Яшмовые путы

Ждать пришлось не очень долго: едва мысленный счёт принца достиг трёхсот, от костра раздался тихий, но вместе с тем отчётливо слышимый прохладный голос Яспе:

— Ну и к чему все эти ухищрения? Проведя столько времени с Шаном, я посчитал, что всем охотникам свойственен некий кодекс чести. Ошибался?

«Значит, Яс тоже заметил, — подумалось Сатори. — И ему это не понравилось».

— Нет, — ещё более холодно ответил Джил, и теперь это был тот самый Амортаре, которого знал охотник из пустыни. — Да, я хочу приобрести у тебя артефакт целителей, но не таким путём, если ты об этом. Дело вовсе не в Камне.

— А в чём?

— В яшме у него на шее. Она ведь твоя?

Забыв, что должен имитировать дыхание уснувшего, Шандир перестал дышать совсем, уж слишком неожиданный оборот принял разговор. Откуда дроу узнал о кулоне, ведь демон прятал его под рубашками?

— Моя, — помолчав, сказал маг. — Это просто оберег.

— Не лги мне! — прорычал альбинос. — Любая яшма, пропитанная энергией хозяина, способна помочь ему подчинить демона!

Принцу стремительно подурнело, потому пришлось несколько раз быстро сглотнуть, чтобы отогнать тошноту. Нет, он и сам не раз поначалу думал, что зря доверился Ясу, позволив тому оставить подвеску, но убедиться в этом вот так… почему-то он ни на секунду не усомнился в словах Джиллиана, а последующие слова чародея окончательно добили его:

— Да, это так. Но я перекрыл связь.

— Ну надо же! И почему, позволь узнать?

Похоже, Амортаре не поверил.

— Чтобы избежать соблазна… — совсем тихо проговорил Серха, — контролировать его… его чувства. Ты прав, совершенно любой принадлежащий мне яшмовый камень способен на это. К тому же… чувствуя сущность Шана, моя магия нестерпимо зудит, стремясь вырваться и овладеть им полностью, подчинить и сломить его волю. Я же демонолог, ты знаешь?

— … Нет, — после напряжённой паузы ответил Джил без эмоций.

— Всё, что я могу… это держать её запечатанной внутри себя, но она… постепенно сводит меня с ума. Вряд ли мне много осталось…

— Шан знает обо всём этом, Яс?

— Нет, — дрогнувшим голосом сказал маг, — я…

… обманул. Яспе обманул его.

Горло перехватило, и Шандир зажмурился, в то же время почувствовав что-то влажное и горячее на своём лице. Боль в груди была нестерпимой и выжигающей дотла — если обман некогда друга Тенхе шокировал его, то лживость любимого существа рвала истекающую кровью душу в мелкие клочья.

Вне себя от дикой карусели чувств и мыслей, позабыв про всё, Сатори зажал уши ладонями, лишь бы ничего больше не слышать. И пусть сердце по-прежнему пылало, объятое пламенем проклятой любви, грубо отрезвлённый разум более не желал ему внимать.

Глава 5, часть 1

С того вечера Шандир сказал Яспе едва ли пару фраз и вообще всеми силами старался держаться от него как можно дальше, чтобы не натворить непоправимого — близость парня, да что там — даже просто взгляд в его сторону, вызывал в демоне еле контролируемый гнев. Но что бы ни делал принц, чувства к магу не хотели утихать, более того — неуклонно росли, и это злило ещё больше. Хотя бы тем, что порой глупая молчанка и ещё более глупые тайные гляделки начинали казаться действительно дурацкими, ненужными и никчёмными, а желание позабыть обо всём и общаться как прежде — становилось непомерно сильно, стоило задуматься об этих чувствах. Однако Сатори жёстко пресекал подобные мысли на корню, вскармливая в себе злобу, раз с привычным холодным равнодушием выходила накладка.

Попервости маг искренне недоумевал и шёл на любые уловки, чтобы разговорить покровителя… пока в один «прекрасный» момент не открылся, решив прощупать его через яшмовую связь. Это было почти три недели назад, но Шандир до сих пор помнил с каким сдавленным вскриком и насколько болезненными эмоциями на исказившемся побледневшем лице отшатнулся от него Серха. Конечно же, демон тогда дал сполна прочувствовать человеку всю силу своей ненависти… которой на самом деле не было и не могло быть, вот только этого чародей, видимо, не понял. С тех пор, сняв с мужчины кулон, Яс больше не делал попыток заговорить с ним, но принц не был этому рад — временами казалось, что он не выдержит… что сделает всё, что угодно, лишь бы не видеть у любимого этих блестящих больных глаз.

Однако терпел изо всех сил и ничего не делал. Всё кончено, они оба должны это осознать.

И всё равно Сатори украдкой следил за Яспе, в котором больше не было ни капли прежней живости — и это убивало Шандира. На привалах парень почти не двигался и не произносил ни звука, тогда как обычно если не говорил, то пел или насвистывал; он практически не ел, только пил чай и… чах на глазах. Возможно, Джиллиан мог бы облегчить его тоску отстранённой беседой, но дроу демонстративно игнорировал мага; делая вид, что Яс — пустое место, альбинос беседовал лишь с демоном даже по касающемуся человека делу («пусть твой сопровождающий займётся костром»), отчего любящее сердце принца сжималось от щемящей жалости.