Фандом: Сотня. Джон Мерфи не из каждой передряги выходит целым и невредимым. Иногда для того, чтобы выбраться, даже ему бывает нужна помощь. Суметь бы ее принять…
Добавить в моё избранное
108 мин, 12 сек 3854
Белл может не понимать в мелочах, но он молчит, не пытается подбадривать и обещать, что все будет хорошо, молчит и осторожно поглаживает по плечам и спине, и это действительно успокаивает.
Белл, только не говори ничего. Не говори этих слов, а то…
— Мы с этим справимся. Это только начало, вот увидишь.
… А то ведь он опять в них поверит.
А вечером Мерфи собрался с духом и попросил Беллами помочь снова встать. Пусть с поддержкой, пусть на несколько секунд. Просто принять вертикальное положение и тупо повисеть, привыкая к тяжести собственного тела, к тому, что ходить теперь придется руками. Просто попробовать удержать равновесие.
Беллами ничего не говорил, только делал то, что было нужно. Придерживал, ловил, поднимал. Мерфи боялся, что после третьего падения тот скажет «хватит», но не дождался ни звука лишнего, кроме обычных «осторожно», «не спеши» и«давай, я держу». Казалось, у него терпения больше, чем у самого Мерфи, который уже несколько раз начинал злиться. Но каждый раз злость сталкивалась со спокойной уверенностью Белла и таяла.
Когда они оба без сил упали на кровать и Беллами даже не смог сразу помочь ему нормально лечь, Мерфи чувствовал себя совершенно сдохшим, как рыба на берегу. Но, хотя ощутимых результатов они так и не добились, в нем что-то переломилось. Он почувствовал, что не зря кувыркался этот час.
— Завтра еще попробуем, да? — отдышавшись, спросил Беллами.
— Если тебе не надоело, — согласился Мерфи.
— Это моя работа, — серьезно отозвался тот и сам же засмеялся, не удержав суровой мины на лице.
Утром во время их занятий в дверь постучали.
Они переглянулись, Беллами помог Мерфи сесть на кровать и открыл. Некоторое время стоял, загораживая проем, потом отошел в сторону с непонятным выражением лица — то ли удивление, то ли недоверие. А в дверь вошел главный инженер Аркадии, заменивший Синклера — Кайл Вик. Вошел он медленно и неуклюже, потому что толкал перед собой устройство, идентифицированное Мерфи как небольшое легкое кресло на двух больших и двух маленьких колесах, со сложной системой рычагов у подлокотников.
— Привет, — бодро сказал Вик. — Я вот решил сам доставить. Все-таки, моя гордость. Ну, одна из. Вообще я в последнее время так мало что-то собираю сам, все-таки главный инженер Аркадии, это вам не просто так. В общем, сейчас для меня гордостью был бы даже автоматический зонтик…
— Вик, — кашлянул у двери Беллами, и тот спохватился.
— … Но это кресло круче зонтика, — не теряя достоинства и напора, вырулил на нужную тему инженер. — И уж точно круче костылей. Пока ты еще их освоишь — а на этом агрегате хоть сейчас в леса. Тут все просто, смотри…
Он подвез кресло ближе к Мерфи.
С одной стороны, такое вот инвалидное кресло — это унизительно. Сидя кататься там, где нормальные люди ходят, путаться у всех под ногами, вызывать любопытные, жалостливые или недовольные взгляды… Первый и единственный калека на Ковчеге, как же. Это круче пленного землянина-убийцы. Но с другой стороны, это его шанс покинуть опостылевшие стены каюты, снова увидеть солнце, небо, вдохнуть свежий воздух… К черту взгляды.
Вместе с Беллами, присевшим рядом с демонстрируемым чудом инженерной техники, они выслушали Вика, Белл задавал какие-то умные вопросы, а у Мерфи вопрос был только один: когда можно попробовать?
Он едва смог выдавить «спасибо». И Беллами, и Вик по его голосу и жадному взгляду, очевидно, поняли, что демонстрацию можно считать законченной, и просто помогли ему погрузиться в кресло. Против ожиданий, система рычажков была не столько для управления, сколько для перехода в режим «шагания» или«спуска» — сразу все нюансы запомнить не вышло, и Мерфи понадеялся, что ему не понадобится все это применять, а если что — освоится по ходу дела.
В движение агрегат приводился или силами самого Мерфи — конструкция колес позволяла крутить их руками, не касаясь грязного обода, или помощью сопровождающего, который просто толкал кресло сзади за специальные ручки на спинке.
— Давай я тебе помогу, все-таки, первый раз, — начал было Беллами, но Мерфи его оборвал:
— Хватит того, что я вообще в этом гробу на колесиках буду перемещаться, еще не хватало тебя в него впрячь, как будто я умер уже.
Сказано было резковато, и Белл слегка надулся — Мерфи уже научился различать малейшие проявления эмоций на его лице, благо, тот редко сдерживался. Но иначе он бы не понял, это Мерфи тоже уже выучил. Лучше пусть немножко пообижается.
— Насчет гроба я попросил бы, — подал возмущенный голос Вик, про которого они успели забыть.
— Извини, погорячился, — немедленно отозвался Мерфи — не хватало еще обидеть человека, который так о нем позаботился, хотя его никто не просил. Никто же? Он бросил взгляд на Белла, но тот с самого начала выглядел не менее удивленным, чем он сам. Нет, вряд ли догадался бы.
Белл, только не говори ничего. Не говори этих слов, а то…
— Мы с этим справимся. Это только начало, вот увидишь.
… А то ведь он опять в них поверит.
А вечером Мерфи собрался с духом и попросил Беллами помочь снова встать. Пусть с поддержкой, пусть на несколько секунд. Просто принять вертикальное положение и тупо повисеть, привыкая к тяжести собственного тела, к тому, что ходить теперь придется руками. Просто попробовать удержать равновесие.
Беллами ничего не говорил, только делал то, что было нужно. Придерживал, ловил, поднимал. Мерфи боялся, что после третьего падения тот скажет «хватит», но не дождался ни звука лишнего, кроме обычных «осторожно», «не спеши» и«давай, я держу». Казалось, у него терпения больше, чем у самого Мерфи, который уже несколько раз начинал злиться. Но каждый раз злость сталкивалась со спокойной уверенностью Белла и таяла.
Когда они оба без сил упали на кровать и Беллами даже не смог сразу помочь ему нормально лечь, Мерфи чувствовал себя совершенно сдохшим, как рыба на берегу. Но, хотя ощутимых результатов они так и не добились, в нем что-то переломилось. Он почувствовал, что не зря кувыркался этот час.
— Завтра еще попробуем, да? — отдышавшись, спросил Беллами.
— Если тебе не надоело, — согласился Мерфи.
— Это моя работа, — серьезно отозвался тот и сам же засмеялся, не удержав суровой мины на лице.
Утром во время их занятий в дверь постучали.
Они переглянулись, Беллами помог Мерфи сесть на кровать и открыл. Некоторое время стоял, загораживая проем, потом отошел в сторону с непонятным выражением лица — то ли удивление, то ли недоверие. А в дверь вошел главный инженер Аркадии, заменивший Синклера — Кайл Вик. Вошел он медленно и неуклюже, потому что толкал перед собой устройство, идентифицированное Мерфи как небольшое легкое кресло на двух больших и двух маленьких колесах, со сложной системой рычагов у подлокотников.
— Привет, — бодро сказал Вик. — Я вот решил сам доставить. Все-таки, моя гордость. Ну, одна из. Вообще я в последнее время так мало что-то собираю сам, все-таки главный инженер Аркадии, это вам не просто так. В общем, сейчас для меня гордостью был бы даже автоматический зонтик…
— Вик, — кашлянул у двери Беллами, и тот спохватился.
— … Но это кресло круче зонтика, — не теряя достоинства и напора, вырулил на нужную тему инженер. — И уж точно круче костылей. Пока ты еще их освоишь — а на этом агрегате хоть сейчас в леса. Тут все просто, смотри…
Он подвез кресло ближе к Мерфи.
С одной стороны, такое вот инвалидное кресло — это унизительно. Сидя кататься там, где нормальные люди ходят, путаться у всех под ногами, вызывать любопытные, жалостливые или недовольные взгляды… Первый и единственный калека на Ковчеге, как же. Это круче пленного землянина-убийцы. Но с другой стороны, это его шанс покинуть опостылевшие стены каюты, снова увидеть солнце, небо, вдохнуть свежий воздух… К черту взгляды.
Вместе с Беллами, присевшим рядом с демонстрируемым чудом инженерной техники, они выслушали Вика, Белл задавал какие-то умные вопросы, а у Мерфи вопрос был только один: когда можно попробовать?
Он едва смог выдавить «спасибо». И Беллами, и Вик по его голосу и жадному взгляду, очевидно, поняли, что демонстрацию можно считать законченной, и просто помогли ему погрузиться в кресло. Против ожиданий, система рычажков была не столько для управления, сколько для перехода в режим «шагания» или«спуска» — сразу все нюансы запомнить не вышло, и Мерфи понадеялся, что ему не понадобится все это применять, а если что — освоится по ходу дела.
В движение агрегат приводился или силами самого Мерфи — конструкция колес позволяла крутить их руками, не касаясь грязного обода, или помощью сопровождающего, который просто толкал кресло сзади за специальные ручки на спинке.
— Давай я тебе помогу, все-таки, первый раз, — начал было Беллами, но Мерфи его оборвал:
— Хватит того, что я вообще в этом гробу на колесиках буду перемещаться, еще не хватало тебя в него впрячь, как будто я умер уже.
Сказано было резковато, и Белл слегка надулся — Мерфи уже научился различать малейшие проявления эмоций на его лице, благо, тот редко сдерживался. Но иначе он бы не понял, это Мерфи тоже уже выучил. Лучше пусть немножко пообижается.
— Насчет гроба я попросил бы, — подал возмущенный голос Вик, про которого они успели забыть.
— Извини, погорячился, — немедленно отозвался Мерфи — не хватало еще обидеть человека, который так о нем позаботился, хотя его никто не просил. Никто же? Он бросил взгляд на Белла, но тот с самого начала выглядел не менее удивленным, чем он сам. Нет, вряд ли догадался бы.
Страница 10 из 30
