Письма. Итоги

Долгое время Шерлок не мог понять, что происходит. В голове смутно плавали мысли, и при обычных обстоятельствах его бы это раздражало, но сейчас он не беспокоился. Большую часть времени он уютно скользил по тишине и темноте, и это было прекрасно. Это было именно тем, в чем он нуждался. А затем тишина и темнота пропали, стало вдруг очень шумно, все разом заболело, и Шерлок попытался осмыслить этот писк и треск вокруг него, тяжесть в ногах и то, что он не мог пошевелить руками, а его голова пульсировала, словно громадный пчелиный укус. Но осознание всего этого утомляло, и было проще снова вернуться к темноте и тишине.

А затем, внезапно, рассекая все, появился голос, который звал его по имени.

— Шерлок, — произнес он, резко и вместе с тем умоляюще. — Шерлок, пожалуйста.

«Джон», — подумал Шерлок, и, раздраженный на тишину и темноту, попытался рассеять их. Они были липкими и настойчивыми, и все время пытались засосать его обратно, но он дрейфовал в сторону Джона, все время думая о нем. Джон, Джон, где-то там Джон, который нуждается в нем, ищет его, зовет и ждет, и Шерлок боролся, снова и снова, а когда он открыл глаза, то чувствовал себя таким уставшим и обессиленным, каким не был ни разу в жизни. Это раздражало. А еще он лежал в постели. Столько усилий, чтобы всего лишь очнуться в кровати!

Комната была едва освещена, хотя абсолютной темноты не было. Он открыл глаза. Какое-то время смотрел в потолок, и далеко не сразу определил, что это место было ему незнакомо. Нахмурился, поскольку не знал, где находится, а это было неприемлемо. Информация окружала его, просто нужно было ее увидеть.

Он пытался повернуть голову, что оказалось огромной ошибкой, ведь он был подключен ко множеству трубок, из-за которых не мог пошевелить ею, а еще ему было больно, боль резанула его прямо в позвоночник, и он подумал, что, кажется, сейчас снова упадет в эту тихую тьму. Но потом он вдохнул, и боль немного утихла. Шерлок понял, что да, он лежал в постели, и кто-то находился рядом, опирался о кровать. Сидел в кресле около него, положив голову на матрас, возле его бедра. Шерлок рассматривал голову сидящего человека и видел только затылок, потому что лицо было повернуто в другую сторону. «Джон», — подумал он. «Да, конечно, это Джон, как я мог быть таким идиотом и сразу не узнать его?»

Он попытался заговорить, произнести имя Джона, но не мог понять, как исторгнуть звук из своего рта. Это было неудобно. Прежде он умел говорить. Ведь правда?

Его рука лежала рядом с головой Джона. Он попытался поднять ее и коснуться его волос, но та не шевелилась. Она лежала на постели — тяжелая и непослушная. Шерлок смотрел на нее со смесью раздражения и недоверия. Все это было абсолютно неприемлемо. Шерлок напрягся и очень сильно сконцентрировался. Пальцы дернулись. Точнее, ему показалось, что они дернулись. Хоть что-то. Снова сосредоточившись, он заставил их прикоснуться к голове Джона, едва заметное касание, а потом ему нужно было передохнуть, потому что он снова почувствовал себя обессиленным.

Но этого было достаточно. Джон зашевелился на кровати. Шерлок безмолвно попросил его проснуться, но все, что сделал Джон — это повернул голову. Теперь Шерлок видел его лицо: глаза были закрыты, видимо, он спал.

«Раздражает», — подумал Шерлок. Джон слишком много спит.

Шерлок не хотел снова уходить от Джона, но именно это, по его мнению, и произошло, потому что, когда он в следующий раз открыл глаза, в комнате было светлее. Насколько он мог судить. Больше серого света. Ощущение времени было неясным. Он не помнил, чтобы засыпал, но вроде бы сейчас просыпаться было легче, и тьма не так сильно цеплялась к нему.

Джон находился в том же положении: его голова лежала у бедра Шерлока, глаза по-прежнему были закрыты. Шерлок собрал остатки сил и снова шевельнул пальцами. Он не трогал Джона — тот был слишком далеко — но Джон должно быть, что-то почувствовал, потому что, наконец, открыл глаза. Он уставился на пальцы Шерлока перед его лицом, и Шерлоку удалось шевельнуть указательным пальцем. Он хотел сказать «Привет».

Джон сел так быстро, что его кресло громко стукнуло по полу, и эхо ударило Шерлока прямо в голову. Он вздрогнул, и Джон склонился над ним, легко проведя рукой по его волосам.

— Шерлок! — сказал он. — Боже мой, Шерлок.

Шерлок посмотрел на него и попытался объяснить глазами, что не может говорить и очень устал, и что Джон мог бы перестать кричать на него.

— Хорошо, — сказал Джон, явно обращаясь больше к себе, чем к Шерлоку. — Хорошо, это хорошо. Не отключайся, ладно? Ты можешь не засыпать? Мне нужно сходить к врачам, мне нужно… это хорошо. Это очень хорошо.

«Он повторяется», — подумал Шерлок. Как утомительно. Как всегда в своем репертуаре.

Джон исчез из поля зрения Шерлока, но он слишком устал, чтобы повернуть голову и проследить за ним.