Фандом: Гарри Поттер. Гриффиндор хочет совершить подвиг. А Слизерин и дракон просто попали ему под горячую руку.
Добавить в моё избранное
42 мин, 27 сек 18582
И оба столь сложны в использовании, что ими невозможно воспользоваться.
— А все-таки? — Годрик аж подался вперед.
— Во-первых, сокровища, — авторитетно заявил я. — Много золота, очень много. Но золото слишком тяжело, чтобы носить его в таком количестве — потребовались бы вьючные животные. А перемещение таких сокровищ всегда чревато опасностями и помимо дракона. А во-вторых — принцесса.
— Шутишь? — глаза Годрика стали совершенно круглыми.
— Вовсе нет, — я пожал плечами. — Драконы любят принцесс. Не в гастрономическом, кстати, смысле, хотя драконам и по вкусу человеческое мясо. Дело в том, что кровь королей несет в себе древнюю сакральность, и для драконов иметь при себе лицо королевской крови — это то же самое, как для человека носить амулет. Принцессы притягивают к себе драконов даже больше, чем сокровища — если перед золотом они еще могут устоять, вовремя поняв, что это приманка, то соблазн завладеть приятным талисманом оказывается сильнее всех инстинктов. Это я тебе могу сказать абсолютно точно: у нас в Корнуолле едва ли не каждый третий является потомком древних королей, так что драконов там не в пример больше, чем в Англии или Шотландии.
Что мог бы рассказать Годрик Гриффиндор
— Принцесса, — повторил я задумчиво. Что-то в этом было… Какая-то мысль вертелась у меня на языке. — Салазар, а в тебе есть королевская кровь?
Задать вопрос, касающийся магии крови, моему другу — это значило обречь себя на долгую и нудную лекцию, однако моя intuitio потребовала, чтобы я его все-таки задал.
— Разумеется! — Салазар приосанился. Теперь он сидел на своей скамье, как король на троне. — Конечно, не по прямой линии, но и с отцовской, и с материнской стороны среди моих предков были коронованные особы. Слизерины весьма старинный род и…
Тут он осекся и как-то странно на меня посмотрел. Если бы я знал его хуже, я бы подумал, что в его черных глазах мелькнула паника.
— Нет, — выпалил он, отодвигаясь от меня подальше. И тут я, наконец, осознал свою идею!
— Значит, у нас в Хогвартсе есть принцесса? — искренне обрадовался я.
— Ни в коем случае! — отрезал Салазар. — Годрик, побойся Бога — я не позволю тебе рисковать своей дочерью! К тому же она еще совсем ребенок.
Мда, это проблема. Такую малышку, дракон, возможно, даже и не заметит. Истерику Салазара по поводу безопасности дочери я всерьез не воспринимал: не мог же он думать, что я дам свою маленькую принцессу в обиду?
Некоторое время мы сидели молча. Салазар, вроде, даже начал успокаиваться. И тут мне пришла в голову еще одна идея:
— Слушай, а принцы драконам не подходят?
Мой друг пожал плечами.
— Сомневаюсь, что драконы на ментальном уровне различали людской пол. Ты же пока не поймаешь кролика, не скажешь, кролик это или крольчиха. Просто драконы достаточно умны, чтобы различать женское и мужское облачение, а женщин они, видимо, считают более безобидными. Это ведь, наверное, очень неприятно, когда добытый тобой артефакт пытается сбежать или пырнуть тебя мечом…
— То есть, если принца переодеть в женское платье, то дракон может и перепутать? — уточнил я.
Салазар хмуро зыркнул на меня, но я же не ученик, я прекрасно знаю, что мой друг совсем не страшный. Вот и сейчас я выдержал его «замогильный взор» с широкой улыбкой — и Салазар пошел на попятный. Точнее, начал отодвигаться от меня… до тех пор, пока скамья не кончилась, и он не навернулся на пол.
— Ни за что! — отрезал мой друг, поднимаясь на ноги и по-прежнему пытаясь отойти от меня подальше.
— Но Салазар! — я постарался быть как можно убедительным. — Такой шанс выпадает только раз в жизни! Ты только подумай: наш собственный дракон! Я понимаю, ты не хочешь отнимать у меня мой подвиг, но, согласись, победить дракона вдвоем — это тоже неплохо! Дракон, Салазар, дракон — только для нас двоих!
Он начал ходить по комнате, почему-то так ни разу не повернувшись ко мне спиной. Его бледное лицо выражало глубокую задумчивость, и я даже задержал дыхание. Сперва Салазар качал головой, потом начал загибать пальцы, будто что-то подсчитывал. Продолжая мерить комнату шагами, он что-то бормотал себе под нос. Я расслышал только постоянно повторяющиеся слова «Золотой дракон… золотой дракон»… Я счел своим долгом оповестить друга, что дракон вовсе не золотой, а зеленый, но Салазар лишь отмахнулся.
Наконец он остановился и посмотрел на меня с мрачной решимостью. И я понял, что победил.
Трансфигурировать одежду на себе Салазар не позволил — сказал, что люди, наставляющие на него палочку, его крайне нервируют. Хотелось бы мне знать, что его НЕ нервирует! Но так и быть, я пошел ему навстречу… В чем, правда, вскоре раскаялся. Салазар жаловался, что у меня мерзкий вкус и еще более отвратительный глазомер. А я не виноват, что у него фигура нестандартная! И вообще, я такой ерундой никогда не занимался.
— А все-таки? — Годрик аж подался вперед.
— Во-первых, сокровища, — авторитетно заявил я. — Много золота, очень много. Но золото слишком тяжело, чтобы носить его в таком количестве — потребовались бы вьючные животные. А перемещение таких сокровищ всегда чревато опасностями и помимо дракона. А во-вторых — принцесса.
— Шутишь? — глаза Годрика стали совершенно круглыми.
— Вовсе нет, — я пожал плечами. — Драконы любят принцесс. Не в гастрономическом, кстати, смысле, хотя драконам и по вкусу человеческое мясо. Дело в том, что кровь королей несет в себе древнюю сакральность, и для драконов иметь при себе лицо королевской крови — это то же самое, как для человека носить амулет. Принцессы притягивают к себе драконов даже больше, чем сокровища — если перед золотом они еще могут устоять, вовремя поняв, что это приманка, то соблазн завладеть приятным талисманом оказывается сильнее всех инстинктов. Это я тебе могу сказать абсолютно точно: у нас в Корнуолле едва ли не каждый третий является потомком древних королей, так что драконов там не в пример больше, чем в Англии или Шотландии.
Что мог бы рассказать Годрик Гриффиндор
— Принцесса, — повторил я задумчиво. Что-то в этом было… Какая-то мысль вертелась у меня на языке. — Салазар, а в тебе есть королевская кровь?
Задать вопрос, касающийся магии крови, моему другу — это значило обречь себя на долгую и нудную лекцию, однако моя intuitio потребовала, чтобы я его все-таки задал.
— Разумеется! — Салазар приосанился. Теперь он сидел на своей скамье, как король на троне. — Конечно, не по прямой линии, но и с отцовской, и с материнской стороны среди моих предков были коронованные особы. Слизерины весьма старинный род и…
Тут он осекся и как-то странно на меня посмотрел. Если бы я знал его хуже, я бы подумал, что в его черных глазах мелькнула паника.
— Нет, — выпалил он, отодвигаясь от меня подальше. И тут я, наконец, осознал свою идею!
— Значит, у нас в Хогвартсе есть принцесса? — искренне обрадовался я.
— Ни в коем случае! — отрезал Салазар. — Годрик, побойся Бога — я не позволю тебе рисковать своей дочерью! К тому же она еще совсем ребенок.
Мда, это проблема. Такую малышку, дракон, возможно, даже и не заметит. Истерику Салазара по поводу безопасности дочери я всерьез не воспринимал: не мог же он думать, что я дам свою маленькую принцессу в обиду?
Некоторое время мы сидели молча. Салазар, вроде, даже начал успокаиваться. И тут мне пришла в голову еще одна идея:
— Слушай, а принцы драконам не подходят?
Мой друг пожал плечами.
— Сомневаюсь, что драконы на ментальном уровне различали людской пол. Ты же пока не поймаешь кролика, не скажешь, кролик это или крольчиха. Просто драконы достаточно умны, чтобы различать женское и мужское облачение, а женщин они, видимо, считают более безобидными. Это ведь, наверное, очень неприятно, когда добытый тобой артефакт пытается сбежать или пырнуть тебя мечом…
— То есть, если принца переодеть в женское платье, то дракон может и перепутать? — уточнил я.
Салазар хмуро зыркнул на меня, но я же не ученик, я прекрасно знаю, что мой друг совсем не страшный. Вот и сейчас я выдержал его «замогильный взор» с широкой улыбкой — и Салазар пошел на попятный. Точнее, начал отодвигаться от меня… до тех пор, пока скамья не кончилась, и он не навернулся на пол.
— Ни за что! — отрезал мой друг, поднимаясь на ноги и по-прежнему пытаясь отойти от меня подальше.
— Но Салазар! — я постарался быть как можно убедительным. — Такой шанс выпадает только раз в жизни! Ты только подумай: наш собственный дракон! Я понимаю, ты не хочешь отнимать у меня мой подвиг, но, согласись, победить дракона вдвоем — это тоже неплохо! Дракон, Салазар, дракон — только для нас двоих!
Он начал ходить по комнате, почему-то так ни разу не повернувшись ко мне спиной. Его бледное лицо выражало глубокую задумчивость, и я даже задержал дыхание. Сперва Салазар качал головой, потом начал загибать пальцы, будто что-то подсчитывал. Продолжая мерить комнату шагами, он что-то бормотал себе под нос. Я расслышал только постоянно повторяющиеся слова «Золотой дракон… золотой дракон»… Я счел своим долгом оповестить друга, что дракон вовсе не золотой, а зеленый, но Салазар лишь отмахнулся.
Наконец он остановился и посмотрел на меня с мрачной решимостью. И я понял, что победил.
Трансфигурировать одежду на себе Салазар не позволил — сказал, что люди, наставляющие на него палочку, его крайне нервируют. Хотелось бы мне знать, что его НЕ нервирует! Но так и быть, я пошел ему навстречу… В чем, правда, вскоре раскаялся. Салазар жаловался, что у меня мерзкий вкус и еще более отвратительный глазомер. А я не виноват, что у него фигура нестандартная! И вообще, я такой ерундой никогда не занимался.
Страница 4 из 12
