Ледышка для оборотня, или 101 способ ублажить старшего мужа

Теперь мне стала понятна причина, по которой он прятался за капюшоном.

— Вы удовлетворили свое любопытство? Могу я надеть капюшон? — спокойно уточнил он.

— Нет.

— Нет? Вам приятно лицезреть уродов?

Я смутился. На самом деле он вовсе не казался мне уродливым. В понимании нашей культуры, шрамы — это книга боев, они не могут уродовать мужчину. Но люди странные существа, и сейчас я видел, что этот человек ненавидит свои шрамы и искренне считает себя уродом.

— Вообще-то, вы довольно красивый человек, — сказал я искренне. — Эх, жаль только, что второй глаз не сохранили, очень уж цвет хорош.

Потом я сообразил, кому сейчас отвешиваю комплименты и как это вообще могло выглядеть со стороны, и покраснел от досады.

— Вы… вы… правда, считаете меня … интересным? — чуть запинаясь и краснея нетронутой шрамами частью лица, переспросил Советник.

— Да, — пожал я плечами.

— А вы кто?

— Вот вовремя спросили! — рассмеялся я. — Будем знакомы: я — Ральф, начальник службы безопасности Повелителя.

Советник осторожно пожал протянутую мной руку.

— Много слышал о вас, но даже не представлял, что вы такой.

— Какой? — улыбнулся я.

— Открытый, очень живой и молодой. Думал, что вы старше.

— А вот выкать — это обязательно? — спросил я, польщенный данной мне оценкой.

— Не обязательно, — скромно улыбнулся Лик. — Раз уж мы некоторым образом коллеги, можно на ты и по именам.

— Согласен!

Лик потянул было капюшон на свое обычное место, но я остановил его:

— Не стоит, мне гораздо приятнее разговаривать и видеть своего собеседника, а не серую тряпку.

— И… тебя не будет смущать это? — он показал рукой на шрамы.

— Ничуть. Пока ЭТО если кого и смущает, то только тебя, и, знаешь, зря. Я вот тоже много о тебе слышал. Если честно, всегда думал, что случись столкнуться нашим интересам, не уверен, что смог бы тебя обыграть. Очень уж сильный противник. Восхищен! Честно!

Лик снова покраснел.

— Спасибо! Ты вот что, Ральф, не беспокойся. У меня везде по этому крылу тайные агенты расставлены — надежные люди. Да и ваши воины. Плюс гвардия. Они тоже служат только Императору. Во дворце части проверенные мной лично — до последнего человека.

— Видел я эту гвардию. Ты извини, но говно воины.

— Зато, если что, примут на себя первый удар и выиграют время. Большего от них и не требуется. Так что выставляй стандартные посты и спи спокойно. Я, даю слово, заинтересован в том, чтобы с вами все было хорошо.

— Спасибо! Знаешь, есть какое-то странное чувство — кому можно верить, а кому нельзя. Вот тебе сейчас можно! — я улыбнулся, действительно ощущая спокойствие и уверенность.

— Отдыхайте. И, если захочешь, заходи на чашку чая, — немного неуверенно предложил Лик. — Я буду очень рад тебя видеть. Мои пропустят. Я распоряжусь.

Я кивнул и вышел из кабинета. Какая странная и приятная встреча. Ехал к врагам, а, кажется, совершенно неожиданно нашел друга. Ну, или того, кто вполне способен им стать.

Коронация (часть 2), (часть 3)

Шок? Немного не дотягивает, но очень похоже. Этот молодой оборотень сумел полностью выбить почву из-под моих ног. Еще никогда я не чувствовал себя так неуверенно, очень давно не смущался, подобно неопытному юнцу. Я пытался понять, что послужило причиной. Кажется, я слишком отвык быть открытым, слишком долго не снимал капюшона, считая, что моя внешность способна только шокировать окружающих. До сих пор помню, как стошнило моего последнего любовника, увидевшего меня, выжившего после нападения. Больше я никого не подпускал близко. Надо признать, что и тот любовник был со мной рядом лишь из-за странной схожести с Фридрихом. Хотя схожесть была только внешней, но если он молчал, то я мог представить, что со мной в постели тот, кого я действительно люблю.

Фридрих… он ушел, а я остался совсем один. Мне до сих пор трудно представить, что я больше никогда не увижу его и не услышу знакомого голоса. Я жил, словно в тумане, выполняя то, что должен и ничего не ощущая — ни запахов, ни вкуса. Весь мир казался окрашенным в черно-белые и серые тона. Я жил ожиданием. Кого я ждал? Сына моего Фридриха. Я не знаю, есть ли у меня такое право — считать Фридриха своим. Но теперь это уже неважно…

Мальчишка мне понравился. Внешне Фридриха он напоминал лишь едва уловимыми чертами — похожие скулы, разлет бровей… Но вот глаза — в этом они были очень похожи. Тот же цвет, тот же внутренний огонь. Только Фридрих научился его скрывать, а юный Анджей для этого был слишком прямолинеен в силу своего возраста. Если он не откажется от моей помощи, то я, пожалуй, буду рад помогать ему так, как до этого его отцу.

А вот Мартин, Повелитель оборотней, мне не понравился. В нем было все «слишком»: слишком много ярости, слишком много силы, слишком мало опыта, слишком много амбиций, слишком мало терпения.