Фандом: Ориджиналы. Древний старик, владелец космического перевозчика «Ежевика», умирая, оставляет завещание восьмерым членам экипажа. Но на корабле всего семь живых существ…
Добавить в моё избранное
25 мин, 49 сек 1010
— Благодарю, грацие, — смущённо расшаркался консул. — Ценителей хорошего перевода не часто встретишь…
«Нобиле Трипио от скромности не умрёт», — подумал я.
— Вы что, тоже робот? — подозрительно спросил его капитан.
— Снаружи я робот, но внутри у меня большое и доброе сердце! Когда-то всё началось с имплантации зубного протеза, а теперь видите, чем закончилось? Но золотой цвет мне к лицу — вы не находите? Но всё было не зря — мне предложили место консула на Шлоззе! Здесь тихо, спокойно, и мне никто не мешает заниматься моими любимыми переводами. Ну, а с роботами лучше общаться в таком виде, вы же понимаете.
— Ясненько, —сказал кэп, и взяв консула под локоток, увёл его в тихий угол, где изложил возникшую у нас ситуацию.
Когда он закончил жаловаться, консул и адвокат задали несколько вопросов Ежевике и тщательно изучили документы, как на корабль, так и само завещание.
Наконец, слово взял адвокат. Он принялся свистеть и трещать, а консул переводил:
— Господа, мы имеем здесь следующий юридический казус: хозяин корабля, Чарльз Форд, обвиняется в серьёзном преступлении третьего рода — насильственное удержание и эксплуатация разумного и самоосознанного существа или, говоря более простым языком, — рабовладение. Как вы понимаете, это серьёзное обвинение, особенно, если учитывать неорганическое происхождение потерпевшей. Что на планете роботов только ухудшает ваше положение.
— Все это мне кажется бредом! — воскликнул в сердцах капитан. — Никогда не слышал, чтобы корабельному искину давали гражданские права!
— Прецеденты, представьте себе, уже есть, — примирительно прочирикал адвокат. — Случай с эскадрой кораблей Мюрридов. Искины кораблей эскадры, объединённые в боевую сеть, вдруг создали над-сознание, которое осознало своё существование и потребовало гражданские права и контракт на службу. После изучения вопроса, юристами Федерации было признаны гражданские права нового существа. Теперь эта эскадра числится на должности мега-адмирала флота Мюрридов и получает жалование и надбавки за выслугу лет.
Капитан застонал, как от зубной боли:
— Великий космос! Но у нас же не супернавороченная боевая сеть эскадры, а всего лишь один стандартный навигационный искин, да и то — устаревшая модель!
— Я юрист, а не техник, — принялся раскачиваться адвокат. — По пути сюда мне удалось ознакомиться с обвинением и отчётами сисопов. Факт в том, что ваш корабль признан разумом, обладающим свободой воли. Следовательно, на него теперь распространяется защита законами Галактической Федерации. Продолжу. Пока вы не вступили во владение кораблём, то основные обвинения вам предъявить не могут, только «сокрытие преступления», но это я могу свести к штрафу. Но как только вы вступите в наследство, то вы сознательно пойдете на совершение преступления.
— Ну и? — не понял капитан, куда клонит адвокат.
— И обвинение в использовании рабского труда, только теперь будет уже хуже. Из одного обвиняемого вы превращаетесь в преступное сообщество, так как у вас завещание на коллективное владение.
— Как такое может быть, что обвинение перейдёт вместе с кораблём? Это же бред какой-то!
— Это цивилизация роботов, они часто используют детали, передающиеся по наследству, в том числе и позитронный мозг.
— А причём тут наше дело?
— Одно время преступники на Шлоззе, чтобы уйти от ответственности, демонтировали своё тело и в виде запчастей распределялись среди наследников. А когда суматоха утихала, их монтировали обратно, так сказать, с чистым паспортом. Чтобы такого не происходило, на Шлоззе вместе с наследством передаётся и ответственность, как и долги, воинская повинность и так далее.
— Что же делать?
— Пока обвинение лежит на Чарльзе Форде, но он по понятным обстоятельствам не может быть призван к ответственности.
— Хорошо!
— Подождите радоваться. Как только вы примете наследство, вам так же перейдут все права и обязанности покойного. В том числе и обвинение в рабовладении.
— Да не принуждали мы никого силой! — вспыхнул капитан.
Ведроид что-то просвистел, и Ежевика ответила ему таким же свистом.
— Он спросил её, платили ли хоть раз ей за работу, она ответила, что — нет, — услужливо перевёл нобиле Трипио. — Для роботов Шлоззе это доказательство, что вы используете рабский труд.
— Великий космос, что за бред! — капитан обхватил голову руками. — Любое наше действие, и мы теряем либо корабль, либо свободу!
— Извините, сэр, что встреваю, — влез я в разговор. — Мне кажется, что Ежевика это не злобный демон, и мы можем договориться. У меня есть предложение.
Капитан вытаращился на меня, будто только что увидел. Во всей этой суматохе он совсем забыл о моем присутствии.
— Что ещё, Ваня?
— А что если сделать вот так…
«Нобиле Трипио от скромности не умрёт», — подумал я.
— Вы что, тоже робот? — подозрительно спросил его капитан.
— Снаружи я робот, но внутри у меня большое и доброе сердце! Когда-то всё началось с имплантации зубного протеза, а теперь видите, чем закончилось? Но золотой цвет мне к лицу — вы не находите? Но всё было не зря — мне предложили место консула на Шлоззе! Здесь тихо, спокойно, и мне никто не мешает заниматься моими любимыми переводами. Ну, а с роботами лучше общаться в таком виде, вы же понимаете.
— Ясненько, —сказал кэп, и взяв консула под локоток, увёл его в тихий угол, где изложил возникшую у нас ситуацию.
Когда он закончил жаловаться, консул и адвокат задали несколько вопросов Ежевике и тщательно изучили документы, как на корабль, так и само завещание.
Наконец, слово взял адвокат. Он принялся свистеть и трещать, а консул переводил:
— Господа, мы имеем здесь следующий юридический казус: хозяин корабля, Чарльз Форд, обвиняется в серьёзном преступлении третьего рода — насильственное удержание и эксплуатация разумного и самоосознанного существа или, говоря более простым языком, — рабовладение. Как вы понимаете, это серьёзное обвинение, особенно, если учитывать неорганическое происхождение потерпевшей. Что на планете роботов только ухудшает ваше положение.
— Все это мне кажется бредом! — воскликнул в сердцах капитан. — Никогда не слышал, чтобы корабельному искину давали гражданские права!
— Прецеденты, представьте себе, уже есть, — примирительно прочирикал адвокат. — Случай с эскадрой кораблей Мюрридов. Искины кораблей эскадры, объединённые в боевую сеть, вдруг создали над-сознание, которое осознало своё существование и потребовало гражданские права и контракт на службу. После изучения вопроса, юристами Федерации было признаны гражданские права нового существа. Теперь эта эскадра числится на должности мега-адмирала флота Мюрридов и получает жалование и надбавки за выслугу лет.
Капитан застонал, как от зубной боли:
— Великий космос! Но у нас же не супернавороченная боевая сеть эскадры, а всего лишь один стандартный навигационный искин, да и то — устаревшая модель!
— Я юрист, а не техник, — принялся раскачиваться адвокат. — По пути сюда мне удалось ознакомиться с обвинением и отчётами сисопов. Факт в том, что ваш корабль признан разумом, обладающим свободой воли. Следовательно, на него теперь распространяется защита законами Галактической Федерации. Продолжу. Пока вы не вступили во владение кораблём, то основные обвинения вам предъявить не могут, только «сокрытие преступления», но это я могу свести к штрафу. Но как только вы вступите в наследство, то вы сознательно пойдете на совершение преступления.
— Ну и? — не понял капитан, куда клонит адвокат.
— И обвинение в использовании рабского труда, только теперь будет уже хуже. Из одного обвиняемого вы превращаетесь в преступное сообщество, так как у вас завещание на коллективное владение.
— Как такое может быть, что обвинение перейдёт вместе с кораблём? Это же бред какой-то!
— Это цивилизация роботов, они часто используют детали, передающиеся по наследству, в том числе и позитронный мозг.
— А причём тут наше дело?
— Одно время преступники на Шлоззе, чтобы уйти от ответственности, демонтировали своё тело и в виде запчастей распределялись среди наследников. А когда суматоха утихала, их монтировали обратно, так сказать, с чистым паспортом. Чтобы такого не происходило, на Шлоззе вместе с наследством передаётся и ответственность, как и долги, воинская повинность и так далее.
— Что же делать?
— Пока обвинение лежит на Чарльзе Форде, но он по понятным обстоятельствам не может быть призван к ответственности.
— Хорошо!
— Подождите радоваться. Как только вы примете наследство, вам так же перейдут все права и обязанности покойного. В том числе и обвинение в рабовладении.
— Да не принуждали мы никого силой! — вспыхнул капитан.
Ведроид что-то просвистел, и Ежевика ответила ему таким же свистом.
— Он спросил её, платили ли хоть раз ей за работу, она ответила, что — нет, — услужливо перевёл нобиле Трипио. — Для роботов Шлоззе это доказательство, что вы используете рабский труд.
— Великий космос, что за бред! — капитан обхватил голову руками. — Любое наше действие, и мы теряем либо корабль, либо свободу!
— Извините, сэр, что встреваю, — влез я в разговор. — Мне кажется, что Ежевика это не злобный демон, и мы можем договориться. У меня есть предложение.
Капитан вытаращился на меня, будто только что увидел. Во всей этой суматохе он совсем забыл о моем присутствии.
— Что ещё, Ваня?
— А что если сделать вот так…
Страница 6 из 8
