от изумления глазами.
— Эй!
— Что? — с невинной улыбкой спросил демон. — Ты ведь разрешил? — Человек насупился и стрельнул в него преувеличенно обиженным взглядом. Тихо засмеявшись, принц притянул его к себе и коснулся губами порозовевшего уха, в то же время ласково поглаживая взбудораженное естество Яса, охотно прильнувшее к ладони. — Ну ладно, не дуйся, мой хороший…
— Не буду, — буркнул Яспе, у которого лицо, шея и грудь почему-то пошли красными пятнами, — если ты сейчас же загладишь свою вину.
Сатори подцепил языком мочку уха парня и стиснул её зубами, а тот шумно выдохнул и дёрнулся, толкаясь в ласкающую руку. От жажды обладать, почувствовать под собой этого человека, всегда такого настырного, а теперь уступчивого, выпрашивающего удовлетворения, у охотника сбилось дыхание и помутилось в голове. Хотелось расцеловать, вылизать гибкое горячее тело, пленить руками и ртом, поймать, захватить, придавить и вбить в кровать, до которой, кстати, всего пара шагов. Нет ничего проще, чем преодолеть такую малость, а потом…
— Шан! — послышался раздражённый голос тавернщика Морана, сопровождаемый громким стуком, от которого тряслась дверь. Любовники замерли и, одинаково приподняв брови, переглянулись, всё ещё цепляясь друг за друга у края постели. — Ты там?
— Дааа! — вдруг громко застонал маг, потешно гримасничая, затем лукаво подмигнул мужчине, когда гость, очевидно, озадаченный, притих. — Наверное, было плохо слышно. Повторить?
Давясь от смеха, Шандир неторопливо прошёл по комнате, давая хихикающему парню время прикрыть срам, а открыв дверь, хохотнул в кулак — выражение лица Морана было очень выразительным.
Метнув опасливый взгляд из-за плеча демона, тавернщик побагровел — поперёк сдвинутых кроватей развалился Серха в одном полотенце на бёдрах, что горделиво вздыбилось на уровне паха.
— Там по твою душу посетитель, — хмуро проговорил мужчина принцу. И тот понял — пусть Моран влюблён в Ани, благополучие танцовщика он ценит превыше всего и всё ещё не простил охотнику слёз в прекрасных зелёных глазах. — Уже четвёртый раз приходит. Говорит — что-то важное у него, так что просит принять его здесь, если это возможно.
— Даже так? — удивился Сатори. — Ну что ж… пригласи его, раз такое дело.
— Лицо, достойное запечатления, — насмешливо фыркнул чародей, когда Шандир прикрыл за тавернщиком дверь.
Демон с улыбкой покачал головой.
— Бесстыдник. Выставил тут свой… шатёр.
Яс сдёрнул полотенце, облизал палец и, глядя на принца из-под ресниц, прикусив нижнюю губу, провёл им по своему члену от головки к основанию.
— Нравится?
— Ещё бы, — выдохнул заворожённый искушающим действом Сатори, прежде чем склониться к призывно распростёртому на постели человеку.
Он нагнулся и кончиком языка повторил недавний жест Яспе, только в обратную сторону, затем вновь впился ртом в потемневшую от желания головку, не позволяя приподнявшейся плоти снова тяжело плюхнуться на живот, и немного понежил между языком и нёбом, млея от чужих протяжных стонов наслаждения. Но время поджимало; охотник поднялся быстрыми, горячими поцелуями до выгнувшегося горла и подбородка мага и жарко лизнул его приоткрытые губы. О, сколько всего он мог бы сотворить с этим восхитительным парнем, обычно таким поспешным и порывистым, а теперь — удивительно податливым и до щемящего ощущения в груди нежным; как же Шандир хочет его, как же любит этот затуманенный взгляд, эти глаза, эти упрямые завитушки на висках и шее… Да и самого Серху, так сильно… до боли в груди.
Уткнувшись лбом в плечо любовника и с трудом проглотив невесть откуда взявшийся ком, демон впервые подумал, что если чародей не останется с ним насовсем, то… пусть хотя бы оставит свой кулон, так успокаивающий принца и согревающий ночами… Как сам Яс.
— Шан? — голос человека был по-прежнему игривым, однако на самом дне яшмовых глаз, следящих за поднявшимся с постели мужчиной, Сатори рассмотрел тревогу. — Мы же пошалим после?
— Само собой, — одеваясь у зеркала, через силу улыбнулся охотник отражению Яспе, севшего на кровати. — А пока тебе бы не помешало одеться, знаешь ли. Не будем шокировать нашего посетителя. По крайней мере — сразу.
Парень нехотя встал и принялся копаться в чуть ранее купленных вещах.
— Как ты думаешь, кто это может быть?
— Кто его знает. Вероятно, слуга возможного нанимателя, такое порой случается.
К тому моменту, когда ощутимо обеспокоенный чем-то маг натянул на себя новые тёплые штаны и рубашку, а сам Шандир намотал карну и завернулся в накидку, в дверь вновь постучали — на этот раз гораздо тише и деликатнее.
Страница 38 из 65
