Фандом: Гарри Поттер. Благими намереньями, как говорят… Ремус просто хотел нормальной жизни для своего друга, Скитер просто хотела реабилитации для отца своей дочери. И все, что им было нужно для этого — сенсация. И они ее получили.
Добавить в моё избранное
15 мин, 4 сек 13755
— Мне нужен повод. Я не умею писать трагические слезливые истории. К тому же слезливые истории плохо продаются. А нам нужна шумиха, фурор.
— Я украл гиппогрифа, — нервно хохотнул Сириус.
— Не подходит, — Скитер щелкнула пальцами, и перо вымарало что-то в блокноте. — В идеале нужно что-то героическое.
— Значит, ничего не получится, — Ремус комкал покрывало. — Сириус почти не покидает дом.
— Извините, — Рита развела руками и захлопнула блокнот. — Я не всесильна.
— Вы даже не попробуете? — Ремус начал рвать край покрывала, раздергивая его на нитки.
— Я не всесильна, — повторила Скитер, поднялась и убрала блокнот и перо в сумочку. — Дадите мне повод, я смогу раскрутить ситуацию. Про Петтигрю я помню. Но это дело закрыли. Поттеру сейчас никто не поверит.
— А мне? А Снейпу? — Ремус рывком поднялся, сбросив на пол нитки из покрывала.
— Достанете его интервью, дело пойдет, — Рита быстро взглянула на Сириуса, который замер у окна, вцепившись в подоконник. — Но он бывший Пожиратель. Так что ничего не могу гарантировать. Может быть, это все только испортит.
— Рем, оставь ее, — бросил Сириус.
— Я хотел… — вот как чувствуют себя предатели. Люпин отвел глаза.
— Понимаю, — Сириус отпустил подоконник и направился к выходу. — Нам пора.
— Ты даже не? — Ремус попытался его остановить, но Сириус сбросил его руку со своего плеча.
— Не стоит, мистер Люпин, — Скитер осторожно обошла Сириуса и открыла дверь. — Вы сделали все, что могли.
— Не все, — Ремус захлопнул дверь прямо у нее перед носом. — Будет вам сенсация.
— Рем, — рыкнул Сириус.
— Все в порядке, — Рита устало покачала головой и взялась за ручку двери. — Все в порядке.
Ремус отпустил дверь и отошел в сторону, освобождая Скитер дорогу. Сириус оперся на стену и долго смотрел в коридор.
— Знаешь, Рем, а она почти не изменилась, — сказал он тихо, слово самому себе.
— Она всегда была такой? — Ремус запнулся, проглотив слово «стервой».
— В каком-то смысле, — оказывается, после Азкабана Сириус не разучился мечтательно улыбаться. — Целеустремленная, жесткая.
Ремус попытался представить себе Скитер в молодости. Не получилось. Черт, он же должен был ее знать. Они все учились в одной школе, магическая Британия — это же почти ирландская деревушка, где все друг друга знают и могут за кружкой эля на спор рассказать генеалогию своего соседа. Как же так.
— Скучал по ней? — Ремус осторожно прикрыл дверь.
— Нет, — Сириус нервно дернул уголком рта. — Я даже не вспоминал о ней почти. В Азкабане у меня другие заботы были. А вот сейчас не знаю, что на меня нашло.
— Не отпустишь теперь? — вот, значит, как выглядит зависть.
У него семьи не будет, детей тоже не будет. Ни к чему оборотням семья. Да и кому он нужен. Ни денег, ни положения в обществе, ни нормальной работы. Еще и выродок, оборотень, проклятый. Сириус только тряхнул головой, и все, вместо него уже на закрытую дверь внимательно и серьезно смотрел большой черный пес.
— Идем домой, Бродяга, — Люпин потрепал пса по загривку. — Нам нужно еще сенсацию придумать.
— Ты никуда не пойдешь, — Люпин встал на пороге и скрестил руки на груди.
— Да ну? — осклабился Сириус.
— Ну, попробуй, — спокойно, Ремус, только спокойно. — В позапрошлом году у тебя сил не хватило.
— А кто хотел сенсацию?
Люпин молча отошел в сторону.
— Так бы сразу, — Сириус словно помолодел лет на десять. — Ты ей весточку передай, как договаривались.
Люпин так же молча подошел к столу, взял пергамент, набросал на нем несколько строк, зачерпнул летучего пороху и швырнул и его, и записку в камин, тихо прошептав адрес.
— Ох, боюсь, сгорит записочка, — в глазах Сириуса плясали зеленоватые сполохи.
— Собирайся, — Ремус вышел в коридор.
Под стенами ползли синие тени. Кто-то пробежал на верхнем этаже. Что-то упало, кто-то выругался. Со стен неодобрительно щурились портреты.
— Ну, минута осталась! — крикнул кто-то.
— Уже, — крикнул Сириус.
Зря. Не стоит ему идти. Ремус нервно барабанил пальцами по стене, из-под старых обоев на пол тонкой струйкой сыпалась известка. Совсем как песок. Песок, время… на что намекает этот дом? Что время вышло? Или наоборот, что не стоит терять времени? А белая крошка все сыпалась и сыпалась. Сколько же ее там?
— Идем, — Сириус дернул его за рукав. — Время уходит.
— Да, — Ремус размазал носком ботинка белую горку по темному ворсу дорожки. — Время уходит.
Ремус снова стоял под фонарем. От зашторенного окна на клумбу с отцветшими тюльпанами ложился золотистый квадрат. Рядом с ним земля казалась еще чернее. Мимо пробежала парочка, кутаясь в легкие куртки. Летние ночи нынче стояли холодные.
— Я украл гиппогрифа, — нервно хохотнул Сириус.
— Не подходит, — Скитер щелкнула пальцами, и перо вымарало что-то в блокноте. — В идеале нужно что-то героическое.
— Значит, ничего не получится, — Ремус комкал покрывало. — Сириус почти не покидает дом.
— Извините, — Рита развела руками и захлопнула блокнот. — Я не всесильна.
— Вы даже не попробуете? — Ремус начал рвать край покрывала, раздергивая его на нитки.
— Я не всесильна, — повторила Скитер, поднялась и убрала блокнот и перо в сумочку. — Дадите мне повод, я смогу раскрутить ситуацию. Про Петтигрю я помню. Но это дело закрыли. Поттеру сейчас никто не поверит.
— А мне? А Снейпу? — Ремус рывком поднялся, сбросив на пол нитки из покрывала.
— Достанете его интервью, дело пойдет, — Рита быстро взглянула на Сириуса, который замер у окна, вцепившись в подоконник. — Но он бывший Пожиратель. Так что ничего не могу гарантировать. Может быть, это все только испортит.
— Рем, оставь ее, — бросил Сириус.
— Я хотел… — вот как чувствуют себя предатели. Люпин отвел глаза.
— Понимаю, — Сириус отпустил подоконник и направился к выходу. — Нам пора.
— Ты даже не? — Ремус попытался его остановить, но Сириус сбросил его руку со своего плеча.
— Не стоит, мистер Люпин, — Скитер осторожно обошла Сириуса и открыла дверь. — Вы сделали все, что могли.
— Не все, — Ремус захлопнул дверь прямо у нее перед носом. — Будет вам сенсация.
— Рем, — рыкнул Сириус.
— Все в порядке, — Рита устало покачала головой и взялась за ручку двери. — Все в порядке.
Ремус отпустил дверь и отошел в сторону, освобождая Скитер дорогу. Сириус оперся на стену и долго смотрел в коридор.
— Знаешь, Рем, а она почти не изменилась, — сказал он тихо, слово самому себе.
— Она всегда была такой? — Ремус запнулся, проглотив слово «стервой».
— В каком-то смысле, — оказывается, после Азкабана Сириус не разучился мечтательно улыбаться. — Целеустремленная, жесткая.
Ремус попытался представить себе Скитер в молодости. Не получилось. Черт, он же должен был ее знать. Они все учились в одной школе, магическая Британия — это же почти ирландская деревушка, где все друг друга знают и могут за кружкой эля на спор рассказать генеалогию своего соседа. Как же так.
— Скучал по ней? — Ремус осторожно прикрыл дверь.
— Нет, — Сириус нервно дернул уголком рта. — Я даже не вспоминал о ней почти. В Азкабане у меня другие заботы были. А вот сейчас не знаю, что на меня нашло.
— Не отпустишь теперь? — вот, значит, как выглядит зависть.
У него семьи не будет, детей тоже не будет. Ни к чему оборотням семья. Да и кому он нужен. Ни денег, ни положения в обществе, ни нормальной работы. Еще и выродок, оборотень, проклятый. Сириус только тряхнул головой, и все, вместо него уже на закрытую дверь внимательно и серьезно смотрел большой черный пес.
— Идем домой, Бродяга, — Люпин потрепал пса по загривку. — Нам нужно еще сенсацию придумать.
— Ты никуда не пойдешь, — Люпин встал на пороге и скрестил руки на груди.
— Да ну? — осклабился Сириус.
— Ну, попробуй, — спокойно, Ремус, только спокойно. — В позапрошлом году у тебя сил не хватило.
— А кто хотел сенсацию?
Люпин молча отошел в сторону.
— Так бы сразу, — Сириус словно помолодел лет на десять. — Ты ей весточку передай, как договаривались.
Люпин так же молча подошел к столу, взял пергамент, набросал на нем несколько строк, зачерпнул летучего пороху и швырнул и его, и записку в камин, тихо прошептав адрес.
— Ох, боюсь, сгорит записочка, — в глазах Сириуса плясали зеленоватые сполохи.
— Собирайся, — Ремус вышел в коридор.
Под стенами ползли синие тени. Кто-то пробежал на верхнем этаже. Что-то упало, кто-то выругался. Со стен неодобрительно щурились портреты.
— Ну, минута осталась! — крикнул кто-то.
— Уже, — крикнул Сириус.
Зря. Не стоит ему идти. Ремус нервно барабанил пальцами по стене, из-под старых обоев на пол тонкой струйкой сыпалась известка. Совсем как песок. Песок, время… на что намекает этот дом? Что время вышло? Или наоборот, что не стоит терять времени? А белая крошка все сыпалась и сыпалась. Сколько же ее там?
— Идем, — Сириус дернул его за рукав. — Время уходит.
— Да, — Ремус размазал носком ботинка белую горку по темному ворсу дорожки. — Время уходит.
Ремус снова стоял под фонарем. От зашторенного окна на клумбу с отцветшими тюльпанами ложился золотистый квадрат. Рядом с ним земля казалась еще чернее. Мимо пробежала парочка, кутаясь в легкие куртки. Летние ночи нынче стояли холодные.
Страница 4 из 5
