Поцелуй пророка

— Господи, какие же вы смешные! — Сюзанна весело хохочет. — Ведете себя, как школьники, пойманные с сигаретой за углом.

Ник почему-то вспоминает капитана, стоявшего вчера ночью на балконе с сигаретой: злого, схлынувшего, ту волну дикой энергии, исходящую от него — и к пылающим щекам добавляются горящие уши.

— Хорошо, в таком случае, Шон, расскажи мне, как так получилось, что в твоей постели ночует Гримм?

— Много виски и побочные эффекты от воздействия Смертоплюя.

— Смертоплюй в Портленде? Как он здесь оказался?

— Уже нет. А оказался он здесь стараниями Эрика — они собирались вывезти Ника в Вену.

— Да, Шон. На счет Эрика, — Сюзанна мгновенно становится серьезной и встает из-за стола. — Спасибо, дорогой.

Она приподнимается на цыпочки, целуя сына в щеку.

— Не за что, — пожимает плечами капитан, улыбаясь матери.

— А знаешь, милый, все же это довольно забавно, — Сюзанна отпивает кофе из маленькой фарфоровой чашечки. — С момента твоего рождения вам с Эриком пришлось терпеть друг друга: зависть, хамство, интриги, ложь. И все так резко изменилось с появлением Гримма.

— Портленд — моя территория, и он прекрасно об этом знал. И о том, что Ник находится под моей защитой, ему тоже было известно. Разумеется, мне будет очень его не хватать и я скорблю об утрате.

— Подождите, пожалуйста, — Ник переводит взгляд с Ренарда на Сюзанну. — Я ничего не понимаю! О чем вы говорите? О ком скорбеть?

— Об Эрике. Видишь ли, Ник, машину моего брата взорвали в Вене.

Ник во все глаза смотрит на капитана, не в силах поверить, что он так спокойно об этом говорит. Он сам, детектив полиции, мучается от чувства вины за непреднамеренное убийство, а капитан расчетливо устранил своего брата, пусть и сводного. Это же из-за тебя, глупенький, бьется в голове настойчивая мысль. Сюзанна права: так и делали бы друг другу ответные гадости, если бы не Ник. Это что же получается — он настолько нужен Ренарду? Как Гримм, Ник, всего лишь в качестве охотника на везенов, у которого есть ключ — эта новая мысль отравляет его не хуже яда Смертоплюя.

— Нам уже пора, — говорит Ренард, взглянув на наручные часы. — Мама, ты готова? Ник?

Сюзанна, кивнув, уходит в прихожую, чтоб надеть свой плащ.

— Ник? — Ренард подходит ближе, заглядывает в глаза. — Ты слышишь меня? Опять началось?

— Нет, всё в порядке. Я задумался просто, — Нику кажется, будто его приложили по голове чем-то очень тяжелым.

— Поехали. Надо как можно скорее разобраться во всем этом.

— Ник, слава Богу! — взволновано восклицает Джульетта, когда Ник и Ренард входят в лавку Розали. — Где ты был? Я так волновалась!

— Телефон разрядился, — пожимает плечами Ник, к собственному стыду, только теперь вспомнивший о своей девушке.

— Ник ночевал у меня, — говорит Ренард. — Мисс Калверт, забирайте его и проведите все необходимые исследования, он вам расскажет о симптомах «заболевания». А остальных я сейчас буду пытать. Жестоко и изощренно.

Розали делает «страшные» глаза, но Ник только машет в ответ рукой — дескать, потом объясню, и они уходят в заднюю комнату.

— Начнем с вас, Джульетта. Сколько приступов было у Ника?

Джульетта на мгновение задумывается, подсчитывая, а Хэнк с Монро удивленно переглядываются: о чем это он?

— Три или четыре, — наконец отвечает Джульетта.

— Из них хотя бы один происходил в то время, когда Ник бодрствовал?

— Да.

Ренард говорит негромко, и от этого еще страшнее.

— Прошу прощения, сэр, — Хэнк все же решает прояснить ситуацию. — О каких приступах идет речь?

Ренард переводит взгляд на него, и Хэнку кажется, что его придавило тяжелой мраморной плитой, на которой, скажи он сейчас еще хоть одно слово, будет красоваться эпитафия: «Попал шефу под горячую руку». Инстинкт Потрошителя заставляет Монро бежать без оглядки куда-нибудь подальше от взбесившегося Заубербиста, но он всего лишь пытается незаметно забиться в темный угол.

— Речь идет о приступах, во время которых у Ника понижается температура тела, замедляется пульс, он перестает реагировать на внешние раздражители. Джульетта, я понимаю, вы недавно приобщились к тайнам везенского мира и не задумывались над возможными последствиями отравления, но вы должны были подумать, что может произойти, если Ника «накроет», к примеру, в автомобиле по дороге на работу. Это первое. А второе — что случится, если однажды вам не удастся разбудить Ника? Он впадет в анабиоз, умрет или, что хуже, пойдет убивать — мы должны учитывать все варианты.

— Вообще-то, это ваш братец виноват в том, что случилось с Ником! — Монро находит в себе каплю смелости, чтоб возразить Ренарду.

— Будь уверен, мой брат на том свете очень жалеет о том злосчастном дне, когда в его голову пришла мысль похитить Гримма.

— Что?