Воробей под дождём

— Какой ужас, Бернадетт! Как вы здесь живёте? Даже ступить некуда. Фу! Не земля, а жижа, и воняет ужасно. Меня сейчас стошнит.

Бойкая крепенькая девушка с черной, как сажа, кожей развернулась и, по-хозяйски уперев руки в бока, укоризненно взглянула на подругу.

— А ты что хотела, дорогая? Новый Орлеан строился на болоте. Не-маги иной раз из-за этого покойника похоронить не могут. Это у нас есть фамильный склеп, скрытый чарами, там чисто и сухо, — она снисходительно улыбнулась. — А они мучаются. На кладбище во время дождей вода не уходит, могилы заливает; раз копнешь — и ямка тут же оплывает. Мама рассказывала… — она понизила голос, — что десять лет назад там всё так затопило, что даже гробы вымыло из земли. Вот где ужас-то! Хорошо, что мы стараемся как можно реже общаться с не-магами. Мы — сами по себе, они — точно так же.

— Ты хочешь сказать, что ваша семья — единственные волшебники в Новом Орлеане?

— Да ты что! Тут колдунов не меньше, чем в Ильверморни! Та же Виолетта Бове отсюда родом.

— Сама Бове? Ничего себе! Моя палочка — это же её работа! И где она живёт?

— Здесь и живет, правда, дом почтенной мастерицы никто не видел. Местонахождение её жилища — такая же тайна, как и материал, с которым она работает.

— И всё? Больше никого?

— Волшебников хватает, только они… — как бы это сказать? — … неученые. Стихийные. Практикуют Вуду. Сила у них — будь здоров. Управляются без всякой палочки и одним взглядом человека могут на тот свет отправить.

Белокурая красавица с тонкими чертами лица недоверчиво взглянула на Бернадетт.

— Ты шутишь, Берни?

— Вот ещё, делать нечего, — фыркнула Бернадетт. — Просто предостерегаю по-дружески. С ними нужно ушки на макушке держать. Вдруг что-нибудь не то скажешь или не так взглянешь. Проклянут, а ты и знать не будешь. Очень уж обидчивы. До жути.

— Спасибо за предупреждение. Постараюсь ни на кого не смотреть, кроме тебя.

Девушки рассмеялись.

— Серафина, это ужасно, — смех Бернадетт внезапно оборвался, — чувствую себя совершенно беспомощной. Как без рук. Стоило ли спешить домой, если родная мать отобрала палочку, как у глупой малолетки, да еще и на замок заперла. А ведь мы уже год как совершеннолетние.

— И правильно. Закон Раппапорт — не шутка. Твоя мама боится случайной огласки и не хочет неприятностей для семьи. Особенно после того, как в Алабаме эти ужасные «Салемцы» устроили охоту на ведьм, — Серафина вздохнула. — Нет, с этим нужно что-то делать.

— Я слышала, они появились совсем недавно, и их уже несколько сотен. Бродят по всей Америке и проповедуют, — плоское лицо Бернадетт горестно сморщилось. — Отец проговорился маме, что «Салемцы» собираются дойти до Нью-Йорка. Даже думать не хочу, чем их поход закончится.

— Не думаю, что их сюда занесёт. В Новом Орлеане, я слышала, нравы не такие строгие, в отличие от остального Юга, а уж на Марди-Гра этим святошам точно делать нечего. Их же скрючит, увидь они такое.

Бернадетт прыснула.

— Не строгие! Скажешь тоже. Да здесь такое творится, что любой из «Салемцев» облысеет от стольких нечестивцев разом. Или заикой сделается. Удивляюсь, как ты — такая правильная, такая примерная — и держишься, как ни в чём не бывало. Признавайся, ведь смутилась ото всего увиденного, да?

— Ну, разумеется.

— И что вас так смутило, мисс Пиквери? — шутливо протянула Бернадетт.

— Много чего, мисс Фуше. Например, эти ваши креолки с голыми… с голой грудью, да еще с ног до головы бусами обвешанные. В такой-то холод! Это же кошмар! — хихикнула в ответ Серафина. — Скорей бы шествие началось. Так хочется всё увидеть своими глазами.

— Увидим, — пообещала Бернадетт. — Слушай, а с чего вдруг тебя сюда потянуло? Раньше ты всегда любое веселье осуждала, от самых невинных забав и затей отмахивалась, одни книжки на уме. Давай, признавайся, что такое на тебя нашло?

— Захотелось немного развеяться. Я ведь нигде не была. Вся жизнь — Саванна да Ильверморни, вот и потянуло на маленькое приключение.

— Тебя? На приключение? Ты шутишь? Приключения и Серафина Пиквери несовместимы по определению, — покачала головой Бернадетт и широко улыбнулась.

— Почему? Давно мечтала увидеть что-то захватывающее и необычное, побывать в каком-нибудь экзотическом месте. Какая я южанка, если за восемнадцать лет ни разу не повеселилась на Марди-Гра, а? — задорно прощебетала Серафина, оглядевшись по сторонам.

— Представляю реакцию твоих родителей и удивляюсь, как ты окончательно не пропиталась ханжеским духом Саванны. Но всё равно спасибо тебе и твоей репутации. Без тебя меня не отпустили бы домой посреди учебного года. Ладно, пора подумать, как занять место на крыше. Знаешь, сколько народу там будет через полчаса? Не меньше сотни! Ты, главное, не потеряйся, иначе неприятностей не оберешься.

— Каких неприятностей?