Традиции волшебного гостеприимства, или Гость из забытого прошлого

Однако, отходя ко сну, он каждый раз забывает об этом — а привычка спать, вытянувшись ничком по диагонали во весь свой рост, оставляет достаточно пространства, чтобы те не мешались… и всё-таки каждое утро подушки оказываются на полу.

— У меня к вам вполне практические вопросы… ответите?

— В обмен на обещание, — немедленно говорит Ойген.

— Какое? — вовсе не удивляется Кингсли.

— При случае вы сделаете всё возможное, чтобы сохранить жизнь Маркусу Эйвери. А если мы все ещё и переживём всё это — постараетесь, чтобы наказание для него было максимально мягким. Его, собственно, вообще наказывать не за что, кроме метки — он и непростительными не пользуется, и не убивал никого никогда.

— Вы друзья? — понимающе спрашивает Кингсли.

— Друзья, — кивает Мальсибер. — Но я говорю правду.

— Не обещаю, — говорит Кингсли. — Но постараюсь.

— Ну хорошо… спрашивайте.

Они разговаривают довольно долго, и хотя некоторые вопросы Ойген обходит, в целом Шеклболт разговором доволен.

А вот второй гость куда интереснее.

— Люпин, — говорит Ойген, увидев того в библиотеке, где он ежедневно проводит по многу часов — и не потому, что так уж любит читать, а просто изыскивая возможность занять себя чем-нибудь. — Меня ищешь, или книжку какую-нибудь? Могу помочь: я тут уже очень прилично ориентируюсь.

— Нет, я к тебе, — говорит Люпин, улыбнувшись.

— Ну проходи, — смеётся Мальсибер. — С чем пришёл?

— Я хочу попросить тебя. Поговори с Северусом, пожалуйста.

— Я с ним всё время говорю… о чём именно?

— Он должен продолжить свои занятия окклюменцией с Гарри.

— И ты туда же? — смеётся Ойген. — Я уже говорил Блэку — это, на мой взгляд, бессмысленно. Если Поттер похож на своего отца — этому Северус его не научит. Даже если будет очень стараться.

— Ну почему? Северус — замечательный окклюмент, и…

— А я — препаршивый. Но это не отменяет того, что даже от меня было бы больше проку. Давай я сам поговорю с ним? Только мне нужно будет лицо закрыть… а лучше вообще выпить оборотное зелье. А то не хватает мне только, чтобы Лорд узнал, чем я тут занимаюсь, — он снова смеётся.

— Гарри же в школе, — возражает Люпин.

— И что? — изумляется Ойген. — Вот только не говори мне, что ты не знаешь, как из школы сбегать. Никогда не поверю, помятуя наши школьные приключения. Но если что — вон пусть Северус его и выведет.

— Это слишком опасно, — неуверенно говорит Люпин, но видно, что идея ему понравилась.

— Да почему?! Трансфигурировать его в какую-нибудь… я не знаю, вещь — и вынести камином. Северус-то школу покидать может? А потом так же вернуть. Там времени-то понадобится от силы полчаса… ну, может, час, хотя я не представляю, о чём там целый час разговаривать.

— Не знаю, — говорит Люпин. — Мне надо подумать. Но спасибо за предложение.

— Да не за что… ты знаешь, мне тут так скучно, что я не то что с Поттером — с книжками уже разговариваю… да и если помочь смогу — буду рад. Голова Лорда — не то место, куда можно пожелать кому-то попасть.

— Сириус говорил, что ты был там, — улыбается Ремус.

— Даже не сомневаюсь, — смеётся Мальсибер. — Да, бывал… и должен тебе сказать, что там ничуть не приятнее, чем в Азкабане. И чем-то напоминает дементора — так же безрадостно. Так что если я смогу помочь — буду рад. Приводи.

— Да я Гарри близко к нему не подпущу! — возмущается Сириус.

— Я тебя понимаю… но послушай — а вдруг он действительно сможет помочь? Даст какой-нибудь хороший совет… я спрашивал Дамблдора — тот согласен с тем, что Мальсибер превосходно владеет легилименцией и имеет нестандартный подход.

— Вот именно! И я не желаю, чтобы этот превосходный нестандартный легилимент влезал в голову к Гарри, — сердито говорит Сириус.

— То есть Снейпу можно, — невольно улыбается Ремус.

— Снейп — неизбежное зло, да и мнения моего никто не спрашивал, — отрезает Блэк. — А вот тут я всё же могу решать. И я против.

— Почему? — с мягкой настойчивостью спрашивает Люпин.

— У меня дурное предчувствие. Как бы эта затея плохо не кончилась. Однако с Дамблдором ты видимо все уже обсудил?

— Нет. Но идея хорошая, — Ремус опять улыбается. — В самом деле… ты прислушаешься к его мнению?

— Я не знаю, — очень неохотно признаёт Сириус. — Не знаю.

… Дамблдору идея нравится.

— Чудесно придумано, Ремус, Сириус, — говорит он, когда после очередного собрания друзья отводят его в сторону. — Ойген — великолепнейший менталист, и работает совсем иначе, чем Северус… возможно, его совет действительно пригодится Гарри. И мысль с оборотным зельем тоже великолепная! Скоро каникулы — я уверен, Северус сможет вывести Гарри из школы. Ну, или вынести, — весело подмигивает он им.

— Значит, так, — говорит Блэк перед появлением Снейпа с Гарри.