Эпидемия

Там вы познакомитесь с очаровательной Мери и парой ее милых детишек. Они живут со мной уже полгода. Френк, Мишель — чудесная парочка. Вы поговорите с ними и поймете, что меня не нужно бояться. Если, конечно, вы принимаете предложение. — В спокойном голосе прозвучала угроза.

— Хорошо, — кивнула Владислава, опустив мачете. Ей хотелось выжить. Потом, если дело обернется плохо, она найдет способ выбраться из бункера. Раз там есть другие люди, возможно, все не так уж печально.

Он оказался в лодке мгновенно, одним прыжком перемахнув через бортик. Мокрый, в потрепанных джинсах и рваной футболке, монстр уселся напротив Влады, выжимая длинные волосы. Женщина отметила, что не ошиблась с возрастом — двадцать лет, может чуть меньше или чуть больше. Теперь для него это не важно, вырасти он уже не сможет. Монстры не меняются. На них заживают раны, они даже могут вернуть себе отрубленную конечность. Влада не знала, как, но видела результат собственными глазами.

Чудовище смотрело на нее без злости и того голода, который обычно искажал лицо его вида. От человека его отличала только ярко-алая радужка, которая в темноте немного светилась.

— Вам нужно было потушить походный фонарь, — улыбнулся парень. Влада не могла больше называть его монстром. Это слово не вязалось с его поведением и обликом. Такой вполне мог быть ее собственным сыном. — Фонарь, — повторил кровосос. — Я нашел вас по свету.

Она растерянно посмотрела на пол, где валялся небольшой фонарик со сменным аккумулятором. Как же она забыла о нем? Почему не предусмотрела? Этой встречи могло бы не быть, если бы она была внимательна, как обычно! Проклятый возраст.

— Теперь вы позволите мне выпить вашу кровь, перевяжете рану, и я помогу вам добраться до моего убежища. Вы давно ели?

Владу вопрос поставил в тупик.

— Если вы давно ели, кровопотеря может спровоцировать обморок, а тащить вас у меня нет сил, так что, если вы ели давно, поешьте сейчас, а я подожду. Других вампиров здесь нет.

Она не стала спрашивать, откуда он знает это. Спросила другое.

— Вы зовете себя вампирами?

— Так называю себя я. Меня, кстати, зовут Дэнни.

— Ну а как зовут себя другие?

— Не знаю, других я не встречал. Но уверен, что они есть. Я ведь как-то смог справиться, значит, смог и еще кто-то. — Парень беззаботно пожал плечами. Сейчас он был похож на ее не рожденного сына еще больше.

— Я сегодня поела неплохо. Тушенка и даже остатки консервированных овощей. Праздник.

— Вот и хорошо, — Дэнни улыбнулся. Он осторожно встал со скамьи и приблизился к Владиславе. — Дайте мне ваше запястье, пожалуйста. Его проще всего перебинтовать.

Пораженная манерами упыря, она протянула запястье. Дэнни обхватил руку и без лишних слов, резко и быстро, прокусил кожу. Мачете был совсем рядом с Владой, и одна ладонь оставалась свободной. Протянуть руку, схватить и одним ударом избавить себя от всех проблем. Но она не смогла. Слова Дэнни задели ее, пробудили в ней смутную надежду. Если такие как он смогут сосуществовать с людьми, у человечества остается шанс на выживание. Нужно хотя бы попробовать. Вырваться в лагерь и стать матерью для бедных сироток она всегда успеет. Лучше сделать что-то новое, то, чего до нее никто еще не пробовал.

— Спасибо, Влада, — отстранившись от запястья, Дэнни достал из кармана пластиковый пакет, а потом, разорвав его, начал разворачивать бинт. — Стерильный, всегда ношу с собой. Заражение крови очень опасно, антибиотиков у меня почти не осталось.

Он бережно обматывал марлей ее руку, с искренней заботой и странной нежностью. Это было настолько не похоже на то, что творили другие монстры. Про себя Влада впервые разделила их с Дэнни. Он был вампиром, а они — чудовищами, упырями.

Лодка поплыла вверх по течению. Парень греб всю ночь, и к рассвету она увидела знакомый город. Большую часть дороги они молчали. Влада размышляла о том, что ждет ее в жилище вампира, а тот, казалось, крепко задумался о чем-то своем.

— Скажи, — спросил он, наконец. — Как ты думаешь, если я сделаю кого-нибудь себе подобным, как ты считаешь… как тебе кажется, — он хмурился, подбирая слова, потому что они были очень важны для него. — Если я дам кому-нибудь свою кровь, может быть, он тоже сможет преодолеть безумие?

Влада пристально посмотрела на Дэнни, вспоминая все, что произошло с ней за эти сутки. Погоню, свою неловкость и роковую ошибку. Их разговор. Дэнни не был человеком, его интересовали совершенно другие вещи. Но чем дольше они сидели в одной лодке, тем сильнее для Влады был контраст между ним и другими монстрами. Тщательно взвесив все за и против, она заглянула в глаза вампира и, кивнув, тихо ответила:

— Да.