Фандом: Гарри Поттер. ПостХог. «Минздрав Магической Британии предупреждает — курение доводит до гарридраки!»
Добавить в моё избранное
268 мин, 59 сек 8159
«Прочитал… И не ответил. Хотя мог бы написать» Иди в задницу«, или еще что-нибудь в его духе. В гриффиндорских мозгах всегда куча всяких гадостей. Но он не ответил… не ответил»… — размышлял Драко, допивая вино.
Скинув с себя одежду, тут же подхваченную незаметным домовиком, он отправился в ванную через дверь, обитую тем же шёлком, что и стены спальни.
«А с чего бы он вдруг стал отвечать? — продолжал размышлять Драко. — В прошлый раз он совершенно ясно дал понять, что ему абсолютно всё равно, буду ли я появляться в школе, или нет… А ярость… нет, это так, минутное. Не может же он, в самом деле, сожалеть о своей жизни».
Пар клубился под потолком небольшого помещения, и по бледно-зеленому кафелю стекали маленькие капельки воды. Огромное, от пола до потолка, зеркало в золочёной раме отражало стройную фигуру красивого мужчины, снимающего бельё и забирающегося в чугунную ванну на коротких гнутых ножках. Погружаясь в горячую воду, он застонал от удовольствия.
Драко думал. Обо всём. О родителях, о делах, о Хогвартсе, о будущем, о Поттере… Ведь он помнил, как гриффиндорец улыбался, глядя на глупую китайскую девчонку, и как зло сжимал губы в тонкую полоску, становясь похожим на МакГонагалл в гневе, когда слизеринцы подшучивали над ним на зельеварении. Он даже помнил, как Поттер заразительно смеялся на переменах над шутками рыжих Уизли, и как кричал в воздухе от счастья, пролетая над студентами на гиппогрифе. А теперь Поттер походил на себя прежнего только внешне.
«Как будто душу из него высосали. Не дементор же его поцеловал!» — Малфой поджал губы и шумно выдохнул.
Шевелиться было лень. Горячая вода расслабляла уставшие за день мышцы — Драко никогда не сутулился, всегда держал голову высоко поднятой, и к вечеру спина нестерпимо болела. Только в своей ванной комнате он позволял себе опустить плечи и расслабиться в воде, а после развалиться в мягкой уютной постели.
«Мерлин, — почти засыпая, думал Драко, — как же привести его в прежнее состояние? Хотя… Пусть сидит себе в школе, учит студентов летать, свистит в судейский свисток на матчах»….
Веки тяжелели, голова мутнела, мысли путались. Совершенно расслабленное тело погрузилось в воду по самый подбородок.
«Ну конечно! — вдруг пронеслось в голове почти уснувшего Драко, — чёрт, конечно!»
Он открыл глаза, прогоняя сон, и резко вскочил на ноги. Взволнованная неожиданным движением горячая вода выплеснулась через край ванны, оставляя на бледно-зеленом кафеле лужи. Драко набросил на мокрое тело пушистый банный халат и бросился в комнату.
Он ходил из угла в угол, волнуясь и радуясь тому, что нашёл повод поговорить с Поттером. Не просто написать, а встретиться! Только сначала нужно будет попасть в маггловскую часть Лондона.
«Потти, за каким дементором ты мне вообще сдался, сволочь шрамоголовая, — злился сам на себя Малфой, лихорадочно одеваясь и путаясь в бесконечных пуговицах и застежках. Чёрные брюки, чёрная рубашка, всё тщательно отутюженное. Драко спускался по лестнице, на ходу застёгивая мантию и натягивая перчатки.»
Он небрежно схватил горсть летучего пороха, шагнул в камин и твёрдым голосом произнёс:
— «Дырявый котёл».
Дети, замирая от счастья, летели за профессором.
Гарри через плечо поглядывал за первокурсниками. За две недели обучения студенты научились крепко держаться на метлах и уже не боялись подниматься от земли. Сегодня Поттер решил, что скорость и высоту полёта можно, наконец, увеличить, и класс вместе с преподавателем взмыл вверх. Описав пару кругов над площадкой, все постепенно начали набирать высоту. Ветер трепал чёрные мантии и разноцветные шарфы.
Пролетев ещё несколько кругов, профессор начал снижаться, наклоняя метлу к земле и сбавляя скорость, и вот его ноги уже коснулись земли. Раскрасневшиеся от удовольствия и свежего воздуха, ученики один за другим приземлялись рядом с ним, шумно дыша от усталости, смешанной с восторгом. Вскоре уже все стояли на поляне.
— Замечательно! Вы делаете успехи! — возбужденно сказал профессор, с гордостью оглядывая первокурсников.
— Сэр, — спросил мальчуган в красно-желтом шарфе, — а когда начинают тренироваться команды по квиддичу?
— Примерно через две недели, — ответил Гарри, обхватывая прутья метлы и бережно связывая и фиксируя их специальным креплением, чтобы они не спутывались и не выпадали раньше времени. — Но первокурсники не участвуют в игре.
— Но ведь вы же были ловцом уже на первом курсе! — настаивал юный гриффиндорец.
— Да, — согласился Гарри, — но это было исключение из правил, и то благодаря профессору МакГонагалл. Урок окончен.
— Мистер Поттер, сэр, — затараторили дети, спотыкаясь и едва поспевая за Гарри, идущим широким ровным шагом, — а вам было страшно в первый раз играть в квиддич?
— Да, очень, — ответил профессор.
Скинув с себя одежду, тут же подхваченную незаметным домовиком, он отправился в ванную через дверь, обитую тем же шёлком, что и стены спальни.
«А с чего бы он вдруг стал отвечать? — продолжал размышлять Драко. — В прошлый раз он совершенно ясно дал понять, что ему абсолютно всё равно, буду ли я появляться в школе, или нет… А ярость… нет, это так, минутное. Не может же он, в самом деле, сожалеть о своей жизни».
Пар клубился под потолком небольшого помещения, и по бледно-зеленому кафелю стекали маленькие капельки воды. Огромное, от пола до потолка, зеркало в золочёной раме отражало стройную фигуру красивого мужчины, снимающего бельё и забирающегося в чугунную ванну на коротких гнутых ножках. Погружаясь в горячую воду, он застонал от удовольствия.
Драко думал. Обо всём. О родителях, о делах, о Хогвартсе, о будущем, о Поттере… Ведь он помнил, как гриффиндорец улыбался, глядя на глупую китайскую девчонку, и как зло сжимал губы в тонкую полоску, становясь похожим на МакГонагалл в гневе, когда слизеринцы подшучивали над ним на зельеварении. Он даже помнил, как Поттер заразительно смеялся на переменах над шутками рыжих Уизли, и как кричал в воздухе от счастья, пролетая над студентами на гиппогрифе. А теперь Поттер походил на себя прежнего только внешне.
«Как будто душу из него высосали. Не дементор же его поцеловал!» — Малфой поджал губы и шумно выдохнул.
Шевелиться было лень. Горячая вода расслабляла уставшие за день мышцы — Драко никогда не сутулился, всегда держал голову высоко поднятой, и к вечеру спина нестерпимо болела. Только в своей ванной комнате он позволял себе опустить плечи и расслабиться в воде, а после развалиться в мягкой уютной постели.
«Мерлин, — почти засыпая, думал Драко, — как же привести его в прежнее состояние? Хотя… Пусть сидит себе в школе, учит студентов летать, свистит в судейский свисток на матчах»….
Веки тяжелели, голова мутнела, мысли путались. Совершенно расслабленное тело погрузилось в воду по самый подбородок.
«Ну конечно! — вдруг пронеслось в голове почти уснувшего Драко, — чёрт, конечно!»
Он открыл глаза, прогоняя сон, и резко вскочил на ноги. Взволнованная неожиданным движением горячая вода выплеснулась через край ванны, оставляя на бледно-зеленом кафеле лужи. Драко набросил на мокрое тело пушистый банный халат и бросился в комнату.
Он ходил из угла в угол, волнуясь и радуясь тому, что нашёл повод поговорить с Поттером. Не просто написать, а встретиться! Только сначала нужно будет попасть в маггловскую часть Лондона.
«Потти, за каким дементором ты мне вообще сдался, сволочь шрамоголовая, — злился сам на себя Малфой, лихорадочно одеваясь и путаясь в бесконечных пуговицах и застежках. Чёрные брюки, чёрная рубашка, всё тщательно отутюженное. Драко спускался по лестнице, на ходу застёгивая мантию и натягивая перчатки.»
Он небрежно схватил горсть летучего пороха, шагнул в камин и твёрдым голосом произнёс:
— «Дырявый котёл».
Дети, замирая от счастья, летели за профессором.
Гарри через плечо поглядывал за первокурсниками. За две недели обучения студенты научились крепко держаться на метлах и уже не боялись подниматься от земли. Сегодня Поттер решил, что скорость и высоту полёта можно, наконец, увеличить, и класс вместе с преподавателем взмыл вверх. Описав пару кругов над площадкой, все постепенно начали набирать высоту. Ветер трепал чёрные мантии и разноцветные шарфы.
Пролетев ещё несколько кругов, профессор начал снижаться, наклоняя метлу к земле и сбавляя скорость, и вот его ноги уже коснулись земли. Раскрасневшиеся от удовольствия и свежего воздуха, ученики один за другим приземлялись рядом с ним, шумно дыша от усталости, смешанной с восторгом. Вскоре уже все стояли на поляне.
— Замечательно! Вы делаете успехи! — возбужденно сказал профессор, с гордостью оглядывая первокурсников.
— Сэр, — спросил мальчуган в красно-желтом шарфе, — а когда начинают тренироваться команды по квиддичу?
— Примерно через две недели, — ответил Гарри, обхватывая прутья метлы и бережно связывая и фиксируя их специальным креплением, чтобы они не спутывались и не выпадали раньше времени. — Но первокурсники не участвуют в игре.
— Но ведь вы же были ловцом уже на первом курсе! — настаивал юный гриффиндорец.
— Да, — согласился Гарри, — но это было исключение из правил, и то благодаря профессору МакГонагалл. Урок окончен.
— Мистер Поттер, сэр, — затараторили дети, спотыкаясь и едва поспевая за Гарри, идущим широким ровным шагом, — а вам было страшно в первый раз играть в квиддич?
— Да, очень, — ответил профессор.
Страница 20 из 80
