Фандом: Гарри Поттер. Драко Малфой занят работой над заданием Темного Лорда. Он использует верных Крэбба и Гойла в своих целях, даже не задумываясь о том, что у них тоже есть чувства…
Добавить в моё избранное
83 мин, 56 сек 19692
— Просто шкаф. Большой и неуклюжий. Примерно такой же стоит в магазине у Боргина и Буркса, и никто не обращает на него внимания.
— Получается, через этот шкаф можно попасть в другое измерение?!
— Куда? — Крэбб, казалось, не слушал. — Смотри, что там такое?
Гойл повернул голову в том направлении, куда показывал Крэбб, и не поверил своим глазам: Блез Забини, глядя в маленькое зеркальце, прилагал невероятные усилия, чтобы при помощи какой-то мази избавиться от синяков на лице. Выходило у него слабо, и он то и дело увеличивал дозу средства, но синяки от этого, казалось, только увеличивались в размерах. Вокруг несчастного Блеза уже стали собираться любопытные, когда дверь распахнулась, и на пороге появился сияющий Малфой в обнимку с Пэнси Паркинсон.
— Ты! — коршуном бросился на него Забини. — Что за мазь ты продал мне вчера?! Ты сказал, что она излечит меня от недугов! Горгулья тебя задери!
— Полегче, Блез, — высокомерным тоном ответил блондин, делая шаг назад. — Все было по-честному! Когда я говорил, что мазь излечит тебя от недугов, я имел в виду любопытство и похоть, которые ты продемонстрировал вчера. И не моя вина, что ты неправильно меня понял.
Гостиная наполнилась смехом слизеринцев. Пэнси смеялась громче всех, желая, по-видимому, угодить своему принцу.
— Да я тебе! — завопил Забини и выхватил волшебную палочку.
— Пошли отсюда, — предложил Гойл Крэббу, и друзья тихонько вышли из гостиной.
— В такие минуты я начинаю уважать Малфоя, — сказал Гойл, когда они шли по коридору.
— А я его с первого курса уважаю. Хитрый он и умный, — отозвался Крэбб. — У тебя сигареты есть?
Гойл протянул приятелю пачку. Считалось, что Крэбб не курит, поэтому своих сигарет у него никогда не было, но порой на него нападала такая меланхолия…
— Не знаешь, сторговал Забини у Малфоя Полиморфное зелье? — Гойл тоже закурил, так, за компанию.
— Верняк, сторговал! Малфой что хочешь продаст, если галеоны не леприконские.
Спустившись в холл, ребята затушили сигареты и направились в Большой зал. Там, как и в башне Слизерина, стоял шум и гвалт. Студенты едва сидели за столами — все так и норовили подобраться поближе к кучке хаффльпаффцев, в центре которой блистал лысиной разъяренный завхоз:
— Как ты посмела не явиться на взыскание?! — орал он, и в гуле голосов Крэббу и Гойлу едва удалось разобрать тонущие в потоке слез слова Джули:
— Какое взыскание?! За… за что? Я ничего не делала!
— Как не делала?! Я же лично поймал тебя вчера ночью в коридоре на седьмом этаже! — Филч держал извивающуюся девочку за руку.
— Нет! Я спала!
— Ложь! Сам профессора Снейп может подтвердить… — у Гойла пересохло в горле.
— Ну, надо же! — Крэбб уселся за стол и придвинул к себе тарелку. — Малфой просто гений! Теперь эта малявка огребет по полной программе.
— При чем тут Малфой? — раздался над его головой строгий голос, и Крэбб пожалел о том, что был неосторожен.
Возле него стояла Ханна Эббот, староста Хаффльпаффа, и буравила парня глазами.
— Ни при чем, — буркнул Крэбб.
— Да отвяжись ты! — Гойл пришел на подмогу, отталкивая старосту и прокладывая себе путь к еде.
— Вы двое что-то скрываете, — Ханна нахмурилась. — И я постараюсь выяснить, что, — и она двинулась в сторону Джули.
— Ее еще не хватало! — Крэбб уныло взялся за вилку. — Ходят тут, подслушивают…
— Мне ее жалко, — неожиданно сказал Гойл.
— Кого? Эту идиотку Эббот? Нашел, кого жалеть! — Крэбб уплетал ужин за обе щеки.
Происходящее в Большом зале его нисколько не волновало.
— Да нет, я говорю о Джули… — Гойл проводил взглядом Джули Бернс, которую Снейп сопроводил в кабинет директора.
— А, понимаю: совесть мучает! — Крэбб смачно рыгнул.
— Она уже не в первый раз попадает из-за меня в передрягу.
— Слушай, Грег, не будь придурком, — Крэбб оторвался от еды и, вытерев салфеткой блестящие от масла губы, сказал: — Она сама виновата. Помнишь, ты говорил, что она третий раз попалась?
— Третий раз попалась не она, а я…
— Да я не о том! Просто подумай: не шлялась бы она по ночам — и ее не так сильно ругали бы сегодня! Ведь ты подставил ее только один раз!
— Два… Еще тогда, с эссе… — Гойл почувствовал, что краснеет.
— Ну, и опять же: написала бы она свое дурацкое эссе в срок — ничего бы не было. Так что выходит — она сама виновата. Вот, — и Крэбб, довольный собой, снова принялся за еду.
Гойл посидел еще немного за столом, поковырял вилкой в тарелке, выпил полстакана тыквенного сока, потом глубоко вздохнул, поднялся и пошел на улицу. Сегодня была его очередь караулить Малфоя.
— Получается, через этот шкаф можно попасть в другое измерение?!
— Куда? — Крэбб, казалось, не слушал. — Смотри, что там такое?
Гойл повернул голову в том направлении, куда показывал Крэбб, и не поверил своим глазам: Блез Забини, глядя в маленькое зеркальце, прилагал невероятные усилия, чтобы при помощи какой-то мази избавиться от синяков на лице. Выходило у него слабо, и он то и дело увеличивал дозу средства, но синяки от этого, казалось, только увеличивались в размерах. Вокруг несчастного Блеза уже стали собираться любопытные, когда дверь распахнулась, и на пороге появился сияющий Малфой в обнимку с Пэнси Паркинсон.
— Ты! — коршуном бросился на него Забини. — Что за мазь ты продал мне вчера?! Ты сказал, что она излечит меня от недугов! Горгулья тебя задери!
— Полегче, Блез, — высокомерным тоном ответил блондин, делая шаг назад. — Все было по-честному! Когда я говорил, что мазь излечит тебя от недугов, я имел в виду любопытство и похоть, которые ты продемонстрировал вчера. И не моя вина, что ты неправильно меня понял.
Гостиная наполнилась смехом слизеринцев. Пэнси смеялась громче всех, желая, по-видимому, угодить своему принцу.
— Да я тебе! — завопил Забини и выхватил волшебную палочку.
— Пошли отсюда, — предложил Гойл Крэббу, и друзья тихонько вышли из гостиной.
— В такие минуты я начинаю уважать Малфоя, — сказал Гойл, когда они шли по коридору.
— А я его с первого курса уважаю. Хитрый он и умный, — отозвался Крэбб. — У тебя сигареты есть?
Гойл протянул приятелю пачку. Считалось, что Крэбб не курит, поэтому своих сигарет у него никогда не было, но порой на него нападала такая меланхолия…
— Не знаешь, сторговал Забини у Малфоя Полиморфное зелье? — Гойл тоже закурил, так, за компанию.
— Верняк, сторговал! Малфой что хочешь продаст, если галеоны не леприконские.
Спустившись в холл, ребята затушили сигареты и направились в Большой зал. Там, как и в башне Слизерина, стоял шум и гвалт. Студенты едва сидели за столами — все так и норовили подобраться поближе к кучке хаффльпаффцев, в центре которой блистал лысиной разъяренный завхоз:
— Как ты посмела не явиться на взыскание?! — орал он, и в гуле голосов Крэббу и Гойлу едва удалось разобрать тонущие в потоке слез слова Джули:
— Какое взыскание?! За… за что? Я ничего не делала!
— Как не делала?! Я же лично поймал тебя вчера ночью в коридоре на седьмом этаже! — Филч держал извивающуюся девочку за руку.
— Нет! Я спала!
— Ложь! Сам профессора Снейп может подтвердить… — у Гойла пересохло в горле.
— Ну, надо же! — Крэбб уселся за стол и придвинул к себе тарелку. — Малфой просто гений! Теперь эта малявка огребет по полной программе.
— При чем тут Малфой? — раздался над его головой строгий голос, и Крэбб пожалел о том, что был неосторожен.
Возле него стояла Ханна Эббот, староста Хаффльпаффа, и буравила парня глазами.
— Ни при чем, — буркнул Крэбб.
— Да отвяжись ты! — Гойл пришел на подмогу, отталкивая старосту и прокладывая себе путь к еде.
— Вы двое что-то скрываете, — Ханна нахмурилась. — И я постараюсь выяснить, что, — и она двинулась в сторону Джули.
— Ее еще не хватало! — Крэбб уныло взялся за вилку. — Ходят тут, подслушивают…
— Мне ее жалко, — неожиданно сказал Гойл.
— Кого? Эту идиотку Эббот? Нашел, кого жалеть! — Крэбб уплетал ужин за обе щеки.
Происходящее в Большом зале его нисколько не волновало.
— Да нет, я говорю о Джули… — Гойл проводил взглядом Джули Бернс, которую Снейп сопроводил в кабинет директора.
— А, понимаю: совесть мучает! — Крэбб смачно рыгнул.
— Она уже не в первый раз попадает из-за меня в передрягу.
— Слушай, Грег, не будь придурком, — Крэбб оторвался от еды и, вытерев салфеткой блестящие от масла губы, сказал: — Она сама виновата. Помнишь, ты говорил, что она третий раз попалась?
— Третий раз попалась не она, а я…
— Да я не о том! Просто подумай: не шлялась бы она по ночам — и ее не так сильно ругали бы сегодня! Ведь ты подставил ее только один раз!
— Два… Еще тогда, с эссе… — Гойл почувствовал, что краснеет.
— Ну, и опять же: написала бы она свое дурацкое эссе в срок — ничего бы не было. Так что выходит — она сама виновата. Вот, — и Крэбб, довольный собой, снова принялся за еду.
Гойл посидел еще немного за столом, поковырял вилкой в тарелке, выпил полстакана тыквенного сока, потом глубоко вздохнул, поднялся и пошел на улицу. Сегодня была его очередь караулить Малфоя.
Глава 6
До самых каникул Крэбб воодушевленно претворял в жизнь свой план по разоблачению замыслов Малфоя.
Страница 9 из 24
