Фандом: Ориджиналы. На земле сохранились территории, где сказка — это повседневность. Здесь нет самолетов, машины отказываются ездить, а пистолеты — стрелять. Но зато здесь есть магия и в волшебном саду растут яблоки, которые способны излечить самую страшную болезнь…
Добавить в моё избранное
55 мин, 10 сек 18791
— Что же ты не пьешь? — он сунул ей в руки большой, тяжелый бокал.
— Ты не выполнил то, что обещал. Кольцо… — с трудом выдавила Лина. — Ты же знаешь, пока ты не подарил мне кольцо, я — не твоя.
Она говорила тихо, но все, даже те, кто сидели у двери, даже те, кто был пьян и не слышал сам себя, все — услышали. Стало так тихо, что было слышно, как сверчок настраивает свою скрипочку.
— Кольцо, хм, — Фокс посмотрел на свои руки, унизанные перстнями. — Какое же кольцо ты хочешь, любовь моя?
— То, на котором твой портрет.
Он ухмыльнулся:
— Да ты, и правда, лисица, проныра.
Он наклонился к ней, и Лина замерла от ужаса, но он рассмеялся и велел принести ларец.
— А пока — пей, — и он дернул ее за волосы. — Пей! Живо!
Она подняла бокал и сделала несколько глотков. Вино было кислым и больше напоминало уксус.
— Нравится ли тебе мое угощение?
— Да, — выдавила она из себя.
— Ешь! — и он сунул ей в зубы кость, которую только что вытащил из лап своего соседа по столу.
Она заплакала, наклонила низко голову, чтобы он не видел, но он снова схватил ее за волосы, запрокинул голову:
— Что-то моей женушке не весело, — закричал он. — А ну споем!
Гости запели: кто блеял, кто кричал, кто стучал по столу кулаком, кто топал так, что стол подпрыгивал, а сам хозяин хлопал в ладоши так громко и звонко, что свечи в люстре выпрыгивали из лунок и норовили пуститься в пляс.
В зал протиснулась огромная жаба в ливрее и маленькой засаленной шапочке на голове. В лапах у нее был ларец.
— А вот и кольцо! — прокричал Фокс, и все разом затихли. Жаба добралась до хозяина, открыла ларец. Фокс запустил туда руку, пошарил, вываливая на стол драгоценности, достал перстень и протянул его Лине:
— Вот, любовь моя, мистер Фокс всегда выполняет обещание! Теперь мы будем вместе, пока смерть не разлучит нас.
И гости снова завизжали и заржали, заулюлюкали, падая от смеха под столы.
Лина протянула руку, и Фокс надел ей кольцо на безымянный палец. Кольцо туго обхватило фалангу, до боли. Лина улыбнулась через силу и посмотрела в окно.
— И не думай, — прошептал, наклоняясь к ней мистер Фокс.
Она все равно рванулась, выдергивая из его руки ладонь, больше от отчаянья, чем от смелости. Он не выпустил, рывком притягивая к себе.
— Теперь мы будем вместе, пока твоя смерть не разлучит нас! — закричал он.
— Это мы еще посмотрим, — один из гостей вскочил на стол, скидывая с себя мешковатую куртку.
— Эван? — изумилась Лина.
— А ты что забыл тут? Что, не сидится дома? — прорычал Фокс и даже если бы он обернулся огромным лисом или даже медведем, вряд ли его рык вышел бы страшнее.
Эван и не подумал отвечать. Ударив со всего маха сапогом полезшего к нему с кулаками хмельного гостя, он побежал прямо по столу, разбивая хрустальные бокалы и сбивая глиняные плошки.
— Не отдам добычу, — взревел Фокс и дернулся вперед, и Лина, чуть ли не теряя сознание от ужаса, обрушила на его голову кубок, который держала в руках. Удар получился смазанным, но Фокс пошатнулся и упал. Гости ахнули и стали прятаться под стол, не выказывая ни малейшего желания постоять за хозяина дома.
— Быстрее! — Эван стоял перед ней в облике волка. Лина вскочила на его спину, волк выпрыгнул в окно.
Как же хорошо, что она не решилась выпрыгнуть сама, а то ее путешествие уже бы закончилось. Окно оказалось дуплом в стволе огромного дуба, ветви которого терялись в облаках, а ствол не смогли бы обхватить и несколько мужчин.
Погони за ними не было. Только когда Лина бросила последний взгляд назад, с дерева сорвалась стая ворон и закружила, каркая, в воздухе.
За горами, за лесами…
Волк летел сквозь заросли, бежал темными подземными ходами, то взвивался вверх, то прижимался к земле. Не останавливался, не поворачивал морды. Лина в этот раз не закрывала глаза. Обхватив волка за шею, положив подбородок ему на затылок, она щурилась от ветра, бьющего по глазам, но смотрела вперед, иногда оборачивалась, страшась увидеть настигающего их Фокса. Ноги и руки затекли, но она держалась, вцепившись в шерсть волка и кусая губы.
Молчала, когда они выскочили из темного леса на луг, ровно в том месте, где несколько дней назад, а может, вчера, вошли в лес, кропя дорогу кровью.
Молчала, когда они приблизились к городу. Была ночь, и никто не видел несущегося по дороге волка.
Молча, не спрашивая ни о чем, перелезла ограду сада и побежала к дому со всех ног. Барабанила в дверь, пока не открыл сам хозяин дома.
— Чего тебе? — спросил, спросонья не узнав ее. — А, это ты? Чего утра не дождалась? Пошла вон!
— Нет, — она поставила ногу, не позволяя закрыть дверь — Я не буду ждать.
— Эк тебя, — он зевнул. — Ну ладно. Кольцо добыла?
— Ты не выполнил то, что обещал. Кольцо… — с трудом выдавила Лина. — Ты же знаешь, пока ты не подарил мне кольцо, я — не твоя.
Она говорила тихо, но все, даже те, кто сидели у двери, даже те, кто был пьян и не слышал сам себя, все — услышали. Стало так тихо, что было слышно, как сверчок настраивает свою скрипочку.
— Кольцо, хм, — Фокс посмотрел на свои руки, унизанные перстнями. — Какое же кольцо ты хочешь, любовь моя?
— То, на котором твой портрет.
Он ухмыльнулся:
— Да ты, и правда, лисица, проныра.
Он наклонился к ней, и Лина замерла от ужаса, но он рассмеялся и велел принести ларец.
— А пока — пей, — и он дернул ее за волосы. — Пей! Живо!
Она подняла бокал и сделала несколько глотков. Вино было кислым и больше напоминало уксус.
— Нравится ли тебе мое угощение?
— Да, — выдавила она из себя.
— Ешь! — и он сунул ей в зубы кость, которую только что вытащил из лап своего соседа по столу.
Она заплакала, наклонила низко голову, чтобы он не видел, но он снова схватил ее за волосы, запрокинул голову:
— Что-то моей женушке не весело, — закричал он. — А ну споем!
Гости запели: кто блеял, кто кричал, кто стучал по столу кулаком, кто топал так, что стол подпрыгивал, а сам хозяин хлопал в ладоши так громко и звонко, что свечи в люстре выпрыгивали из лунок и норовили пуститься в пляс.
В зал протиснулась огромная жаба в ливрее и маленькой засаленной шапочке на голове. В лапах у нее был ларец.
— А вот и кольцо! — прокричал Фокс, и все разом затихли. Жаба добралась до хозяина, открыла ларец. Фокс запустил туда руку, пошарил, вываливая на стол драгоценности, достал перстень и протянул его Лине:
— Вот, любовь моя, мистер Фокс всегда выполняет обещание! Теперь мы будем вместе, пока смерть не разлучит нас.
И гости снова завизжали и заржали, заулюлюкали, падая от смеха под столы.
Лина протянула руку, и Фокс надел ей кольцо на безымянный палец. Кольцо туго обхватило фалангу, до боли. Лина улыбнулась через силу и посмотрела в окно.
— И не думай, — прошептал, наклоняясь к ней мистер Фокс.
Она все равно рванулась, выдергивая из его руки ладонь, больше от отчаянья, чем от смелости. Он не выпустил, рывком притягивая к себе.
— Теперь мы будем вместе, пока твоя смерть не разлучит нас! — закричал он.
— Это мы еще посмотрим, — один из гостей вскочил на стол, скидывая с себя мешковатую куртку.
— Эван? — изумилась Лина.
— А ты что забыл тут? Что, не сидится дома? — прорычал Фокс и даже если бы он обернулся огромным лисом или даже медведем, вряд ли его рык вышел бы страшнее.
Эван и не подумал отвечать. Ударив со всего маха сапогом полезшего к нему с кулаками хмельного гостя, он побежал прямо по столу, разбивая хрустальные бокалы и сбивая глиняные плошки.
— Не отдам добычу, — взревел Фокс и дернулся вперед, и Лина, чуть ли не теряя сознание от ужаса, обрушила на его голову кубок, который держала в руках. Удар получился смазанным, но Фокс пошатнулся и упал. Гости ахнули и стали прятаться под стол, не выказывая ни малейшего желания постоять за хозяина дома.
— Быстрее! — Эван стоял перед ней в облике волка. Лина вскочила на его спину, волк выпрыгнул в окно.
Как же хорошо, что она не решилась выпрыгнуть сама, а то ее путешествие уже бы закончилось. Окно оказалось дуплом в стволе огромного дуба, ветви которого терялись в облаках, а ствол не смогли бы обхватить и несколько мужчин.
Погони за ними не было. Только когда Лина бросила последний взгляд назад, с дерева сорвалась стая ворон и закружила, каркая, в воздухе.
За горами, за лесами…
Волк летел сквозь заросли, бежал темными подземными ходами, то взвивался вверх, то прижимался к земле. Не останавливался, не поворачивал морды. Лина в этот раз не закрывала глаза. Обхватив волка за шею, положив подбородок ему на затылок, она щурилась от ветра, бьющего по глазам, но смотрела вперед, иногда оборачивалась, страшась увидеть настигающего их Фокса. Ноги и руки затекли, но она держалась, вцепившись в шерсть волка и кусая губы.
Молчала, когда они выскочили из темного леса на луг, ровно в том месте, где несколько дней назад, а может, вчера, вошли в лес, кропя дорогу кровью.
Молчала, когда они приблизились к городу. Была ночь, и никто не видел несущегося по дороге волка.
Молча, не спрашивая ни о чем, перелезла ограду сада и побежала к дому со всех ног. Барабанила в дверь, пока не открыл сам хозяин дома.
— Чего тебе? — спросил, спросонья не узнав ее. — А, это ты? Чего утра не дождалась? Пошла вон!
— Нет, — она поставила ногу, не позволяя закрыть дверь — Я не буду ждать.
— Эк тебя, — он зевнул. — Ну ладно. Кольцо добыла?
Страница 13 из 15
