Фандом: Гарри Поттер. «Небольшое» приключение анимага-неудачника, или В гостях у Драко Малфоя.
Добавить в моё избранное
27 мин, 28 сек 6528
Гермиона была просто в неописуемом восторге, когда на Косой Аллее пошел дождь. Ну конечно же, в ее первый день в качестве официально зарегистрированного анимага непременно должен был пойти дождь! Искусство превращений было не из легких, и теперь, после долгих месяцев обучения и тренировок, когда она, наконец-то, на законных основаниях отважилась выйти на улицу и — на тебе! — кошачья полосатая шерстка медового цвета вмиг промокла.
Девушку злило, что из нее получился такой крохотулик.
Гермиона была уверена в том, что постороннему наблюдателю она покажется пятимесячным зверенышем. «И все-таки надо поправиться хоть немного, чтобы выглядеть солиднее в анимагическом обличье», — сделала она вывод. По крайней мере, Гермиона полностью превратилась в животное, без каких-либо проколов, и, конечно же, ей очень повезло, что в своей анимагической форме она могла похвастаться короткошерстностью.
Гермиона укрылась под козырьком магазина «Мантии мадам Малкин на все случаи жизни». Дождь продолжал лить, как из ведра, и прекращаться не собирался. Поэтому подождав несколько минут, Гермиона решила, что пора заканчивать это маленькое приключение. Понаблюдав за прохожими, спешащими скрыться от дождя в ближайшем пабе, она уже собралась трансформироваться обратно, как звякнул колокольчик над дверью магазина.
Она даже не успела понять, что случилось, пока не было уже слишком поздно, и большая часть ее задней лапки оказалась буквально расплющена чьей-то огромной ножищей. Гермиона взвыла (это прозвучало как сумасшедшее «МЯ-А-АУ!»), нога убралась, и она попыталась отхромать подальше с этого места, но от боли упала.
Она подняла голову, чтобы посмотреть, кто этот обидчик, и зашипела, увидев возвышающегося над ней Малфоя. Гермиона решила было превратиться обратно в человека — просто для того, чтобы наорать на него — но потом отказалась от этой идеи. Навряд ли ее вид вызовет в нем раскаяние. Да не только это, из-за боли в ноге она не смогла бы толком сосредоточиться на превращении.
А он так мрачно смотрел на нее, как будто это ему прищемили ногу. Действительно, чего еще ждать от такого придурка!
— Тупая кошка, — пробурчал он и пошел прочь. Но, сделав три шага в дождь, остановился, с негодующим резким выдохом. Он вернулся, выглядя очень недовольным, и она была практически уверена, что сейчас он довершит начатое, когда его рука потянулась к ней.
— Иди сюда, бестолочь лохматая! — раздраженно фыркнул он, осторожно поднимая ее с тротуара и пряча на груди под плащ, подальше от дождя.
Гермиона взвизгнула от боли, но и думать о ней забыла, когда поняла, насколько высоко находится. Дезориентированная подъемом, она как следует запустила в него когти. Гермиона боялась высоты, и вот так вот взлететь — это была просто жуть какая-то.
— Эй, полегче! — сердито сказал Драко, отдирая ее от себя, — Не заставляй меня пожалеть о моем великодушии.
Но она уже снова вцеплялась в него, когда они аппарировали.
В имении Малфоев он снова ругался, пытаясь отодрать острые когти Гермионы по дороге ко входной двери. Гермиона старалась не паниковать, пока ее возносили вверх по лестнице, и через весь длинный коридор. Наконец, внеся ее комнату, он усадил котенка на кровать и вышел, бормоча себе под нос ругательства и потирая расцарапанную грудь.
Гермиона попыталась сесть, но боль в лапке была просто невыносимой. А что еще хуже — в логове врага возможность обратной трансформации полностью исключалась.
Скорее всего, он просто излечит ее и отпустит на все четыре стороны. В конце концов, у каждого должна быть хоть капля совести. Ладно, она может потерпеть. Кроме того, она не настолько хорошо освоилась с анимагией, и ей не следовало без особой надобности подвергать свои переломанные кости риску дополнительных смещений.
«Все будет хорошо. Он вернется с зельем, или исцелит меня заклинанием, а потом я отсюда уберусь».
Как только она все обдумала, Драко вернулся в комнату, неся несколько книг. Он положил их на стол и принялся снимать рубашку. Потом направился в ванную комнату и закрыл за собой дверь. Она его неплохо отделала, и только эти кровавые отметины от ее когтей сейчас уродовали его, несомненно, идеальное тело.
Она слышала звук бегущей воды и как он ругается вполголоса там, перед тем, как снова появиться в комнате, вытирая разодранную грудь махровым полотенцем. Он подошел к книгам и открыл одну, а затем обратился к ней:
— Смотри, чтобы у тебя не оказалось бешенства, — пригрозил он. Гермиона улыбнулась этой предосторожности. Вместо того чтобы применить заживляющее заклинание, Малфой, на всякий случай, обработал свои раны одной очень щиплющей мазью. Он тоже немножко помучается. Ну, это уже было хоть что-то.
Он долго смотрел на нее, прежде чем вернуться к книге и вымолвить:
— Думаешь, это смешно, а? — спросил он у ошеломленной Гермионы. И как он только заметил?
Девушку злило, что из нее получился такой крохотулик.
Гермиона была уверена в том, что постороннему наблюдателю она покажется пятимесячным зверенышем. «И все-таки надо поправиться хоть немного, чтобы выглядеть солиднее в анимагическом обличье», — сделала она вывод. По крайней мере, Гермиона полностью превратилась в животное, без каких-либо проколов, и, конечно же, ей очень повезло, что в своей анимагической форме она могла похвастаться короткошерстностью.
Гермиона укрылась под козырьком магазина «Мантии мадам Малкин на все случаи жизни». Дождь продолжал лить, как из ведра, и прекращаться не собирался. Поэтому подождав несколько минут, Гермиона решила, что пора заканчивать это маленькое приключение. Понаблюдав за прохожими, спешащими скрыться от дождя в ближайшем пабе, она уже собралась трансформироваться обратно, как звякнул колокольчик над дверью магазина.
Она даже не успела понять, что случилось, пока не было уже слишком поздно, и большая часть ее задней лапки оказалась буквально расплющена чьей-то огромной ножищей. Гермиона взвыла (это прозвучало как сумасшедшее «МЯ-А-АУ!»), нога убралась, и она попыталась отхромать подальше с этого места, но от боли упала.
Она подняла голову, чтобы посмотреть, кто этот обидчик, и зашипела, увидев возвышающегося над ней Малфоя. Гермиона решила было превратиться обратно в человека — просто для того, чтобы наорать на него — но потом отказалась от этой идеи. Навряд ли ее вид вызовет в нем раскаяние. Да не только это, из-за боли в ноге она не смогла бы толком сосредоточиться на превращении.
А он так мрачно смотрел на нее, как будто это ему прищемили ногу. Действительно, чего еще ждать от такого придурка!
— Тупая кошка, — пробурчал он и пошел прочь. Но, сделав три шага в дождь, остановился, с негодующим резким выдохом. Он вернулся, выглядя очень недовольным, и она была практически уверена, что сейчас он довершит начатое, когда его рука потянулась к ней.
— Иди сюда, бестолочь лохматая! — раздраженно фыркнул он, осторожно поднимая ее с тротуара и пряча на груди под плащ, подальше от дождя.
Гермиона взвизгнула от боли, но и думать о ней забыла, когда поняла, насколько высоко находится. Дезориентированная подъемом, она как следует запустила в него когти. Гермиона боялась высоты, и вот так вот взлететь — это была просто жуть какая-то.
— Эй, полегче! — сердито сказал Драко, отдирая ее от себя, — Не заставляй меня пожалеть о моем великодушии.
Но она уже снова вцеплялась в него, когда они аппарировали.
В имении Малфоев он снова ругался, пытаясь отодрать острые когти Гермионы по дороге ко входной двери. Гермиона старалась не паниковать, пока ее возносили вверх по лестнице, и через весь длинный коридор. Наконец, внеся ее комнату, он усадил котенка на кровать и вышел, бормоча себе под нос ругательства и потирая расцарапанную грудь.
Гермиона попыталась сесть, но боль в лапке была просто невыносимой. А что еще хуже — в логове врага возможность обратной трансформации полностью исключалась.
Скорее всего, он просто излечит ее и отпустит на все четыре стороны. В конце концов, у каждого должна быть хоть капля совести. Ладно, она может потерпеть. Кроме того, она не настолько хорошо освоилась с анимагией, и ей не следовало без особой надобности подвергать свои переломанные кости риску дополнительных смещений.
«Все будет хорошо. Он вернется с зельем, или исцелит меня заклинанием, а потом я отсюда уберусь».
Как только она все обдумала, Драко вернулся в комнату, неся несколько книг. Он положил их на стол и принялся снимать рубашку. Потом направился в ванную комнату и закрыл за собой дверь. Она его неплохо отделала, и только эти кровавые отметины от ее когтей сейчас уродовали его, несомненно, идеальное тело.
Она слышала звук бегущей воды и как он ругается вполголоса там, перед тем, как снова появиться в комнате, вытирая разодранную грудь махровым полотенцем. Он подошел к книгам и открыл одну, а затем обратился к ней:
— Смотри, чтобы у тебя не оказалось бешенства, — пригрозил он. Гермиона улыбнулась этой предосторожности. Вместо того чтобы применить заживляющее заклинание, Малфой, на всякий случай, обработал свои раны одной очень щиплющей мазью. Он тоже немножко помучается. Ну, это уже было хоть что-то.
Он долго смотрел на нее, прежде чем вернуться к книге и вымолвить:
— Думаешь, это смешно, а? — спросил он у ошеломленной Гермионы. И как он только заметил?
Страница 1 из 8
