Фандом: Ориджиналы. Повелитель оборотней Мартин вынужденно заключает династический брак с людьми. Его партнером становится Анджей — совсем молодой парень, который не любит секс. Что может из этого получиться — читаем в этой истории.
Добавить в моё избранное
444 мин, 55 сек 10440
Для меня это означает только то, что сегодняшняя пытка будет повторяться вновь и вновь. И уже ничего нельзя изменить. Остается или погибнуть, или приспособиться. Вот только к смерти я не готов, а выбор не особо велик. Тяжело вздохнул… Что-то я совсем расклеился.
Нет, так не пойдет! Не стоит раскисать! Все могло быть хуже. Например, так, как рассказывал Марай. Вместо красивого и обеспеченного мужа, мог быть пьяный и грубый мужлан в Храме любви, а то и вовсе какой-нибудь извращенец. Если так больно было сейчас, то, что было бы тогда? Да, наверное, не стоит воспринимать все так трагично. Я жив и даже относительно цел. Вот только немного больно даже сейчас. Думаю, если двигаться, болеть будет больше, но не смертельно. Можно терпеть. Будем жить, Анджей, обязательно будем жить!
Вот только до ванны в чем дойти? Этот зверь не оставил мне даже нижнего белья. Да еще и рукой придерживает. Но я не могу так заснуть, чувствуя, как из моего… из моей… выливается что-то тягучее и размазывается по ногам. Нет, нужно выбираться. Надеюсь, что в той части апартаментов, где расположена ванна, я никого не встречу. Я попытался осторожно выбраться из-под его руки, но стоило мне начать движение, как он, словно и не спал, приоткрыл глаза и тихо спросил:
— Куда?
— Мне нужно…
— Ммм, в соседнюю комнату и справа дверь. Я не подумал, извини.
Потом он спокойно отвернулся к окну и снова, кажется, заснул. Я сел и поморщился. Да, меня какое-то время будут сопровождать не очень-то приятные ощущения. Стараясь не делать резких движений, побрел к двери, но увидел в зеркале собственное отражение и чертыхнулся — я же голый! Кажется, со стороны кровати раздалось приглушенное фырканье. Я резко обернулся, но Мартин по-прежнему спал. Наверное, что-то привиделось во сне.
Но что же одеть? Я оглядел все помещение. Ни шкафа, где можно было бы что-нибудь временно найти, ни полотенец. А простынь только на кровати, но большей ее частью укрыт оборотень. Остается только его одежда… И я взял его рубашку. Она оказалась прилично велика и длинна. И имела странный запах… словно в ней хранили какую-то траву, Но мне он неожиданно понравился, и я поймал себя за тем, что уже минуту просто нюхаю его рубашку. Фу ты, какая глупость! Хорошо, что никто не видит. Кинул в зеркало еще один взгляд — похоже, что я зачем-то вырядился в короткое платье, забавно. Но нужно идти, мне совсем не хочется испачкать еще и его рубашку, вдруг это любимая вещь.
В следующем помещении было темно. Я начал нащупывать на стене активатор светильника, но тут услышал шорох. Сердце скакнуло к горлу. Это был явно не шелест ветра, я точно слышал, так двигается человек. В кровь тут же хлынуло такое количество адреналина, что я почувствовал, как сжимает виски. Я досадовал на себя — ну отчего не догадался захватить с собой хотя бы небольшой кинжал. Сейчас, без оружия, чувствовал себя совсем голым. Нужно поднять тревогу! Уж оборотень сможет справиться с любым, даже если у него и нет оружия. Я уже принял решение закричать, когда чья-то рука мягко, но умело зажала мне рот, а на ухо прошипели: «Спокойно, свои… Не будешшшшь кричать?». Я чуть качнул головой. «Отлично, сейчас я чуть добавлю света». Тихий щелчок регулятора, и я уже могу различать всю обстановку комнаты и двух оборотней, один из которых держит меня, а второй играет кинжалом, сидя на подоконнике. Наконец, он убрал руку от моего рта.
— Ну, дай взгляну… Хорош, а в рубашке Мартина весьма соблазнителен. — Оборотень втянул ноздрями воздух. — Рольд, а Мартин не терял времени зря!— довольно воскликнул он. — Тебе, надеюсь, понравилось?— обратился он ко мне, ехидно ухмыляясь.
К этому времени я уже оправился от испуга.
— Это не твое дело, — довольно зло ответил я, сбрасывая со своего пояса слишком вольно расположившуюся там чужую руку.
— О, малыш с характером? Неужели, не обломали в Храме любви? Хорош выделываться!— прошептал он неожиданно зло, резким движением прижимая меня к стене. — Мартин получил свою часть удовольствия, а теперь ты покажешь мне и моему другу, чему тебя в Храме научили. Давай, малыш, не стесняйся, для начала — поцелуй дядю Ральфа.
Я попытался вырваться — бесполезно, похоже, у всех оборотней просто железные мышцы. Что делать? Ударить в пах коленом? Не выходит, он так меня прижал, что и это не получится! Звать на помощь, словно девица? Это мне казалось постыдным. Назвавшийся Ральфом оборотень, несильно, но ощутимо встряхнул меня: «Ну! Я не собираюсь ждать долго, да еще мой друг на очереди!».
— Я не буду этого делать!— собрав в кулак всю свою волю и решимость, твердо ответил я и вызывающе посмотрел ему прямо в глаза. Мама, у него вертикальный зрачок! Это так поразило меня, что вся решительность растаяла, словно весенний снег. А оборотень с усмешкой продолжал «держать» мой взгляд, пока я не моргнул и не опустил голову. — Поиграл, и хватит, — ласково«промурлыкал он, — не хочешь целоваться, не надо.
Нет, так не пойдет! Не стоит раскисать! Все могло быть хуже. Например, так, как рассказывал Марай. Вместо красивого и обеспеченного мужа, мог быть пьяный и грубый мужлан в Храме любви, а то и вовсе какой-нибудь извращенец. Если так больно было сейчас, то, что было бы тогда? Да, наверное, не стоит воспринимать все так трагично. Я жив и даже относительно цел. Вот только немного больно даже сейчас. Думаю, если двигаться, болеть будет больше, но не смертельно. Можно терпеть. Будем жить, Анджей, обязательно будем жить!
Вот только до ванны в чем дойти? Этот зверь не оставил мне даже нижнего белья. Да еще и рукой придерживает. Но я не могу так заснуть, чувствуя, как из моего… из моей… выливается что-то тягучее и размазывается по ногам. Нет, нужно выбираться. Надеюсь, что в той части апартаментов, где расположена ванна, я никого не встречу. Я попытался осторожно выбраться из-под его руки, но стоило мне начать движение, как он, словно и не спал, приоткрыл глаза и тихо спросил:
— Куда?
— Мне нужно…
— Ммм, в соседнюю комнату и справа дверь. Я не подумал, извини.
Потом он спокойно отвернулся к окну и снова, кажется, заснул. Я сел и поморщился. Да, меня какое-то время будут сопровождать не очень-то приятные ощущения. Стараясь не делать резких движений, побрел к двери, но увидел в зеркале собственное отражение и чертыхнулся — я же голый! Кажется, со стороны кровати раздалось приглушенное фырканье. Я резко обернулся, но Мартин по-прежнему спал. Наверное, что-то привиделось во сне.
Но что же одеть? Я оглядел все помещение. Ни шкафа, где можно было бы что-нибудь временно найти, ни полотенец. А простынь только на кровати, но большей ее частью укрыт оборотень. Остается только его одежда… И я взял его рубашку. Она оказалась прилично велика и длинна. И имела странный запах… словно в ней хранили какую-то траву, Но мне он неожиданно понравился, и я поймал себя за тем, что уже минуту просто нюхаю его рубашку. Фу ты, какая глупость! Хорошо, что никто не видит. Кинул в зеркало еще один взгляд — похоже, что я зачем-то вырядился в короткое платье, забавно. Но нужно идти, мне совсем не хочется испачкать еще и его рубашку, вдруг это любимая вещь.
В следующем помещении было темно. Я начал нащупывать на стене активатор светильника, но тут услышал шорох. Сердце скакнуло к горлу. Это был явно не шелест ветра, я точно слышал, так двигается человек. В кровь тут же хлынуло такое количество адреналина, что я почувствовал, как сжимает виски. Я досадовал на себя — ну отчего не догадался захватить с собой хотя бы небольшой кинжал. Сейчас, без оружия, чувствовал себя совсем голым. Нужно поднять тревогу! Уж оборотень сможет справиться с любым, даже если у него и нет оружия. Я уже принял решение закричать, когда чья-то рука мягко, но умело зажала мне рот, а на ухо прошипели: «Спокойно, свои… Не будешшшшь кричать?». Я чуть качнул головой. «Отлично, сейчас я чуть добавлю света». Тихий щелчок регулятора, и я уже могу различать всю обстановку комнаты и двух оборотней, один из которых держит меня, а второй играет кинжалом, сидя на подоконнике. Наконец, он убрал руку от моего рта.
— Ну, дай взгляну… Хорош, а в рубашке Мартина весьма соблазнителен. — Оборотень втянул ноздрями воздух. — Рольд, а Мартин не терял времени зря!— довольно воскликнул он. — Тебе, надеюсь, понравилось?— обратился он ко мне, ехидно ухмыляясь.
К этому времени я уже оправился от испуга.
— Это не твое дело, — довольно зло ответил я, сбрасывая со своего пояса слишком вольно расположившуюся там чужую руку.
— О, малыш с характером? Неужели, не обломали в Храме любви? Хорош выделываться!— прошептал он неожиданно зло, резким движением прижимая меня к стене. — Мартин получил свою часть удовольствия, а теперь ты покажешь мне и моему другу, чему тебя в Храме научили. Давай, малыш, не стесняйся, для начала — поцелуй дядю Ральфа.
Я попытался вырваться — бесполезно, похоже, у всех оборотней просто железные мышцы. Что делать? Ударить в пах коленом? Не выходит, он так меня прижал, что и это не получится! Звать на помощь, словно девица? Это мне казалось постыдным. Назвавшийся Ральфом оборотень, несильно, но ощутимо встряхнул меня: «Ну! Я не собираюсь ждать долго, да еще мой друг на очереди!».
— Я не буду этого делать!— собрав в кулак всю свою волю и решимость, твердо ответил я и вызывающе посмотрел ему прямо в глаза. Мама, у него вертикальный зрачок! Это так поразило меня, что вся решительность растаяла, словно весенний снег. А оборотень с усмешкой продолжал «держать» мой взгляд, пока я не моргнул и не опустил голову. — Поиграл, и хватит, — ласково«промурлыкал он, — не хочешь целоваться, не надо.
Страница 21 из 125
