Земля

— Должен же я знать, как изменились наши дела?

— Конечно, покажу, но только не сейчас, — спохватился дядя. — Она сейчас у Мирабеллы.

Дик не стал спрашивать, почему герцогиня взяла себе старую книгу с расчётами. Не собирается же она перечитывать её на ночь вместо Эсператии?

— Вот и хорошо, дядюшка, — сказал он. — Я рад, что вы пошли мне навстречу в таком щекотливом вопросе. Может, вы дадите мне несколько уроков и научите, как правильно распоряжаться деньгами?

— Разумеется, Ричард! — обрадовался дядя Эйвон. — Приходи завтра утром, если хочешь. Сидеть над расчётами лучше при дневном свете.

— Конечно, — ответил Дик. — Обязательно приду. Рад, что уделили мне время.

— Создатель, ну к чему такие церемонии!

— О, — смутился Дик. — Простите.

Он уже дошёл до двери и даже открыл её.

— А вы не запираетесь? У вас сломан замок, дядюшка, — заметил он вдруг. Дядя Эйвон махнул рукой:

— Кто и что станет здесь воровать, Ричард? — горько сказал он. — Но я, разумеется, всегда говорю, что полагаюсь на честность слуг…

Дик кивнул и вышел. День всё тянулся и тянулся, и он понял, что уже устал и проголодался. Он отправился в свою комнату и позвал Нэда. Тот явился, несколько смущённый и явно не знающий, как вести себя с изменившимся герцогом.

— Когда будут подавать обед? — спросил он.

— Уже скоро, тан Ричард, — чинно ответил Нэд. — Герцогиня изъявила желание поесть с Эдит и Дейдри в своих покоях.

— Хорошо, — легко согласился Дик. Он только что придумал, как ещё расшатать основы жизни в замке, и желание матушки только развязывало ему руки. — От тебя больше ничего не требуется. Только пусть откроют и приберут комнаты отца. Сегодня я намереваюсь туда переехать.

Он сказал это спокойно, но Нэд вытаращился на него, как будто увидел привидение.

— Герцогские комнаты? — переспросил он.

— Да, их, — раздражённо ответил Дик. — Что тебе непонятно?

Нэд поклонился и выскочил за дверь. Доложит матушке, ну и пусть докладывает. Всё равно легко не будет, это Дик знал, ещё когда выезжал из Олларии.

Он обедал вместе со слугами и солдатами и прекрасно знал, что об этом герцогине тоже расскажут. Но сейчас ему было всё равно. Его приняли на кухне с изумлением, усадили во главе стола, и обед прошел в молчании.

Дик велел достать вина и налить всем понемногу. Оно было кислым и неудачным — теперь, после того, как перепробовал за Алвой все сорта Крови, он прекрасно это чувствовал, — но, к чести кэналлийцев, они даже не поморщились и пили так, будто это было вино из королевских подвалов. Определённо, этих людей стоило уважать, хотя отдав приказ о вине и слишком поздно спохватившись, Дик едва не сгорел со стыда.

Чем следовало заняться после обеда? Решив потянуть время, Дик побродил по замку, вспоминая его и изредка поглаживая стены, сложенные из тёмного камня. Замок присмирел и ластился, словно собака, но Дик понимал, как тяжело ему держать свои стены, стонавшие под опостылевшей крышей, как трудно не сжать в каменных ладонях искры человеческого тепла и не раздавить их.

Ему становилось страшно и тоскливо. Кто поможет ему справиться с тем, что он сейчас чувствует? Он — каменный столб, один из пяти столбов, и ни один человек не мог понять его. Он сам был словно замок, который столько лет держал собственную тяжесть. Но на Дике ещё и держался весь мир, и от этого знания так хотелось сдаться, пойти трещинами и медленно сложиться, осыпаясь обвалом.

Он вцепился зубами в ладонь, и боль немного отрезвила. Не время предаваться мыслям о смерти. Дик уже умирал несколько раз, а сколько будет ещё? И каждый раз он должен возрождаться, как возродился после первой ночи с женщиной, после первой ночи с мужчиной, после ран и мнимого предательства, после чужих смертей. Возрождаться снова и снова, сначала в себе самом, потом — в будущем сыне. Так, чтобы столб стоял и не рухнул.

Задумавшись, Дик пришёл к ещё одной мысли. Если Повелители и Ракан — это главные столбы, то кто же вассалы их семей? Он вспомнил, что некоторых вассалов уже не существует, так как их род прервался. Значит ли это, что конструкция, которая при Абвениях надёжно удерживала Кэртиану от разрушения, уже пошатнулась? Или такого не могло произойти, и на место пресёкшегося рода вставал другой, берущий свое начало от младшего сына, от бастарда? Где тогда искать затерявшихся потомков богов? В книгах родословных или в деревнях? Но где же их найдёшь…

— Герцогиня, вы невнимательны! — раздался рядом чей-то голос, и Дик даже вздрогнул. Обернувшись, он увидел, что стоит возле двери классной комнаты, в которой когда-то учился и сам. Теперь, наверное, там проходили уроки у младших сестёр.

Он толкнул дверь. Классная комната ничуть не изменилась, седой мэтр тоже казался прежним, только за столом сидели не Дик с Айрис, а Эдит и Дейдри.