Ностальгия не входила в число его пороков

Неделю носа из лаборатории не показывал, а Старк подсознательно вроде и понимал, что в чём-то виноват, но ума приложить, в чём именно, не мог.

Сейчас…

— Что это?

— Проект «Рекруты». Я подумал, что нас слишком мало, а здесь достаточно места, чтобы развернуть тренировочные площадки. По городу свыше сотни беспризорных супергероев — будем приглашать их сюда, обучать и тренировать. Те, что захотят и нас устроят, присоединятся к Мстителям, а остальные перестанут вместе с суперзлодеями взрывать к херам города. Росс стелет к Подводной тюрьме красную дорожку, и до тех пор, пока я не… Что?

Сейчас Тони знает, в чём дело. Всё ещё очень осторожно в это верит и искренне желает хорошим людям вокруг него перестать привязываться к нему с такой шокирующей откровенностью, внимательнее читать всё, что он нём пишут, и быть готовыми к тому, что он рано или поздно нечаянно создаст Альтрона. Или ракеты с его именем на пузе упадут на какой-нибудь Богом забытый клочок земли.

— Тони Старк — беспринципный ублюдок и эгоистичный болван, — Наташа толкает его плечом, и встаёт рядом. — Ну вот. В это уже никто не верит. Это стрельбище?

После этого люди приобретают привычку уходить. Чаще от него, чем к нему, но…

Тони смотрит на острый профиль, силится удержать на лице самодовольную ухмылку, и всё равно расплывается в бледной, признательной улыбке. Прокашливается и кивает.

— Да. А здесь будет симулятор. Ненавижу телепатов, но идея хороша. Видела бы ты Ксавьера, когда Хэнк показывал мне, как это работает…

Но Тони снова верит. Потому что при всей железобетонной уверенности в самом себе, своей правоте и принципах он не умеет поворачиваться к людям спиной, как бы усердно они не плевали ему в лицо.

— Джарвис, внеси Наташу в список доверенных лиц.

— Доступ в мастерскую?

— Да.

— «Да» — полный, или«Да» — только в вашем присутствии?

— Ты издеваешься?

— Ни в коем случае, сэр, но я не могу скорректировать модель своего поведения, пока вы не изложите суть…

— Полный, чтоб тебя, полный! Доволен?

— Вот так бы сразу, сэр.

У Тони была жажда жизни

… которая, если смотреть со стороны, ничем не отличалась от жажды смерти.

И не то чтобы на честность Старк всегда отвечал честностью. Не без греха, а фильтр в голове, вопреки мнению многих, всё же был и весьма жёсткий. Просто с ним нужно было уметь разговаривать. Это не всегда давалось легко.

Но того стоило.

— Сэр, это безумие.

— Я собираюсь превратить корабль в пулю. Конечно, это безумие.

Если рассматривать события под определённым углом, то всё, что делает Тони Старк, выглядит как активный поиск возможностей подраматичней убиться.

Сначала он просит Пеппер взорвать реактор под ним, потом вставляет в грудную клетку незнакомый науке металл, с ядерной ракетой на плечах ныряет в открытый космос, даёт свой адрес маньяку-убийце, с банкой керосина и ёлочными игрушками штурмует дом Мандарина и едва не хоронит себя вместе с Заковией на морских глубинах.

Он… ох, да ладно! Он даже пишет специальные протоколы для Джарвиса, согласно которым полный контроль над бронёй переходит к нему только в том случае, если Старк находится в бессознательном состоянии — беспорядочное впрыскивание себе в кровь чего ни попадя к разряду бессознательного по инструкции не относится, а несколько кубиков адреналина обыкновенно решают вопрос. Тони очень чётко прописывает экстренные протоколы — ИскИн тот ещё хитрый засранец и раздражающе щепетильно относится к здоровью папочки. Однажды он даже специально усыпляет его в полёте, лишь бы насильно сопроводить домой, аргументируя это тем, что сломанные рёбра и проколотое лёгкое нуждаются во внимании.

Так что Джарвис страшное создание, а Тони действительно иногда живёт так, будто вот-вот споткнётся о собственные ноги, а иногда — так, словно поставит подножку кому-нибудь ещё. Профилактическую, ибо нечего на него скалиться, вам не понравится ответ.

«Я Тони Старк, и я тебя не боюсь», — неоновые буквы светятся ярче реактора.

— Вы не сможете отпустить корабль до того, как он рухнет на землю.

— Активируй электромагнитные щиты, начинай эвакуацию и возьми управление кораблём на себя.

Это если рассматривать события под определённым углом.

Но правда в том, что всё это — единственный возможный выход в каждом конкретном случае. Не прихоть Старка, не его желание покрасоваться и уж тем более не жертвенное подношение его раздутому эго. Всего лишь плод чуть более скорого, чем у прочих, разума.

И, да, наверное, делать здесь и сейчас не лучшая из его привычек, но легко рассуждать о драке погодя. А злодеи не приучены ждать, пока каждодневные треволнения героев сойдут на нет.

И как бы долог и прекрасен не был миг затишья, они нападают.