Фандом: Гарри Поттер. Тренироваться в одной команде со своим личным врагом, пытаться ужиться и не спятить при этом — что может быть хуже? Да это просто наказание какое-то!
Добавить в моё избранное
87 мин, 5 сек 3055
И замер, ожидая реакции…
Он был готов ко всему: к новой порции возмущённых воплей, к потокам оскорблений в свой адрес, даже к кулаку в морду. К чему он точно не был готов — это к тому, что праведный грифф вдруг смутится, вспыхнув, словно факел, и потупив взгляд. Молча!
Флинт округлил глаза, вытаращившись на Оливера, у которого даже кончики ушей сейчас горели ярко-алым, и задохнулся от чего-то ещё не понятного, но ударившего по мозгам и обжигающимся жаром опустившегося к паху.
— Ву-уд? — недоверчиво выдохнул он, невольно подаваясь вперёд. — Ты-ы… что?
— Да пошёл ты, придурок, — буркнул тот, поднимая на Марка крайне смущённый взгляд. Отшатнулся, отступив на крошечный шажок, но тут же остановился, замирая на месте. — Вечно от тебя одни проблемы! — взвился ни с того, ни с сего. — Как же ты меня достал, блядь! — Оливер обличающе ткнул Марка пальцем в грудь и добавил с чувством: — Козлина!
Маркус, малость охренев от такой внезапной отповеди, внутренне подобрался. Вуд вёл себя сейчас как совершенно полный кретин, и Флинт, с жадным интересом наблюдая за его чудным поведением, неосознанно облизнул губы, с каждой секундой всё отчётливее осознавая, что, похоже, не показалось, несмотря на нереальность происходящего. Липкий пот выступил вдоль позвоночника, и Марк вдруг понял, что боится, только вот не знает чего: то ли поверить, то ли ошибиться.
— Чёрт бы тебя драл, Флинт, — продолжал распинаться явно пошедший в разнос Вуд, с силой сжал кулак и долбанул им в воздухе. — Ты как прыщ на жопе! Если не выдавить — будет нарывать, а выдавишь, так ещё хуже! Ты… ты… — Ол, наконец, выдохся и беспомощно умолк. Потом, осознав, ЧТО он наговорил, поддавшись эмоциям, в ужасе запустил пальцы в волосы, взлохмачивая их ещё больше, хотя недавно казалось, что это уже невозможно. — Вот блядь же! — простонал он в отчаянии и, не глядя на Флинта, бросился к выходу. — Извини, Флинт, — глухо и торопливо произнёс он — Мне надо… мы потом…
Флинт среагировал молниеносно: развернулся, в один прыжок настигая несносного паршивца, и вцепился в него с такой силой, что затрещала ткань тонкой футболки.
— А ну, стой, — севшим голосом велел он. Перевёл дух и развернул оцепеневшего в его хватке и не пытающегося вырваться Оливера к себе. — Плетёшь тут всякую хуйню, а я, значит, прыщ? — он вперил в него горящий взор, попутно отмечая снова вспыхнувшие как маков цвет щёки и плывущий взгляд. И губы грёбаный грифф снова прикусывал. Словно, мать его, решил довести Флинта до точки своим до охуения возбуждающим видом. Марк сглотнул, пытаясь увлажнить пересохшее горло. — Ол? — позвал тихо и легонько встряхнул его.
Оливер резко вскинул голову, удивлённо моргая. За всё время, что они с Флинтом были знакомы, как только тот его не называл: и глумливо, и зло, и обидно, но никогда по имени. Ни одного блядского раза, ни-ког-да! Вуд открыл рот, но так ничего и не смог выдавить, продолжая стоять, как парализованный, и хлопать глазами.
Марк, по-прежнему крепко держа его за плечи, посмотрел мутным взглядом… а потом просто впился в эти чёртовы искусанные губы безбашенным, голодным, похотливым поцелуем, краем сознания отмечая, что ему уже плевать, оттолкнёт ли его сейчас Вуд или нет. Сам нарвался, гадёныш, так что, теперь не отвертится. Ни за что, не сейчас…
Но Вуд не оттолкнул: сорванно задышал, прижался всем телом и замычал, положив ладонь Марку на затылок и притягивая к себе ещё ближе.
Последние остатки выдержки стремительно улетучивались, голову вело, член болезненно напрягся, неудобно упираясь в ширинку. Флинт нетерпеливо толкнулся пахом, чётко осознавая, что ещё хоть одна секунда промедления — и он разложит Вуда прямо там где стоит, на недомытом голом полу.
Он с трудом прервал поцелуй, сгребая Ола в охапку и потянув к кровати, толкая на неё. Навалился сверху, подминая под себя, и жадно зашарил руками по телу, кое-как пытаясь содрать с Вуда футболку и одновременно расстегнуть штаны. Не добившись успеха ни в том, ни в другом, Маркус недовольно заурчал и, оставляя в покое треклятую футболку, полностью переключился на джинсы, исступлённо задёргав застёжку. Та не поддавалась, будто издеваясь, и Флинт яростно махнул палочкой, избавляя от одежды сразу и себя, и Вуда — чтобы наверняка.
Тот вздрогнул и неожиданно упёрся ладонью ему в грудь, слегка отстраняясь. Смерил непонятным взглядом. Флинт, уже мало что соображая от затуманившего мозг сильнейшего возбуждения, беспокойно заёрзал, не понимая причин заминки и изнемогая от желания немедленно продолжить.
— Только не мечтай, что всегда будешь сверху, — твёрдо произнёс Вуд. — Я тебе не профурсетка, которую ты в Лютном снял и нагнул. В следующий раз сверху я, и это не обсуждается. Ясно? — и вздёрнул подбородок, пристально глядя прямо в глаза.
Флинт, из всей этой пылкой речи выделивший только три слова — «всегда» и«следующий раз», — с энтузиазмом закивал головой, снова набрасываясь с поцелуями:
— А я чего — разве против?
Он был готов ко всему: к новой порции возмущённых воплей, к потокам оскорблений в свой адрес, даже к кулаку в морду. К чему он точно не был готов — это к тому, что праведный грифф вдруг смутится, вспыхнув, словно факел, и потупив взгляд. Молча!
Флинт округлил глаза, вытаращившись на Оливера, у которого даже кончики ушей сейчас горели ярко-алым, и задохнулся от чего-то ещё не понятного, но ударившего по мозгам и обжигающимся жаром опустившегося к паху.
— Ву-уд? — недоверчиво выдохнул он, невольно подаваясь вперёд. — Ты-ы… что?
— Да пошёл ты, придурок, — буркнул тот, поднимая на Марка крайне смущённый взгляд. Отшатнулся, отступив на крошечный шажок, но тут же остановился, замирая на месте. — Вечно от тебя одни проблемы! — взвился ни с того, ни с сего. — Как же ты меня достал, блядь! — Оливер обличающе ткнул Марка пальцем в грудь и добавил с чувством: — Козлина!
Маркус, малость охренев от такой внезапной отповеди, внутренне подобрался. Вуд вёл себя сейчас как совершенно полный кретин, и Флинт, с жадным интересом наблюдая за его чудным поведением, неосознанно облизнул губы, с каждой секундой всё отчётливее осознавая, что, похоже, не показалось, несмотря на нереальность происходящего. Липкий пот выступил вдоль позвоночника, и Марк вдруг понял, что боится, только вот не знает чего: то ли поверить, то ли ошибиться.
— Чёрт бы тебя драл, Флинт, — продолжал распинаться явно пошедший в разнос Вуд, с силой сжал кулак и долбанул им в воздухе. — Ты как прыщ на жопе! Если не выдавить — будет нарывать, а выдавишь, так ещё хуже! Ты… ты… — Ол, наконец, выдохся и беспомощно умолк. Потом, осознав, ЧТО он наговорил, поддавшись эмоциям, в ужасе запустил пальцы в волосы, взлохмачивая их ещё больше, хотя недавно казалось, что это уже невозможно. — Вот блядь же! — простонал он в отчаянии и, не глядя на Флинта, бросился к выходу. — Извини, Флинт, — глухо и торопливо произнёс он — Мне надо… мы потом…
Флинт среагировал молниеносно: развернулся, в один прыжок настигая несносного паршивца, и вцепился в него с такой силой, что затрещала ткань тонкой футболки.
— А ну, стой, — севшим голосом велел он. Перевёл дух и развернул оцепеневшего в его хватке и не пытающегося вырваться Оливера к себе. — Плетёшь тут всякую хуйню, а я, значит, прыщ? — он вперил в него горящий взор, попутно отмечая снова вспыхнувшие как маков цвет щёки и плывущий взгляд. И губы грёбаный грифф снова прикусывал. Словно, мать его, решил довести Флинта до точки своим до охуения возбуждающим видом. Марк сглотнул, пытаясь увлажнить пересохшее горло. — Ол? — позвал тихо и легонько встряхнул его.
Оливер резко вскинул голову, удивлённо моргая. За всё время, что они с Флинтом были знакомы, как только тот его не называл: и глумливо, и зло, и обидно, но никогда по имени. Ни одного блядского раза, ни-ког-да! Вуд открыл рот, но так ничего и не смог выдавить, продолжая стоять, как парализованный, и хлопать глазами.
Марк, по-прежнему крепко держа его за плечи, посмотрел мутным взглядом… а потом просто впился в эти чёртовы искусанные губы безбашенным, голодным, похотливым поцелуем, краем сознания отмечая, что ему уже плевать, оттолкнёт ли его сейчас Вуд или нет. Сам нарвался, гадёныш, так что, теперь не отвертится. Ни за что, не сейчас…
Но Вуд не оттолкнул: сорванно задышал, прижался всем телом и замычал, положив ладонь Марку на затылок и притягивая к себе ещё ближе.
Последние остатки выдержки стремительно улетучивались, голову вело, член болезненно напрягся, неудобно упираясь в ширинку. Флинт нетерпеливо толкнулся пахом, чётко осознавая, что ещё хоть одна секунда промедления — и он разложит Вуда прямо там где стоит, на недомытом голом полу.
Он с трудом прервал поцелуй, сгребая Ола в охапку и потянув к кровати, толкая на неё. Навалился сверху, подминая под себя, и жадно зашарил руками по телу, кое-как пытаясь содрать с Вуда футболку и одновременно расстегнуть штаны. Не добившись успеха ни в том, ни в другом, Маркус недовольно заурчал и, оставляя в покое треклятую футболку, полностью переключился на джинсы, исступлённо задёргав застёжку. Та не поддавалась, будто издеваясь, и Флинт яростно махнул палочкой, избавляя от одежды сразу и себя, и Вуда — чтобы наверняка.
Тот вздрогнул и неожиданно упёрся ладонью ему в грудь, слегка отстраняясь. Смерил непонятным взглядом. Флинт, уже мало что соображая от затуманившего мозг сильнейшего возбуждения, беспокойно заёрзал, не понимая причин заминки и изнемогая от желания немедленно продолжить.
— Только не мечтай, что всегда будешь сверху, — твёрдо произнёс Вуд. — Я тебе не профурсетка, которую ты в Лютном снял и нагнул. В следующий раз сверху я, и это не обсуждается. Ясно? — и вздёрнул подбородок, пристально глядя прямо в глаза.
Флинт, из всей этой пылкой речи выделивший только три слова — «всегда» и«следующий раз», — с энтузиазмом закивал головой, снова набрасываясь с поцелуями:
— А я чего — разве против?
Страница 22 из 25
