Ледышка для оборотня, или 101 способ ублажить старшего мужа

Принято решение, что если тебе за положенные три месяца не найдется пары, то ты отправишься в храм любви. И уж тогда, братец, будь уверен, я позабочусь о том, чтобы ты не скучал. Все шестнадцать часов — не скучал! И ни часу из них не простаивал «без дела»! Я все сказал — иди!

Я молча поклонился и вышел. За дверью меня ожидал все тот же юный паж.

— На сегодня я не нуждаюсь в твоих услугах, — отпустил я его.

Не хочу, чтобы хоть кто-нибудь видел мои слезы.

Клан ночных теней

Мартин раздраженно раздувал слишком чувствительные ноздри. С тех пор, как они выехали из леса, вокруг было слишком много раздражающих запахов: конский навоз, человеческие испражнения, дешевые духи, подкисшая капуста — и это еще самые безобидные. Ведь хотел ехать старым позаброшенным трактом, но дал уговорить себя на более короткую и оттого перегруженную людьми, каретами и постоялыми дворами дорогу. Да, конечно, следует поторапливаться. По данным разведки Император стягивал к границам новые полки. Что это значит, не нужно объяснять даже ребенку. И все же — несколько недель для мирного урегулирования военного конфликта еще есть. Разве решила бы хоть что-то пара лишних дней? Но нет — поспешили, и теперь ему — наследнику правящего клана оборотней — приходится вдыхать всякую гадость.

— Не злись, брат, — легко коснулся плеча Ральф, мой давний друг и товарищ по боевым вылазкам. — Тебе нужно подготовиться к тому, что ожидает всех нас в столице этой нечистоплотной империи. Только представь себе, чем будет вонять их самый крупный город!

— Знаю, — недовольно скривился я. — Но там мне пришлось бы терпеть от силы два дня, а тут три дня пути. Ты думаешь, моих сил хватит? Или мстишь за Римму? Так точно тебе говорю — я ничего не делал для того, чтобы она привязалась ко мне. Напротив, всячески объяснял, что она не интересна мне, как пара.

— Лучше бы прямо и честно сказал ей, что предпочитаешь мальчиков. Все твои косвенные аргументы она восприняла, как вызов.

Римма стала нашим единственным камнем преткновения. Слишком яркая, слишком красивая, слишком хищная и опасная. На мой вкус в ней было все слишком, а вот Ральф тайно мечтал о ее внимании и никак не решался на разговор. А тут еще эта взбаломошная особа прицепилась ко мне, словно репей к хвосту, и никакие аргументы на нее не действовали.

— Ну, хочешь, вернусь и расскажу ей, на кого действительно следует обратить свое внимание?

— Нет, не вмешивайся! — строго ответил брат. — Кстати, судя по указателю, за пригорком откроется прямой вид на столицу. Мы почти на месте. Поторопимся?

Не отвечая, я пришпорил коня, и весь наш небольшой отряд уже через пару минут застыл на вершине пригорка, обозревая панораму раскинувшегося внизу города.

— Боги, какой огромный!

— И зачем всем скопом жить в одном месте? Это же неудобно!

— А как же они охотятся?

— Разговоры! — строго одернул воинов Ральф. — Вы должны помнить, что представляете только эскорт принца. Помалкивайте. У людей так принято — воины молчат и охраняют, а не высказывают свое мнение по каждому фырканью!

Ребята пристыжено замолкли. Да, их, конечно, проинструктировали перед выездом, но в отряде были одни представители хищных кланов, а вторая ипостась всегда влияла на первую. Потому некоторая свободолюбивость и неуправляемость была скорее нормой, нежели чем-то исключительным.

— Ну, терпения нам всем, — тихонько благословил я, пуская коня легкой рысью.

Омерзительно! Вот именно это слово подходило под описание как дворца, так и сумасшедших людей, населяющих огромный город. Шум, ужасающая вонь, вызванная дичайшим смешением ароматов и запахов, толчея… Как вообще можно жить в этом месте? Пожалуй, теперь я знаю, какого наказания будут удостаиваться чрезмерно активные особи нашего народа — я буду отправлять их сюда послами. На месяц. Больше нельзя — просто сойдут с ума, а умалишенный оборотень слишком опасен. Дворец был не лучше улиц города: помпезный, пересыщенный ароматами цветов и духов. А люди, в нем живущие, вообще не имели права называться разумными. Чего только стоит тот факт, что всю делегацию оставили в одиночестве в огромном по своим размере зале с потолком, теряющимся в потемках на высоте более десяти ростов среднего оборотня. Совсем одних! А ведь прекрасно знают, что наши народы находятся в состоянии войны. Где элементарная осторожность? Где воины охраны? Нет. Только тишина и брошенные перед уходом слова слуги:

— Ожидайте!

— Что скажешь, брат?

— Я такого не ожидал. Теперь понятно, почему они с нами воюют. Они все ненормальные, потому и лезут с упорством самоубийц в наши леса, словно можно победить оборотня в родном лесу, где укрывает каждый овраг!

— Не хорохорься! Как выяснилось, их вполне устраивают пепелища. Мне совсем не хочется потерять еще несколько поселений в огне пожарищ.

— Ты прав, прости…