Фандом: Шерлок Холмс и Доктор Ватсон. Эти драбблы и мини писались по заявкам читателей, поэтому они расположены не в хронологическом порядке. Период — от годовщины совместной жизни наших героев до начала двадцатого века.
Добавить в моё избранное
29 мин, 36 сек 11309
Ещё полусонный, Холмс уселся в кресло и потянулся к пожелтевшей с годами тарелке, на которую он согласился выбивать табак из трубки, когда я, давно ещё, указал ему на некоторые неудобства, сопряжённые с нахождением этих кучек на каминной полке или на столе.
Он устроился поудобнее, довольно жмурясь. Его пальцы совершали привычные движения, добавляя по щепоти табак в чашку трубки, осторожно уминая его. Я сидел напротив, наблюдая за процессом священнодействия, чувствуя, что во мне исподволь поднимается ревность к куску вишнёвого дерева, потому что эти пальцы ночью прикасались к моей коже. Губы Холмса разомкнулись, обхватили мундштук. Что-то ему не понравилось, и он облизнул их, вынимая изо рта трубку. Сон с меня уже давно слетел, хотя я ещё не вдохнул и первой порции зелья.
Холмс, наконец, закурил, и я пришёл к мысли, что никогда ещё эта его утренняя привычка не доставляла мне только тяжёлых минут. Немного проснувшись, он сверкнул в мою сторону хитрым взглядом из-под опущенных век, потянулся и выпрямился в кресле.
— Я думаю, мы встали рано, — сказал я, хмурясь.
— Правда?
И всё ведь прекрасно понял! Я почувствовал потребность получить некоторую компенсацию за потраченные нервы, встал и направился к двери, чтобы запереть её — подальше от греха, сам с каждым шагом находясь к нему всё ближе. Как ужасно развращающе действуют на нас чужие вредные привычки.
Он устроился поудобнее, довольно жмурясь. Его пальцы совершали привычные движения, добавляя по щепоти табак в чашку трубки, осторожно уминая его. Я сидел напротив, наблюдая за процессом священнодействия, чувствуя, что во мне исподволь поднимается ревность к куску вишнёвого дерева, потому что эти пальцы ночью прикасались к моей коже. Губы Холмса разомкнулись, обхватили мундштук. Что-то ему не понравилось, и он облизнул их, вынимая изо рта трубку. Сон с меня уже давно слетел, хотя я ещё не вдохнул и первой порции зелья.
Холмс, наконец, закурил, и я пришёл к мысли, что никогда ещё эта его утренняя привычка не доставляла мне только тяжёлых минут. Немного проснувшись, он сверкнул в мою сторону хитрым взглядом из-под опущенных век, потянулся и выпрямился в кресле.
— Я думаю, мы встали рано, — сказал я, хмурясь.
— Правда?
И всё ведь прекрасно понял! Я почувствовал потребность получить некоторую компенсацию за потраченные нервы, встал и направился к двери, чтобы запереть её — подальше от греха, сам с каждым шагом находясь к нему всё ближе. Как ужасно развращающе действуют на нас чужие вредные привычки.
Страница 9 из 9
