Фандом: Гарри Поттер, Джеймс Бонд. Попаданцы прут и прут, Уизли по-прежнему страдают, Долорес Амбридж творит беззаконие… Министр Магии принимает решение бороться!
Добавить в моё избранное
12 мин, 30 сек 15594
Назвав мисс Говейн отвратительной девчонкой, Амбридж просеменила в холл Министерства, где, нисколько не смущаясь, достала из чаши фонтана все имеющиеся там монетки, тщательно пересчитала их и, посетовав, что цены нынче просто возмутительные, направилась в Гринготтс.
Скандал, который закатила мадам замминистра гоблинам, требуя доступа в свой сейф, к которому у нее не оказалось ключа, был грандиозен и стал достоянием прессы. Из статьи авторства Риты Скитер следовало, что Долорес Амбридж требовала предоставить доступ к сейфу на основании анализа ее крови, в противном случае угрожала гоблинам войной. «Забыли, собаки, как вас в тысяча восемьсот девяносто шестом гоняли!» — читал на следующий день министр утренний выпуск«Пророка», с тоской поглядывая на ноту протеста на гобледуке.
В это время Артур Уизли зажал мадам Амбридж в коридоре министерства:
— Молли, ты что творишь? Я чуть кофе не подавился, когда прочел в газете…, — начал он, но Амбридж подняла такой крик, что он выпустил ее из рук, успев только подумать: «Мерлин, она настоящая!».
Артура «спас» Аластор Грюм, выскочивший из-за статуи кентавра, разрывающего пасть арахниду, и объявивший о задержании Долорес Амбридж по подозрению в разжигании магической войны.
— Я — заместитель Министра Магии! — кричала Долорес. — Вы не имеете права так со мной обращаться!
— Имею, — рыкнул Грюм, ткнув ей в лицо ордером на арест, после чего аппарировал себя и Амбридж в допросную, где швырнул задержанную на стул.
— Ну что, Долорес, — волшебный глаз Грюма вращался в пяти сантиметрах от ее лица, — ты окончательно зарвалась, дорогуша, Азкабан по тебе плачет.
По щелчку его пальцев из стены выехал думосброс, серебристая жидкость вылилась в воду, и Грюм сунул голову мадам замминистра в чашу с воспоминаниями, пребольно надавив ей на шею.
Ресторан «Слеза Единорога» на Косой Аллее, несколькими часами ранее.
— Ну что, кто хочет сочного женского тела? — провозгласила Амбридж, залезая на стол и демонстрируя присутствующим правую ногу в разрезе мантии. Нога была так себе, но зрители великодушно промолчали.
— Кто готов предаться страсти с Заместителем Министра? — Долорес крутанулась вокруг невидимого шеста, мантия распахнулась, явив миру нижнее белье начальственной дамы — бюстгальтер с чашечками в виде двух больших атласных цветов и присборенные над коленями панталоны, походившие на два воздушных шара поросячьего цвета.
— Кем надо быть, чтобы польститься на это? — донесся чей-то шепот.
Полыхая ушами, Долорес созерцала в думосбросе, как с ее ноги слетела туфля, метко подбив нос хозяину ресторана, после чего начался совершеннейший бедлам. «Она» яростно сопротивлялась попытками выставить дебоширку из заведения, и в итоге посетители ресторана стали разбегаться. Побежал и тот, чьи воспоминания демонстрировались в думосбросе, картинка поплыла, и Долорес вынырнула наружу.
— Кентавры, к сожалению, отказались дать показания, но я так понял, что вид вашего обнаженного тела оскорбил их до глубины души, — голос Грюма сочился сарказмом. — Они уже подали жалобу, да не одну. Что-то там о смертельном оскорблении и готовности воевать до последнего копыта!
Он выдержал паузу, но Амбридж не отвечала, и тогда Грюм продолжил.
— Также поступили жалобы от оборотней и великанов, кроме того, вы публично оскорбили Люциуса Малфоя, обозвав его «бледной немочной глистой» и«недолордом, компенсирующим дурацкой тростью недостаток размера в другом месте».
Амбридж закашлялась.
— Но финалом всего стало посещение вами банка Гринготтс, — безжалостно продолжал Грюм, — и у нас есть воспоминания (он продемонстрировал еще флаконы), что вы требовали набить ваш сейф деньгами, взамен обещая… Так, где же это… А, вот! Цитирую: «Министр — такой же коротышка, как и вы, только мозгов у него, как у болотного слизня, так что вперед, мои верные гоблины, берите власть в свои цепкие лапки!»
Амбридж поникла головой.
— Да-да, после этого Министр все же решил действовать и выдал приказ на ваш арест, — подтвердил Грюм, — но вы не очень-то пытались сбежать, Долорес. Неужели рассчитывали и мне предложить вашего, как это, сочного тела?
Грюм грубо захохотал, а ошеломленная Долорес продолжала молчать. Ордер на арест с подписью Министра оказался последней каплей, превратившей ее, почти всесильную, в дорожную пыль. «Впрочем, еще не все потеряно», — думала она, пока Грюм распинался о правах, обязанностях и ответственности, — самым серьезным обвинением пока что является оскорбление сотрудника аврората, находящегося при исполнении своих служебных обязанностей. Интересно, кого это я? То есть не я, но все равно интересно«.»
— Меня подставили! — наконец подала голос задержанная.
— Расскажешь это дементорам в Азкабане, — ухмыльнулся Грюм. — Уж они точно не откажутся от поцелуя крошки Долли!
Скандал, который закатила мадам замминистра гоблинам, требуя доступа в свой сейф, к которому у нее не оказалось ключа, был грандиозен и стал достоянием прессы. Из статьи авторства Риты Скитер следовало, что Долорес Амбридж требовала предоставить доступ к сейфу на основании анализа ее крови, в противном случае угрожала гоблинам войной. «Забыли, собаки, как вас в тысяча восемьсот девяносто шестом гоняли!» — читал на следующий день министр утренний выпуск«Пророка», с тоской поглядывая на ноту протеста на гобледуке.
В это время Артур Уизли зажал мадам Амбридж в коридоре министерства:
— Молли, ты что творишь? Я чуть кофе не подавился, когда прочел в газете…, — начал он, но Амбридж подняла такой крик, что он выпустил ее из рук, успев только подумать: «Мерлин, она настоящая!».
Артура «спас» Аластор Грюм, выскочивший из-за статуи кентавра, разрывающего пасть арахниду, и объявивший о задержании Долорес Амбридж по подозрению в разжигании магической войны.
— Я — заместитель Министра Магии! — кричала Долорес. — Вы не имеете права так со мной обращаться!
— Имею, — рыкнул Грюм, ткнув ей в лицо ордером на арест, после чего аппарировал себя и Амбридж в допросную, где швырнул задержанную на стул.
— Ну что, Долорес, — волшебный глаз Грюма вращался в пяти сантиметрах от ее лица, — ты окончательно зарвалась, дорогуша, Азкабан по тебе плачет.
По щелчку его пальцев из стены выехал думосброс, серебристая жидкость вылилась в воду, и Грюм сунул голову мадам замминистра в чашу с воспоминаниями, пребольно надавив ей на шею.
Ресторан «Слеза Единорога» на Косой Аллее, несколькими часами ранее.
— Ну что, кто хочет сочного женского тела? — провозгласила Амбридж, залезая на стол и демонстрируя присутствующим правую ногу в разрезе мантии. Нога была так себе, но зрители великодушно промолчали.
— Кто готов предаться страсти с Заместителем Министра? — Долорес крутанулась вокруг невидимого шеста, мантия распахнулась, явив миру нижнее белье начальственной дамы — бюстгальтер с чашечками в виде двух больших атласных цветов и присборенные над коленями панталоны, походившие на два воздушных шара поросячьего цвета.
— Кем надо быть, чтобы польститься на это? — донесся чей-то шепот.
Полыхая ушами, Долорес созерцала в думосбросе, как с ее ноги слетела туфля, метко подбив нос хозяину ресторана, после чего начался совершеннейший бедлам. «Она» яростно сопротивлялась попытками выставить дебоширку из заведения, и в итоге посетители ресторана стали разбегаться. Побежал и тот, чьи воспоминания демонстрировались в думосбросе, картинка поплыла, и Долорес вынырнула наружу.
— Кентавры, к сожалению, отказались дать показания, но я так понял, что вид вашего обнаженного тела оскорбил их до глубины души, — голос Грюма сочился сарказмом. — Они уже подали жалобу, да не одну. Что-то там о смертельном оскорблении и готовности воевать до последнего копыта!
Он выдержал паузу, но Амбридж не отвечала, и тогда Грюм продолжил.
— Также поступили жалобы от оборотней и великанов, кроме того, вы публично оскорбили Люциуса Малфоя, обозвав его «бледной немочной глистой» и«недолордом, компенсирующим дурацкой тростью недостаток размера в другом месте».
Амбридж закашлялась.
— Но финалом всего стало посещение вами банка Гринготтс, — безжалостно продолжал Грюм, — и у нас есть воспоминания (он продемонстрировал еще флаконы), что вы требовали набить ваш сейф деньгами, взамен обещая… Так, где же это… А, вот! Цитирую: «Министр — такой же коротышка, как и вы, только мозгов у него, как у болотного слизня, так что вперед, мои верные гоблины, берите власть в свои цепкие лапки!»
Амбридж поникла головой.
— Да-да, после этого Министр все же решил действовать и выдал приказ на ваш арест, — подтвердил Грюм, — но вы не очень-то пытались сбежать, Долорес. Неужели рассчитывали и мне предложить вашего, как это, сочного тела?
Грюм грубо захохотал, а ошеломленная Долорес продолжала молчать. Ордер на арест с подписью Министра оказался последней каплей, превратившей ее, почти всесильную, в дорожную пыль. «Впрочем, еще не все потеряно», — думала она, пока Грюм распинался о правах, обязанностях и ответственности, — самым серьезным обвинением пока что является оскорбление сотрудника аврората, находящегося при исполнении своих служебных обязанностей. Интересно, кого это я? То есть не я, но все равно интересно«.»
— Меня подставили! — наконец подала голос задержанная.
— Расскажешь это дементорам в Азкабане, — ухмыльнулся Грюм. — Уж они точно не откажутся от поцелуя крошки Долли!
Страница 2 из 4
