Фандом: Гарри Поттер, Средиземье Толкина. Как можно бороться со Злом? Переложить это на плечи других — или самим взяться за оружие?
Добавить в моё избранное
17 мин, 39 сек 17851
Нашей миссией было уничтожить это Кольцо — но волею Рока Хранители разошлись в разные стороны, и судьба Кольца теперь в руках полуросликов. И мы ничем не можем им помочь, находясь в этом мире, — горько сказал он.
Родольфусу доводилось читать кое-что о других мирах — и о ритуалах, позволяющих переходить из одного в другой. Но прежде, чем он успел сформулировать ту мысль, которая пришла к нему в голову, Рабастан вдруг спросил:
— Так вы из другого мира? А знаете… у меня есть к вам одно предложение, — он заулыбался, и от этой его улыбки Родольфус привычно потянулся к своей палочке: когда на лице его брата появлялось подобное выражение, это, как правило, оборачивалось непредвиденными, но очень большими проблемами. — Возможно, мы сможем помочь друг другу. Но сперва скажите, я правильно понимаю, что волшебства в нашем понимании в том вашем мире нет? То есть, у вас нет тех, кто может делать то же, что сделал с камнем мой брат?
— Нет, — ответил Леголас. — Мы можем договориться с растениями, или с животными — но не можем камень превратить в цветок, как это сделали вы. Причем камень остался камнем, даже имея вид цветка, — он вздохнул. — Гномы, как говорили когда-то, могли вдохнуть жизнь в камни — но и это не было тем, что сделали вы.
— И сейчас можем, — сказал Гимли. — Огранить, показать душу камня, сохранить его красоту для потомков. Можем. А не обманным цветочком его сделать.
— Так это же замечательно, — заулыбался Рабастан. — Тогда… Вы знаете, я художник, — весело заговорил он. — В детстве мне доводилось рисовать на стене своей спальни дверь в кладовку, где родители прятали от нас сладости — а сейчас, полагаю, я мог бы нарисовать для вас дверь в этот ваш мир. Но, — добавил он, ярко блеснув глазами, — в благодарность за это вы поможете нам поймать нашего… Лорда, уничтожить его нынешнее тело, заключить его дух в какой-нибудь сосуд — и заберёте его с собой. И даже если ему удастся отыскать тело в том, вашем, мире, силы у него там всё равно не будет — а может, вам удастся там уничтожить его окончательно.
— То есть нам нашего Неназываемого мало, так вы еще и своего нам хотите подкинуть? — возмутился Гимли.
— Гимли прав, — сказал Леголас. — Мы можем вам помочь — но справиться со Злом своего мира должны вы сами. Иначе это Зло обязательно вернется.
— Тогда помогите нам, — кивнул Рабастан. — Чтобы справиться с ним — нужно найти все хоркруксы.
— И уничтожить, — добавил Родольфус.
— Но вообще нас вполне бы устроил вариант временного решения проблемы, — сказал Малфой. — Выберется он из этого вашего мира или нет — вопрос дискуссионный. А уж когда это случится… к тому времени отыскать куски его души мы, полагаю, успеем.
— Вы поможете? — настойчиво спросил Рабастан.
— Найти — поможем, — кивнул головой Гимли. — Раз Леголас эту пакость чует, то отчего бы не помочь? Но вот домой к себе мы эту вашу дрянь не потащим. Я не тот горемыка, что Черную смерть на плечах к родному дому тащил. Коли так, то и дверь нам никакая не надобна. Лучше здесь останемся.
— Я согласен с моим другом, — ответил Леголас. — Я помогу вам собрать все осколки души вашего Врага — но уничтожить его не сможем ни я, ни Гимли. Думаю, это сможет сделать только тот, кто сам плоть от плоти вашего мира. И я тоже не понесу Зло в свой мир — даже на время.
— Договорились, — кивнул Рабастан. — Вы поможете нам их собрать — а потом я нарисую вам дверь. А уничтожить…
— Нет ничего, что не сгорело бы в адском пламени, — пожал плечами Родольфус. — Сожжём.
— Вместе с оригиналом, — хмыкнул Долохов.
— Договорились, — сказал Родольфус. — Вот только кто знает, где они спрятаны… скажите, что вам поможет начать поиски?
— Может, его познакомить с оригиналом? — продолжал веселиться внезапно пришедший в очень хорошее настроение Долохов. — А что — скажем, действительно, что это твой родич, — предложил он Малфою. — Допустим, француз. Правда же похожи…
— Ну, — вздохнул Люциус, покосясь на веселящегося Грейбека, — можно, в принципе. А чьим родственником будет тогда… простите, я не знаю вашего имени, — очень вежливо обратился он к Гимли.
— Уолли же! — хором сказали Долохов с Рабастаном.
Через несколько дней в Малфой-мэнор явились гости: троюродный кузен Люциуса из Нормандии, Элвин Малфуа, и родич Макнейра — Гуиллом из клана Макнейров.
Гуиллом, как выяснилось буквально в первые же часы, прекрасно ладил со своим родственником: до обеда их видели в оружейном зале, где они обстоятельно обсуждали достоинства и недостатки выставленного там оружия (о котором сам Люциус Малфой вообще позабыл, как, впрочем, и о самом зале), а после все желающие могли полюбоваться на уникальное в своём роде состязание, устроенное ими прямо на лужайке под западными окнами мэнора.
С мистером Малфуа было немного сложнее.
Родольфусу доводилось читать кое-что о других мирах — и о ритуалах, позволяющих переходить из одного в другой. Но прежде, чем он успел сформулировать ту мысль, которая пришла к нему в голову, Рабастан вдруг спросил:
— Так вы из другого мира? А знаете… у меня есть к вам одно предложение, — он заулыбался, и от этой его улыбки Родольфус привычно потянулся к своей палочке: когда на лице его брата появлялось подобное выражение, это, как правило, оборачивалось непредвиденными, но очень большими проблемами. — Возможно, мы сможем помочь друг другу. Но сперва скажите, я правильно понимаю, что волшебства в нашем понимании в том вашем мире нет? То есть, у вас нет тех, кто может делать то же, что сделал с камнем мой брат?
— Нет, — ответил Леголас. — Мы можем договориться с растениями, или с животными — но не можем камень превратить в цветок, как это сделали вы. Причем камень остался камнем, даже имея вид цветка, — он вздохнул. — Гномы, как говорили когда-то, могли вдохнуть жизнь в камни — но и это не было тем, что сделали вы.
— И сейчас можем, — сказал Гимли. — Огранить, показать душу камня, сохранить его красоту для потомков. Можем. А не обманным цветочком его сделать.
— Так это же замечательно, — заулыбался Рабастан. — Тогда… Вы знаете, я художник, — весело заговорил он. — В детстве мне доводилось рисовать на стене своей спальни дверь в кладовку, где родители прятали от нас сладости — а сейчас, полагаю, я мог бы нарисовать для вас дверь в этот ваш мир. Но, — добавил он, ярко блеснув глазами, — в благодарность за это вы поможете нам поймать нашего… Лорда, уничтожить его нынешнее тело, заключить его дух в какой-нибудь сосуд — и заберёте его с собой. И даже если ему удастся отыскать тело в том, вашем, мире, силы у него там всё равно не будет — а может, вам удастся там уничтожить его окончательно.
— То есть нам нашего Неназываемого мало, так вы еще и своего нам хотите подкинуть? — возмутился Гимли.
— Гимли прав, — сказал Леголас. — Мы можем вам помочь — но справиться со Злом своего мира должны вы сами. Иначе это Зло обязательно вернется.
— Тогда помогите нам, — кивнул Рабастан. — Чтобы справиться с ним — нужно найти все хоркруксы.
— И уничтожить, — добавил Родольфус.
— Но вообще нас вполне бы устроил вариант временного решения проблемы, — сказал Малфой. — Выберется он из этого вашего мира или нет — вопрос дискуссионный. А уж когда это случится… к тому времени отыскать куски его души мы, полагаю, успеем.
— Вы поможете? — настойчиво спросил Рабастан.
— Найти — поможем, — кивнул головой Гимли. — Раз Леголас эту пакость чует, то отчего бы не помочь? Но вот домой к себе мы эту вашу дрянь не потащим. Я не тот горемыка, что Черную смерть на плечах к родному дому тащил. Коли так, то и дверь нам никакая не надобна. Лучше здесь останемся.
— Я согласен с моим другом, — ответил Леголас. — Я помогу вам собрать все осколки души вашего Врага — но уничтожить его не сможем ни я, ни Гимли. Думаю, это сможет сделать только тот, кто сам плоть от плоти вашего мира. И я тоже не понесу Зло в свой мир — даже на время.
— Договорились, — кивнул Рабастан. — Вы поможете нам их собрать — а потом я нарисую вам дверь. А уничтожить…
— Нет ничего, что не сгорело бы в адском пламени, — пожал плечами Родольфус. — Сожжём.
— Вместе с оригиналом, — хмыкнул Долохов.
— Договорились, — сказал Родольфус. — Вот только кто знает, где они спрятаны… скажите, что вам поможет начать поиски?
— Может, его познакомить с оригиналом? — продолжал веселиться внезапно пришедший в очень хорошее настроение Долохов. — А что — скажем, действительно, что это твой родич, — предложил он Малфою. — Допустим, француз. Правда же похожи…
— Ну, — вздохнул Люциус, покосясь на веселящегося Грейбека, — можно, в принципе. А чьим родственником будет тогда… простите, я не знаю вашего имени, — очень вежливо обратился он к Гимли.
— Уолли же! — хором сказали Долохов с Рабастаном.
Через несколько дней в Малфой-мэнор явились гости: троюродный кузен Люциуса из Нормандии, Элвин Малфуа, и родич Макнейра — Гуиллом из клана Макнейров.
Гуиллом, как выяснилось буквально в первые же часы, прекрасно ладил со своим родственником: до обеда их видели в оружейном зале, где они обстоятельно обсуждали достоинства и недостатки выставленного там оружия (о котором сам Люциус Малфой вообще позабыл, как, впрочем, и о самом зале), а после все желающие могли полюбоваться на уникальное в своём роде состязание, устроенное ими прямо на лужайке под западными окнами мэнора.
С мистером Малфуа было немного сложнее.
Страница 4 из 5
