Фандом: Ориджиналы. Теперь-то он сообразил, что ему напомнили необычные глаза Серхи: именно такой расцветки была добываемая на землях людей яшма — невзрачный полудрагоценный камень, который, однако же, обладал сильными свойствами, связанными с магией и магическими существами. У людей яшма являлась одним из основных камней для защиты любимых и слабых, а также для подпитки и равновесия энергии магов земли. А вот у демонов… Для демона из Песков Огненных Мантикор яшма была… погибелью.
Добавить в моё избранное
232 мин, 1 сек 18100
— И почему мне кажется, князь, — прохладно заметил Джил, — что Яспе не ложился в эту кровать?
— В с-самом деле, — с очередным опечаленным вздохом промолвил Айно. — Он уш-шёл, как только вы рас-сош-шлис-сь по комнатам пос-сле бес-седы в моём кабинете.
— Ушёл! — вскричал потрясённый демон. — Куда ушёл?! Как?!
Самиш медленно покачал головой.
— Я не с-снаю. Яс-спе попрос-сил меня отпус-стить его и помочь выбратьс-ся с-с моих с-семель…
— И Вы вот так просто отпустили его? — язвительно рассмеялся Джиллиан. — Да неужели?
— Мош-шете не верить, — вздёрнул подбородок князь, — но я вос-схищаюс-сь теми, кого нельс-ся с-сбить с-с пути. Кто с-стоек и не беш-шит от труднос-стей. У меня с-слабость к таким с-сущ-щес-ствам… потому что с-сам я не таков, увы… — Он посмотрел на свои руки, потом спрятал их в рукавах и улыбнулся принцу своей жуткой улыбкой. — Я понимаю, Ш-шан, что Вас-с это нис-сколько не ус-спокоит, но Яс-спе уш-ше далеко отс-сюда. Его нет на моих с-семлях. И где он с-сейчас-с… того я не с-снаю. Но мальчик ос-ставил Вам пос-слание, оно ш-шдёт в Ваш-шей с-спальне…
Наверное, если бы не дроу, поддерживающий его под руку, Сатори не дошёл бы до их покоев — ноги подкашивались и вообще всё было как в тумане. «Яспе ушёл… ушёл, ушёл, ушёл»… — билось в голове, но никак не доходило до сознания…
Заведя Шандира в спальную комнату, альбинос тактично удалился, оставив его одного. Обведя затуманенным взглядом помещение, демон обрыл все ящики в комоде, перевернул постель… и только после увидел свёрток, лежащий на видном месте, на кушетке, что стояла у изножья кровати.
Развернув тиснённую золотом зеленоватую бумагу, принц обессиленно опустился на пол. Внутри нашёлся знакомый голубой кристалл на золотой цепочке и написанное немножко корявым, будто детским, почерком коротенькое письмецо, от которого у охотника потемнело в глазах.
«Шандир Сатори. Красивое имя, прекрасный мужчина… жаль, не мой. Наверное, я всё же не был готов к тому, что ты с такой лёгкостью вышвырнешь меня из своей жизни. Здесь наши пути расходятся, Шан. Тебе наверняка нужно обдумать теперь, действительно ли ты хочешь сосуществовать рядом с кем-то, сможешь ли и чем готов пожертвовать ради него, ну а я… я всего лишь хочу, чтобы нам обоим дышалось легче.»
Прости. Не прощай. Только твой, недостойный Яспе Серха«.»
Иногда принцу малодушно хотелось погрузить себя в долгий, если понадобится — многовековой, волшебный сон, как сделали кое-кто из его предков, когда в их изумрудные долины пришла страшная засуха. Но в то же время не видел в этом смысла, ведь тогда засуха не прекратилась, и некогда плодородные земли превратились в бесплодную пустыню — нужно было просто примириться с этим и научиться с этим жить. Вот и Сатори, наученный опытом прошлых поколений, смирился. Носил уже порядком истрёпанное письмо Яспе у сердца и… ждал.
А что ему ещё оставалось? Наёмники, посланные на поиски, не возвращались, ещё слишком мало времени прошло, а в ответ на осторожное письмо магистру Санджие, главе Школы Младших Чародеев, пришли пожелания в удачном разрешении проблемы чародея Серхи. Значит, в Школе Яс тоже не появлялся, и глава думает, что он по-прежнему с охотником.
Конечно же, Шандир не опускал руки. Он с пристрастием расспрашивал всех прибывших в Амарнум издалека, кого только мог, но и это не давало пока ничего. Кроме, пожалуй, странных новостей из Песков Огненных Мантикор, где случился переворот, в ходе которого свергли и казнили короля, его дядю. Однако, узнав об этом, демон с удивлением понял, что ему совершенно всё равно. Не было ни радости, что справедливость настигла негодяя, ни злости, что это случилось без участия племянника. С появлением Серхи в его жизни ушли прошлые стремления, а после ухода любимого существование вообще стало серым и никчёмным, и старые ненависть и месть больше не имели ровным счётом никакого значения. Всё, чего отныне желал принц — ещё хоть раз посмотреть в родные яшмовые глаза.
В печных трубах и узких переулках выл ледяной ветер, он же трепал одежды Сатори, испытывая на прочность подбитую мехом накидку, но тот не замечал ничего, отрешённо бредя по пустынной вечерней улице. Охотнику казалось, что он застыл вне времени в этом проклятом холодном городе; что солнце уже никогда не выглянет из-за туч и не коснётся теплом усталой погасшей души, припорошённой толстым слоем пепла надежд, будто Пепельные Пустоши.
Тепло…
— В с-самом деле, — с очередным опечаленным вздохом промолвил Айно. — Он уш-шёл, как только вы рас-сош-шлис-сь по комнатам пос-сле бес-седы в моём кабинете.
— Ушёл! — вскричал потрясённый демон. — Куда ушёл?! Как?!
Самиш медленно покачал головой.
— Я не с-снаю. Яс-спе попрос-сил меня отпус-стить его и помочь выбратьс-ся с-с моих с-семель…
— И Вы вот так просто отпустили его? — язвительно рассмеялся Джиллиан. — Да неужели?
— Мош-шете не верить, — вздёрнул подбородок князь, — но я вос-схищаюс-сь теми, кого нельс-ся с-сбить с-с пути. Кто с-стоек и не беш-шит от труднос-стей. У меня с-слабость к таким с-сущ-щес-ствам… потому что с-сам я не таков, увы… — Он посмотрел на свои руки, потом спрятал их в рукавах и улыбнулся принцу своей жуткой улыбкой. — Я понимаю, Ш-шан, что Вас-с это нис-сколько не ус-спокоит, но Яс-спе уш-ше далеко отс-сюда. Его нет на моих с-семлях. И где он с-сейчас-с… того я не с-снаю. Но мальчик ос-ставил Вам пос-слание, оно ш-шдёт в Ваш-шей с-спальне…
Наверное, если бы не дроу, поддерживающий его под руку, Сатори не дошёл бы до их покоев — ноги подкашивались и вообще всё было как в тумане. «Яспе ушёл… ушёл, ушёл, ушёл»… — билось в голове, но никак не доходило до сознания…
Заведя Шандира в спальную комнату, альбинос тактично удалился, оставив его одного. Обведя затуманенным взглядом помещение, демон обрыл все ящики в комоде, перевернул постель… и только после увидел свёрток, лежащий на видном месте, на кушетке, что стояла у изножья кровати.
Развернув тиснённую золотом зеленоватую бумагу, принц обессиленно опустился на пол. Внутри нашёлся знакомый голубой кристалл на золотой цепочке и написанное немножко корявым, будто детским, почерком коротенькое письмецо, от которого у охотника потемнело в глазах.
«Шандир Сатори. Красивое имя, прекрасный мужчина… жаль, не мой. Наверное, я всё же не был готов к тому, что ты с такой лёгкостью вышвырнешь меня из своей жизни. Здесь наши пути расходятся, Шан. Тебе наверняка нужно обдумать теперь, действительно ли ты хочешь сосуществовать рядом с кем-то, сможешь ли и чем готов пожертвовать ради него, ну а я… я всего лишь хочу, чтобы нам обоим дышалось легче.»
Прости. Не прощай. Только твой, недостойный Яспе Серха«.»
Глава 6
На Амарнум медленно надвигалась зима. На небе скапливались пухлые снеговые тучи, а по утрам по улицам полз густой белоснежный туман, оседающий изморозью на карнизах домов, голых ветвях деревьев и одежде ранних прохожих. Холодно было в городе, скованном ледяными ветрами, и в доме, купленном Шандиром по непонятному наитию на часть награды князя Айно, и такой же холод властвовал в сердце демона, сдавливаемом тоской и непрекращающейся болью.Иногда принцу малодушно хотелось погрузить себя в долгий, если понадобится — многовековой, волшебный сон, как сделали кое-кто из его предков, когда в их изумрудные долины пришла страшная засуха. Но в то же время не видел в этом смысла, ведь тогда засуха не прекратилась, и некогда плодородные земли превратились в бесплодную пустыню — нужно было просто примириться с этим и научиться с этим жить. Вот и Сатори, наученный опытом прошлых поколений, смирился. Носил уже порядком истрёпанное письмо Яспе у сердца и… ждал.
А что ему ещё оставалось? Наёмники, посланные на поиски, не возвращались, ещё слишком мало времени прошло, а в ответ на осторожное письмо магистру Санджие, главе Школы Младших Чародеев, пришли пожелания в удачном разрешении проблемы чародея Серхи. Значит, в Школе Яс тоже не появлялся, и глава думает, что он по-прежнему с охотником.
Конечно же, Шандир не опускал руки. Он с пристрастием расспрашивал всех прибывших в Амарнум издалека, кого только мог, но и это не давало пока ничего. Кроме, пожалуй, странных новостей из Песков Огненных Мантикор, где случился переворот, в ходе которого свергли и казнили короля, его дядю. Однако, узнав об этом, демон с удивлением понял, что ему совершенно всё равно. Не было ни радости, что справедливость настигла негодяя, ни злости, что это случилось без участия племянника. С появлением Серхи в его жизни ушли прошлые стремления, а после ухода любимого существование вообще стало серым и никчёмным, и старые ненависть и месть больше не имели ровным счётом никакого значения. Всё, чего отныне желал принц — ещё хоть раз посмотреть в родные яшмовые глаза.
В печных трубах и узких переулках выл ледяной ветер, он же трепал одежды Сатори, испытывая на прочность подбитую мехом накидку, но тот не замечал ничего, отрешённо бредя по пустынной вечерней улице. Охотнику казалось, что он застыл вне времени в этом проклятом холодном городе; что солнце уже никогда не выглянет из-за туч и не коснётся теплом усталой погасшей души, припорошённой толстым слоем пепла надежд, будто Пепельные Пустоши.
Тепло…
Страница 58 из 65
