Фандом: Отблески Этерны. Королева Талига выбирает опального герцога Окделла своим личным пажом. Вскоре Ричард понимает, что его королева распутна донельзя, и имеет удовольствие убедиться в этом лично.
Добавить в моё избранное
12 мин, 26 сек 12376
— Стоит мне тебя потрогать…
Дик смутно подозревал, что случится, если королева поцелует его так же, как он только что целовал её, но почему-то при мысли об этом его член дёрнулся и напряжение стало невыносимым.
Королева несколько секунд размышляла, а потом закинула ноги на подлокотники.
— Иди сюда и осторожно проведи им мне между ног, — сказала она. Дик навис над ней, опираясь на трясущиеся руки. Голова королевы была запрокинута, на лбу блестело несколько капель пота, соски по-прежнему торчали. — Не вздумай засунуть, — прошипела она, кривясь. — Ну, быстро. Держи его рукой.
Дик послушался. Мокрая щель обхватила головку его члена, горячая, шелковистая, и стало одуряюще хорошо. Королева ахнула, сунула руку куда-то вниз, и тут же её тело сотрясла судорога. Не понимая, что делает, Дик толкнулся навстречу её движениям, неведомо откуда зная, что это правильно. Он до половины протолкнул член в предназначенное для этого отверстие и с жалобным криком испустил семя в лоно королевы.
— Юноша, — произнесла та, решительно отстраняя его. В ушах у Дика звенело, он едва мог понять, что она говорит, только знал, что совершил ужаснейший проступок. — Видите ли, когда я просила вас не… гм… не пронзать меня, я делала это не из блажи. У меня нет ни малейшего желания производить на свет вашего бастарда! — Последнее она прорычала, поднимая верхнюю губу и обнажая зубы.
Дик отпрянул, неловко прикрывая рукой мокрый член, который всё ещё топорщился кверху. Ноги едва его держали.
Королева поднялась, гневно сверкая глазами, подобрала носовой платок, без малейшего стыда вытерла им промежность, а затем швырнула в камин. Дик наблюдал за её манипуляциями с ощущением надвигающейся неотвратимой беды.
Подойдя к столу, её величество дёрнула шнур, и Дик сообразил, что она вызывает Хуаниту. Сейчас, в такую минуту, когда они оба обнажены и всякому будет понятно, что Дик пал жертвой развратницы и совершил тот грех, за который его душа попадёт в Закатное пламя!
Он резво отпрыгнул за кресло.
Хуанита появилась на пороге, стройная, невозмутимая, одетая, по своему обыкновению, в мужское платье. Казалось, вид обнажённой госпожи ничуть не смутил её.
— Что прикажете, соберана? — спросила она.
Королева обернулась к Дику.
— Юноша, что получают нерадивые ученики? — спросила она. Тот молчал, боясь ответа. Ноги начали мёрзнуть на холодном полу.
— Розги, юноша, — сообщила королева. — Надеюсь, в следующий раз вы будете понятливее. Хуанита!
Что же, с одной стороны, это было всё же лучше, чем плаха. С другой, предстоял ещё следующий раз… И, может, не один.
Дик смутно подозревал, что случится, если королева поцелует его так же, как он только что целовал её, но почему-то при мысли об этом его член дёрнулся и напряжение стало невыносимым.
Королева несколько секунд размышляла, а потом закинула ноги на подлокотники.
— Иди сюда и осторожно проведи им мне между ног, — сказала она. Дик навис над ней, опираясь на трясущиеся руки. Голова королевы была запрокинута, на лбу блестело несколько капель пота, соски по-прежнему торчали. — Не вздумай засунуть, — прошипела она, кривясь. — Ну, быстро. Держи его рукой.
Дик послушался. Мокрая щель обхватила головку его члена, горячая, шелковистая, и стало одуряюще хорошо. Королева ахнула, сунула руку куда-то вниз, и тут же её тело сотрясла судорога. Не понимая, что делает, Дик толкнулся навстречу её движениям, неведомо откуда зная, что это правильно. Он до половины протолкнул член в предназначенное для этого отверстие и с жалобным криком испустил семя в лоно королевы.
— Юноша, — произнесла та, решительно отстраняя его. В ушах у Дика звенело, он едва мог понять, что она говорит, только знал, что совершил ужаснейший проступок. — Видите ли, когда я просила вас не… гм… не пронзать меня, я делала это не из блажи. У меня нет ни малейшего желания производить на свет вашего бастарда! — Последнее она прорычала, поднимая верхнюю губу и обнажая зубы.
Дик отпрянул, неловко прикрывая рукой мокрый член, который всё ещё топорщился кверху. Ноги едва его держали.
Королева поднялась, гневно сверкая глазами, подобрала носовой платок, без малейшего стыда вытерла им промежность, а затем швырнула в камин. Дик наблюдал за её манипуляциями с ощущением надвигающейся неотвратимой беды.
Подойдя к столу, её величество дёрнула шнур, и Дик сообразил, что она вызывает Хуаниту. Сейчас, в такую минуту, когда они оба обнажены и всякому будет понятно, что Дик пал жертвой развратницы и совершил тот грех, за который его душа попадёт в Закатное пламя!
Он резво отпрыгнул за кресло.
Хуанита появилась на пороге, стройная, невозмутимая, одетая, по своему обыкновению, в мужское платье. Казалось, вид обнажённой госпожи ничуть не смутил её.
— Что прикажете, соберана? — спросила она.
Королева обернулась к Дику.
— Юноша, что получают нерадивые ученики? — спросила она. Тот молчал, боясь ответа. Ноги начали мёрзнуть на холодном полу.
— Розги, юноша, — сообщила королева. — Надеюсь, в следующий раз вы будете понятливее. Хуанита!
Что же, с одной стороны, это было всё же лучше, чем плаха. С другой, предстоял ещё следующий раз… И, может, не один.
Страница 4 из 4
