Фандом: Гарри Поттер. Неизлечимая болезнь любимого внука приводит Люциуса Малфоя к отчаянию и известному своими экспериментальными методами доктору в американском городе Сиэтл. Он ожидал отыскать там помощь, но никак не призрак из прошлого. Изменит ли это его жизнь, которая была насыщена болью и разочарованием долгие годы?
Добавить в моё избранное
19 мин, 43 сек 12925
— Взаимно, — хмыкнула она, закрыв перед его носом дверь.
Люциус мрачно ухмыльнулся и отошёл к деревянным перилам, глядя на закатное солнце Сиэтла. Гермиона жила в одном из «плавучих» домиков, стоящих на сваях прямо в воде. Удивительно, что человек, зарабатывающий такие большие деньги, обитает в старой лачуге.
Он пока ещё не знал, как повлияла на него встреча с дочерью. Он намерено пришёл сюда, чтобы увидеть её, Джослин. Копия Гермионы в детстве, но глаза и прямые волосы девочка унаследовала от него. Глядя на неё, он испытал разочарование. Джослин не пробудила в нём отцовских чувств, лишь сожаление, что он был хладнокровно отстранён от участия в её судьбе. Прошла неделя с чудесного «воскрешения» Гермионы, а за это время он не получил ни единого ответа на витающие в воздухе вопросы. Как только он пытался вернуться на тринадцать лет назад, Гермиона раздражённо отмахивалась — не сейчас, Люциус. И лишь только желание, чтобы Скорпиус снова встал на ноги, останавливало его от применения легилеменции или сыворотки правды.
— Люциус! — удивлённый оклик заставил его оглянуться. — Что ты тут делаешь?
— Жду тебя. Скажи, ты из-за беременности решила устроить спектакль со своей смертью?
— Если бы я знала о беременности, то спектакля бы не было, — отрезала она. — Ладно, раз уж пришёл, проходи. У меня есть хорошие новости для тебя.
Дом, ошибочно принятый Люциусом за лачугу, оказался роскошным. Внутри это был уютный особняк, обставленный в девичьем стиле. Скрытый от магглов второй этаж, камин, высокие арочные окна. Гермиона действительно не была ограничена в средствах. Лекарства и методики лечения, которые она разрабатывала для магглов, приносили огромные доходы. Она нашла своё место в мире и была вполне счастлива. Ещё одна причина, по которой Люциус испытал разочарование. В глубине души он надеялся, что она все эти годы мучилась также как и он. Когда-то они были очень близки, понимая друг друга с одного взгляда. Теперь эта женщина была незнакомкой. Пожалуй, Гермиона Грейнджер действительно умерла тринадцать лет назад.
— Мам, тут к тебе приходил какой-то хмырь! — раздался девичий голос из гостиной.
— Этот хмырь — мой гость, — Гермиона и Люциус прошли в просторную, светлую комнату. — Это… мистер Малфой.
— Мы уже познакомились, — Джослин снова задержалась на нём взглядом. — Неужели ты завела себе бойфренда?
— Конечно, и в следующем месяце мы собираемся пожениться, — ответила Гермиона с улыбкой, игнорируя резкий вдох Малфоя.
— Очень смешно, — буркнула дочь. — Ты купила еды?
— Прости, милая, не было времени ходить по магазинам. Закажи нам что-нибудь из ресторана.
— Как всегда, — ворчливо отозвалась Джослин. — Ладно, китайский или мексиканский?
— Только не мексиканский. Мне кто-нибудь звонил?
— Нет. Но дядя Гарри дважды появлялся в камине.
Гермиона нахмурилась, ненадолго задумавшись. Она ещё не успела поговорить с другом, должно быть, он обеспокоен её реакцией на то, что он выдал секрет.
— Если снова появится, позови меня. Я буду в кабинете.
— Ладно.
Гермиона махнула Люциусу, чтобы тот следовал за ней. Они оказались в круглом кабинете, где кроме письменного стола с компьютером и книжными стеллажами размещалась мини-лаборатория и прозрачный холодильный шкаф. Полки были забиты разноцветными колбами и стеклянными баночками, в одной из которых хранилась отрезанная голова гарпии.
— Я провела ряд тестов, — начала Гермиона, указав Люциусу рукой на кресло. — Целители, которые лечили твоего внука, не учли, что у него аллергия на экстракт мандрагоры — этот компонент входит в зелье, которое сращивает кости. Все химические реакции, происходящие в организме мальчика, протекали медленно, к тому же, он сам мог не заметить, что некоторые участки его тела постепенно теряют чувствительность. Это стало очевидно лишь в тот момент, когда отказали двигательные функции ног. Его организм стал своеобразным вместилищем яда, который убивал нервную систему, что привело к столь устрашающим последствиям.
— Можно что-то сделать?
— Можно, — Гермиона улыбнулась, заметив, как облегчение отразилось на его неэмоциональном до этого момента лице. — Доктор Уоллес стала знаменитой благодаря тому, что изобрела формулу зелья, которое регенерирует нервную систему, что избавляет многих людей от хирургического вмешательства. Мои методы называют экспериментальными, потому как я не могу раскрыть некоторые магические составляющие своих чудодейственных лекарств. Думаю, что через несколько недель будет готово средство, которое оживит все двигательные функции мальчика, но я посоветовала бы ему раз в полгода приходить на консультацию.
— Ты сможешь…
— Да, Люциус. Я буду рада помочь, — мягко ответила Гермиона, даже не отдавая себе отчёт как часто и с каким наслаждением произносит его имя во время беседы.
Люциус мрачно ухмыльнулся и отошёл к деревянным перилам, глядя на закатное солнце Сиэтла. Гермиона жила в одном из «плавучих» домиков, стоящих на сваях прямо в воде. Удивительно, что человек, зарабатывающий такие большие деньги, обитает в старой лачуге.
Он пока ещё не знал, как повлияла на него встреча с дочерью. Он намерено пришёл сюда, чтобы увидеть её, Джослин. Копия Гермионы в детстве, но глаза и прямые волосы девочка унаследовала от него. Глядя на неё, он испытал разочарование. Джослин не пробудила в нём отцовских чувств, лишь сожаление, что он был хладнокровно отстранён от участия в её судьбе. Прошла неделя с чудесного «воскрешения» Гермионы, а за это время он не получил ни единого ответа на витающие в воздухе вопросы. Как только он пытался вернуться на тринадцать лет назад, Гермиона раздражённо отмахивалась — не сейчас, Люциус. И лишь только желание, чтобы Скорпиус снова встал на ноги, останавливало его от применения легилеменции или сыворотки правды.
— Люциус! — удивлённый оклик заставил его оглянуться. — Что ты тут делаешь?
— Жду тебя. Скажи, ты из-за беременности решила устроить спектакль со своей смертью?
— Если бы я знала о беременности, то спектакля бы не было, — отрезала она. — Ладно, раз уж пришёл, проходи. У меня есть хорошие новости для тебя.
Дом, ошибочно принятый Люциусом за лачугу, оказался роскошным. Внутри это был уютный особняк, обставленный в девичьем стиле. Скрытый от магглов второй этаж, камин, высокие арочные окна. Гермиона действительно не была ограничена в средствах. Лекарства и методики лечения, которые она разрабатывала для магглов, приносили огромные доходы. Она нашла своё место в мире и была вполне счастлива. Ещё одна причина, по которой Люциус испытал разочарование. В глубине души он надеялся, что она все эти годы мучилась также как и он. Когда-то они были очень близки, понимая друг друга с одного взгляда. Теперь эта женщина была незнакомкой. Пожалуй, Гермиона Грейнджер действительно умерла тринадцать лет назад.
— Мам, тут к тебе приходил какой-то хмырь! — раздался девичий голос из гостиной.
— Этот хмырь — мой гость, — Гермиона и Люциус прошли в просторную, светлую комнату. — Это… мистер Малфой.
— Мы уже познакомились, — Джослин снова задержалась на нём взглядом. — Неужели ты завела себе бойфренда?
— Конечно, и в следующем месяце мы собираемся пожениться, — ответила Гермиона с улыбкой, игнорируя резкий вдох Малфоя.
— Очень смешно, — буркнула дочь. — Ты купила еды?
— Прости, милая, не было времени ходить по магазинам. Закажи нам что-нибудь из ресторана.
— Как всегда, — ворчливо отозвалась Джослин. — Ладно, китайский или мексиканский?
— Только не мексиканский. Мне кто-нибудь звонил?
— Нет. Но дядя Гарри дважды появлялся в камине.
Гермиона нахмурилась, ненадолго задумавшись. Она ещё не успела поговорить с другом, должно быть, он обеспокоен её реакцией на то, что он выдал секрет.
— Если снова появится, позови меня. Я буду в кабинете.
— Ладно.
Гермиона махнула Люциусу, чтобы тот следовал за ней. Они оказались в круглом кабинете, где кроме письменного стола с компьютером и книжными стеллажами размещалась мини-лаборатория и прозрачный холодильный шкаф. Полки были забиты разноцветными колбами и стеклянными баночками, в одной из которых хранилась отрезанная голова гарпии.
— Я провела ряд тестов, — начала Гермиона, указав Люциусу рукой на кресло. — Целители, которые лечили твоего внука, не учли, что у него аллергия на экстракт мандрагоры — этот компонент входит в зелье, которое сращивает кости. Все химические реакции, происходящие в организме мальчика, протекали медленно, к тому же, он сам мог не заметить, что некоторые участки его тела постепенно теряют чувствительность. Это стало очевидно лишь в тот момент, когда отказали двигательные функции ног. Его организм стал своеобразным вместилищем яда, который убивал нервную систему, что привело к столь устрашающим последствиям.
— Можно что-то сделать?
— Можно, — Гермиона улыбнулась, заметив, как облегчение отразилось на его неэмоциональном до этого момента лице. — Доктор Уоллес стала знаменитой благодаря тому, что изобрела формулу зелья, которое регенерирует нервную систему, что избавляет многих людей от хирургического вмешательства. Мои методы называют экспериментальными, потому как я не могу раскрыть некоторые магические составляющие своих чудодейственных лекарств. Думаю, что через несколько недель будет готово средство, которое оживит все двигательные функции мальчика, но я посоветовала бы ему раз в полгода приходить на консультацию.
— Ты сможешь…
— Да, Люциус. Я буду рада помочь, — мягко ответила Гермиона, даже не отдавая себе отчёт как часто и с каким наслаждением произносит его имя во время беседы.
Страница 3 из 6
