Фандом: Гарри Поттер. Обычная человеческая история, которая никогда бы не состоялась, если бы в ловушку на мантикору не спрятался кто-то совсем другой.
Добавить в моё избранное
69 мин, 50 сек 16003
Даже мне стало скучно — а те, кого мы пугаем, по-моему, просто уже привыкли. Я предложил бы разгромить какое-нибудь мелкое местечко, где и волшебников-то — раз, два и обчелся, может, одна семья всего и живёт. Продемонстрируем, что никто не может считать себя в безопасности, даже те, кто, вроде бы, ничего не делает и сидит тихо, — он хмыкнул и вопросительно поглядел на Долохова. — Их можно даже убить не всех — вон пусть их дети расскажут, как это было ужасно.
— Магглолюбцы или грязнокровки? — деловито спросил Долохов.
— Какая разница? — очень искренне удивился МакНейр. — Довольно того, что они не поддерживают нас и живут в таком дерьме, что любой маггл бы постеснялся. Ты бы видел их дом, — он скривился. — У меня курятник в разы чище.
— Ну, ладно, — пожал плечами Долохов. — Пугнем этих дерьмовых обывателей. Все-таки разнообразие. Гойл, Крэбб, вы с нами. Руди? — он повернулся к старшему Лестрейнджу, но ему, как часто бывало, ответила Беллатрикс:
— Ни за что! Мараться в дерьме — увольте!
— Я с вами, — вдруг сказал Родольфус, заслужив этим возмущенный и непонимающий взгляд жены. — А вы с Беллой останетесь, — приказал он поднявшемуся было со своего места Рабастану. — И хватит, пожалуй — куда там больше пятерых? Тони?
— Замечательно, — быстро сказал Долохов, радуясь, что в рейде не будет ни чокнутой Беллы, ни ставшего совершенно непредсказуемым младшего Лестрейнджа, хуже которых, пожалуй, был только Эйвери — правда, как раз по причине полной своей предсказуемости. — Мы впятером отправляемся — а вы остаетесь на связи.
Беллатрикс презрительно фыркнула, но спорить, как ни странно, не стала.
… — Хуже дыры не нашлось? — Долохов брезгливо оглядел замызганный, какой-то грязно-серый домишко. — И здесь точно волшебники живут? Даже у магглов жилища пригляднее будут!
— Точно, — кивнул МакНейр. — Я потому и предложил их — не жалко. Так опуститься, — он скривился. — Зато шума будет… — он хмыкнул.
Крэбб с Гойлом, осмотрев предполагаемое место действия, тоже очень удивились.
— Чего мы тут делать-то будем? — Гойл пожал могучими плечами и недоуменно взглянул на Долохова. — Это ж свинарник какой-то, прости Мерлин!
— Чего это свинарник? — оскорбился большой любитель свинины Крэбб, возле дома которого как раз стояли большие каменные свинарники, чистенькие и ухоженные. — Да сроду свиньи в такой грязище жить не будут, они твари чистоплотные!
— А я говорил, — сказал МакНейр. — Позорище же!
В это время из дома вышел хмурый мужчина в старой мантии, волочащий за руку ревущую замурзанную рыжеволосую девчонку лет восьми-девяти, и потащил ее на задний двор, превращенный в какое-то бледное подобие чахлого лесочка. Скрытых Дезиллюминационными чарами Пожирателей он, разумеется, не замечал.
— Три дня жрать не будешь, пока не научишься личинок есть, дрянь такая! — ругался мужчина. — И в дом не войдешь, на цепи сидеть будешь, как собачонка!
— Н-не н-на-а-ад-до! — рыдала та, но послушно шла следом. — П-пожа-а-алуйста-а-а-а!
— Начали! — скомандовал, дёрнув уголком рта, МакНейр.
Долохов, при виде хозяев сжавший зубы (когда-то у него была младшая сестра, умершая от драконьей оспы, и эта неизвестная девчонка чем-то ее напоминала), шарахнул по двери дома Бомбардой, отчего та разлетелась на мелкие щепки и, направив палочку в небо, выкрикнул:
— Морсмордре!
Над домом повис так уже хорошо знакомый и наводящий ужас на всех волшебников Британии череп с вылетающих из его рта змеей. Девчонка, пискнув, ринулась в тот самый отгороженный чарами угол с чахлыми деревцами и пнями, а тащивший её мужчина замер, нелепо разведя в стороны руки и мелко и часто мотая головой.
Но это уже его не спасло.
— Круцио! — Долохов с наслаждением приложил бы мужчину Авадой, но в последний момент остановился на другом Непростительном, решив не убивать на глазах девчонки отца — даже такого поганца, как этот.
МакНейр же послал в девчонку Петрификус, добавив к нему хорошее заглушающее — незачем ей было всё это видеть. Какой-никакой, а отец… а хотя…
На пороге возник ещё один мужчина, очень похожий на первого — брат? Кузен?
Оттолкнув его, из дома выскочила женщина, которая при виде Пожирателей отчаянно закричала:
— У нас нет грязнокровок! И никогда не было! Мы все чистокровные!
— Зато есть ещё кое-что, — буркнул МакНейр, сшибая её с ног Инкарцеро и связывая.
— Вот как? — по-звериному оскалился Долохов, глядя побелевшими от бешенства глазами на замершего в дверном проеме второго обитателя этого домишки. — Нет грязнокровок, говорите? Так что ж вы сидите тут, в своем свинарнике, а не боретесь против маггловских выродков и магглолюбцев? Может, вас лучше сразу в свиней и превратить?
— Да какие из них свиньи! — возмутился Крэбб. — Они ж только породу испортят!
— Зачем в свиней?
— Магглолюбцы или грязнокровки? — деловито спросил Долохов.
— Какая разница? — очень искренне удивился МакНейр. — Довольно того, что они не поддерживают нас и живут в таком дерьме, что любой маггл бы постеснялся. Ты бы видел их дом, — он скривился. — У меня курятник в разы чище.
— Ну, ладно, — пожал плечами Долохов. — Пугнем этих дерьмовых обывателей. Все-таки разнообразие. Гойл, Крэбб, вы с нами. Руди? — он повернулся к старшему Лестрейнджу, но ему, как часто бывало, ответила Беллатрикс:
— Ни за что! Мараться в дерьме — увольте!
— Я с вами, — вдруг сказал Родольфус, заслужив этим возмущенный и непонимающий взгляд жены. — А вы с Беллой останетесь, — приказал он поднявшемуся было со своего места Рабастану. — И хватит, пожалуй — куда там больше пятерых? Тони?
— Замечательно, — быстро сказал Долохов, радуясь, что в рейде не будет ни чокнутой Беллы, ни ставшего совершенно непредсказуемым младшего Лестрейнджа, хуже которых, пожалуй, был только Эйвери — правда, как раз по причине полной своей предсказуемости. — Мы впятером отправляемся — а вы остаетесь на связи.
Беллатрикс презрительно фыркнула, но спорить, как ни странно, не стала.
… — Хуже дыры не нашлось? — Долохов брезгливо оглядел замызганный, какой-то грязно-серый домишко. — И здесь точно волшебники живут? Даже у магглов жилища пригляднее будут!
— Точно, — кивнул МакНейр. — Я потому и предложил их — не жалко. Так опуститься, — он скривился. — Зато шума будет… — он хмыкнул.
Крэбб с Гойлом, осмотрев предполагаемое место действия, тоже очень удивились.
— Чего мы тут делать-то будем? — Гойл пожал могучими плечами и недоуменно взглянул на Долохова. — Это ж свинарник какой-то, прости Мерлин!
— Чего это свинарник? — оскорбился большой любитель свинины Крэбб, возле дома которого как раз стояли большие каменные свинарники, чистенькие и ухоженные. — Да сроду свиньи в такой грязище жить не будут, они твари чистоплотные!
— А я говорил, — сказал МакНейр. — Позорище же!
В это время из дома вышел хмурый мужчина в старой мантии, волочащий за руку ревущую замурзанную рыжеволосую девчонку лет восьми-девяти, и потащил ее на задний двор, превращенный в какое-то бледное подобие чахлого лесочка. Скрытых Дезиллюминационными чарами Пожирателей он, разумеется, не замечал.
— Три дня жрать не будешь, пока не научишься личинок есть, дрянь такая! — ругался мужчина. — И в дом не войдешь, на цепи сидеть будешь, как собачонка!
— Н-не н-на-а-ад-до! — рыдала та, но послушно шла следом. — П-пожа-а-алуйста-а-а-а!
— Начали! — скомандовал, дёрнув уголком рта, МакНейр.
Долохов, при виде хозяев сжавший зубы (когда-то у него была младшая сестра, умершая от драконьей оспы, и эта неизвестная девчонка чем-то ее напоминала), шарахнул по двери дома Бомбардой, отчего та разлетелась на мелкие щепки и, направив палочку в небо, выкрикнул:
— Морсмордре!
Над домом повис так уже хорошо знакомый и наводящий ужас на всех волшебников Британии череп с вылетающих из его рта змеей. Девчонка, пискнув, ринулась в тот самый отгороженный чарами угол с чахлыми деревцами и пнями, а тащивший её мужчина замер, нелепо разведя в стороны руки и мелко и часто мотая головой.
Но это уже его не спасло.
— Круцио! — Долохов с наслаждением приложил бы мужчину Авадой, но в последний момент остановился на другом Непростительном, решив не убивать на глазах девчонки отца — даже такого поганца, как этот.
МакНейр же послал в девчонку Петрификус, добавив к нему хорошее заглушающее — незачем ей было всё это видеть. Какой-никакой, а отец… а хотя…
На пороге возник ещё один мужчина, очень похожий на первого — брат? Кузен?
Оттолкнув его, из дома выскочила женщина, которая при виде Пожирателей отчаянно закричала:
— У нас нет грязнокровок! И никогда не было! Мы все чистокровные!
— Зато есть ещё кое-что, — буркнул МакНейр, сшибая её с ног Инкарцеро и связывая.
— Вот как? — по-звериному оскалился Долохов, глядя побелевшими от бешенства глазами на замершего в дверном проеме второго обитателя этого домишки. — Нет грязнокровок, говорите? Так что ж вы сидите тут, в своем свинарнике, а не боретесь против маггловских выродков и магглолюбцев? Может, вас лучше сразу в свиней и превратить?
— Да какие из них свиньи! — возмутился Крэбб. — Они ж только породу испортят!
— Зачем в свиней?
Страница 14 из 20
