Tylluan

Чтобы остаться с ним, она выполнила его требование отдать ребёнка мне и никогда больше со мной не видеться.

— Поэтому мы уехали?

— Отчасти. Я лишился работы, но получил предложение заниматься исследованиями. От её мужа, который хотел, чтобы я уехал так далеко, чтобы не возвращаться как можно дольше. И я получил сына. Как видишь, порой мы обретаем гораздо больше, чем теряем.

Беседа была законченной и логически завершённой, Хендрик всегда знал, когда нужно перестать задавать вопросы и думать дальше самому. Его мать звали Антейя. Через несколько лет он узнал, что она умерла вскоре после его рождения.

Утбурды нашли её. Нашли и наказали за предательство рода.

Конечно, он знал, что это совсем не так. Но магия утбурда, вязкая, клокочущая от переполняющей её сущность ненависти, преследовала его во сне. Уже много лет. Часто он видел по ночам тяжёлый и крепкий клюв совы, вонзающийся в его голову.

Они переехали в Лондон, чтобы он смог учиться в школе.

— Слизерин! — шляпа была наделена такой сильной и древней магией, что Хендрик сосредоточился только на этом и не сразу понял, куда его направляют.

Факультет чистой крови, давший больше тёмных магов, чем все другие факультеты, взятые вместе. Он уходил, едва заслышав разговоры о благородстве происхождения, потому что знал, какой ненавистью и местью преследуется это благородство.

Хендрик не скучал по отцу. Происходящее в замке удивляло его и совсем немного тешило его тщеславие. Из первокурсников он справлялся лучше всех. Приятно быть лучшим. Быстрее всех выучить первое заклинание. Сварить самое первое зелье правильно. Получать только «превосходно» за домашние работы. Казалось, это мало кто замечал. Беря пример с отца, он отвечал только тогда, когда его спрашивали, но отвечал подробно и обстоятельно.

Две недели прошли слишком быстро. Однажды вечером, задерживаясь, как обычно, допоздна в библиотеке, Хендрик перечитал старые архивы «Ежедневного Пророка». Он переворошил дюжину кип газет, пока не нашёл те, которым было уже 11 лет. Газеты, вышедшие тогда, когда он родился. Довольно быстро нашлась статья об отце — разгромная, отдающая сплетнями и содержащая больше эмоций, чем фактов. А потом… короткая заметка. Фотография, с которой на него смотрела, лукаво улыбаясь, молодая женщина. И эпитафия. Его мать 11 лет как была мертва — умерла вскоре после его появления, и отец не знал.

Не медля ни минуты, Хендрик бросился в совятню и, наскоро составив небольшое письмо, отправил отцу. Почта приходила утром, за завтраком. Он специально спустился пораньше, чтобы не пропустить письмо. Отец должен был написать, в этом можно было не сомневаться. Хендрик задал вопрос и должен был получить на него ответ. Почтовых сов не было. Время шло, и Хендрик нарочно медленно ел свой завтрак, украдкой оглядываясь по сторонам. Он не понимал, почему это должно было быть так важно. Его мать ничего не значила для отца. Мимолётный роман. Прочитав статью, он понял, что отец, вероятно, жалел о случившемся и винил себя за глупость. Это было то, чего он не мог допустить — глупость, необоснованная слабость. Лукавая улыбка не шла его матери, её лицо было миловидным, но каким-то… лишённым шарма, очарования… каким-то приземлённым.

Мысли покинули его внезапно и все разом, и внутри похолодело. В зал влетела белая сова. На мгновение Хендрик почувствовал себя снова в тёмном холодном лесу. Его мать бросила его, отказалась от него и поплатилась жизнью? Утбурд летел за ним? Но этого не могло быть. Хендрик встряхнул головой — его собственный разум твердил, что этого быть не могло. Совершенно точно. Это обычная сова, никакой магии, никакой мести. Она спикировала к столам, спустилась ниже и аккуратно приземлилась на стол гриффиндорцев. Мальчик постарше него отвязал письмо от лапы и немного повернул голову. Второй курс, явно не третий. Громкий шёпот сбоку — Хендрик прислушался и понял, что сова принадлежала Гарри Поттеру. Он что-то читал о нём, но не мог сейчас вспомнить, что именно.

Сова улетела, и Хендрик снова смог дышать, видеть, различать окружающие краски, лёд таял, в голове прояснялось. Он не должен лелеять свои детские страхи. Так сказал отец. Школьная птица уже несла ему ответное письмо.

«Прилагай максимум усилий, изучая заклинания. Помни, что самостоятельная работа так же важна, как объяснения профессоров. Я не виню тебя за то, что ты тратишь время на пустяки. Но впредь старайся избегать этого. Нет, я не знал о смерти твоей матери, но если бы знал, то не стал бы скрывать этот факт от тебя, и ты это понимаешь».

Советы отца были ценными, и Хендрик прислушался к ним. Писем он больше не писал. Белая сова появлялась в Большом зале редко, и при виде её Хендрик изо всех сил старался унять внутреннюю дрожь и закончить завтрак быстрее. Всего лишь птица. Её клюв никогда не пробьёт его голову.

Через три месяца он вернулся к газетам и перечитал историю Гарри Поттера.