Соперница

— Гермиона, иногда мне кажется, что я её ненавижу. Что со мной? — всхлипнула она.

Гермиона достала из сумки бумажный платок и протянула его подруге. Краем глаза она заметила, что возле стойки Агнешка сплетничает с другой девушкой. Обе официантки внимательно следили за их столиком и наверняка обсуждали реакцию Джинни.

Гермиона промолчала и не стала ничего предпринимать. Джинни редко плакала, но если такое случалось, нужно было просто дать ей выпустить пар, позволить ей порыдать, поворчать и поругаться. Лучше было не вмешиваться. В такие чрезвычайно редкие минуты даже Гарри просто молча обнимал жену, позволяя ей выплакать все слёзы, поддерживая её своим присутствием и терпеливо ожидая, когда она придёт в себя.

Гермиона протянула руку, по-дружески потрепала Джинни по плечу и присмотрелась к плачущей подруге. Джинни явно была не в форме: бледное лицо, бесцветные, потрескавшиеся до крови губы. Её волосы, обычно такие яркие и сияющие, были небрежно стянуты в тусклый, неряшливый узел. На ней были надеты мешковатые джинсы и старый бесформенный свитер — когда Джинни зашла в кафе, то выглядела ненамного лучше бродяги.

Джинни вытирала слёзы, вытянув руку в поисках очередной салфетки, когда официантка принесла заказ. Как только перед ней появилась тарелка, Джинни схватила карамельное пирожное и с удовольствием откусила от него большой шоколадно-тянущийся кусок.

— Уже лучше, — пробормотала она с набитым ртом и добавила, грустно улыбаясь Гермионе: — Шоколад действительно универсальное лекарство.

Пока официантка расставляла на столе кофе — большую чашку перед Джинни и маленькую перед Гермионой — карамельное пирожное было практически съедено.

— Намного лучше, — пробормотала Джинни.

— Тебе нужно было раньше обратиться за помощью, — сказала Гермиона. — Так нельзя, Джинни, я же вижу, что ты на грани.

— В первые два раза не было так тяжело. Но сейчас… — Джинни беспомощно пожала плечами и положила в рот последний кусочек пирожного.

— Вы с Гарри всё преодолеете. Просто нужно немного времени, и всё будет хорошо, — сказала Гермиона.

— Что? — воскликнула официантка. — Этот Гарри в третий раз ей изменяет, и вы считаете, что они должны остаться вместе?

Гермиона изумлённо уставилась на Агнешку, и стала быстро прокручивать в голове свой разговор с Джинни. Джинни расхохоталась, давясь липким пирожным. Она попыталась вдохнуть, но закашлялась, чуть не задохнулась и в отчаянье хлебнула горячего капучино.

— Чёрт! Горячо! — продолжая кашлять, Джинни опустила чашку на блюдце с такой силой, что кофе пролился на стол.

— Возьми мой, — Гермиона поспешно протянула ей недопитую чашку, проследила за тем, как Джинни её опустошает, и повернулась к официантке.

— Гарри никому не изменяет, Агнешка, — сказала Гермиона. — Две недели назад у них родилась дочь, Лили. Малышка Лили не хочет ни спать, ни есть.

— Несмотря на это, папочка любит её всем сердцем, — добавила Джинни. — Он всё время ей это повторяет, и это…

— И это абсолютно нормально, Джинни, — перебила Гермиона. — Рози тоже идеальна в глазах своего папочки. Почему ты раньше не попросила нас о помощи? Ты уже неделю не высыпаешься, а кроме Лили, тебе нужно справляться с двумя активными мальчишками. Гарри просто хочет помочь, пытается облегчить твою ношу. Да, ты поняла, что ты не супермама, но у каждого есть свой предел. Рози тоже доводила меня до слёз, а она спала гораздо лучше Лили. Мы с Роном сделаем, что можем, но через месяц нам будет немного не до этого, — Гермиона мягко погладила свой живот. — Он так пинается. Рози сидела внутри спокойно и была тихоней, когда выбралась наружу. Этот парень на неё не похож, как Лили не похожа на своих братьев.

— Парень? — переспросила Джинни. — Ты уверена?

— Нет, но Рон уверен, потому что беременность протекает совсем не так, как с Рози. Я очень надеюсь, что у меня там мальчик. Мы очень ждём мальчика, но я подозреваю, что «папочкина драгоценная Рози» всегда будет его принцессой. Теперь и у Гарри появилась своя маленькая принцесса, которую он любит. Ты просто должна с этим смириться.

— Ни за что, — ответила Джинни. По-мужски громко кашлянув, она выплюнула в салфетку крошки от пирожного, повернулась к официантке и улыбнулась.

— Агнешка, спасибо за то, что насмешили и подняли настроение. Гермиона, могу поделиться с тобой шоколадным тортом. Какой смысл сидеть на диете, пока ты не избавилась от живота?

Гарри снова задремал, но его разбудил тонкий, пронзительный крик. Этого звука было достаточно, чтобы мгновенно проснуться; резкий запах говорил Гарри о том, что нужно пошевеливаться.

— Лили Луна Поттер, ты чудесная, прекрасная и невероятно ароматная малышка, — сказал он. — Пойдём-ка поменяем твой подгузник.

Он бережно взял на руки багровую, вопящую Лили и отнёс её на пеленальный столик.