Земля

— Я не потерплю в своём доме сброд с большой дороги!

Это было тройным оскорблением, и Дик почувствовал, что сейчас сорвётся.

— Матушка, — произнёс он, дрожа от стыда и злости. — Эти люди служат короне и своим сюзеренам, которых вы должны знать…

— Я не обязана запоминать фамильные цвета так называемых дворян, — оборвала его Мирабелла, и Дик облился холодным потом при мысли о том, что кто-то донесёт на неё за эти слова. Матушка не могла не заметить солдат в чёрно-белых мундирах и не могла не понимать, что оскорбляет корону.

— В любом случае, герцог и хозяин здесь я, — процедил Дик.

— Разумеется, — с горечью ответила ему Мирабелла. — Пока сила на вашей стороне.

Дик предпочёл не задумываться о том, что будет, если сила вдруг окажется не на его стороне. Хотя вряд ли матушка посмеет причинить вред солдатам короля? Или напротив, помня прошлое их пребывание в Надоре…

— Благодарю за понимание, матушка, — снова поклонился он. Мирабелла безмолвно повернулась, чтобы удалиться, но вдруг дверь открылась снова.

— Дикон! — раздался восторженный писк, и Дику на шею бросилась Эдит. Этого ещё не хватало, сейчас все девочки вылетят наружу, испугаются солдат, да ещё и простудятся…

Сдёрнув плащ, Дик накинул его на плечи сестре. Та замерла, расширенными глазами глядя на людей и лошадей, шумных, страшных, чужих…

— Ой, Дикон… — прошептала она.

— Немедленно зайдите в дом, Эдит, — велела Мирабелла. — Герцогине не подобает бегать и кричать, как простолюдинке.

Выглянувшая было Дейдри попятилась обратно, и Дик обрадовался, что весть о его приезде ещё не коснулась ушей Айрис. Или она лежит больной?

— Иди, Эдит. — Он подтолкнул сестру в тепло. — Слушайся матушку.

Он лукавил, вовсе не думая, что сёстры всегда и везде обязаны подчиняться удушающим правилам этикета, но всё же Мирабелла была отчасти права.

Сестрёнка, спотыкаясь, взбежала обратно по ступенькам, а Дик вернулся туда, где отряд и слуги с дядей Эйвоном исподволь изучали друг друга.

— Так, — сказал он солдатам. — Лошадей в конюшню и распрягайте. Сумки и ящики отстёгивайте, несите туда, куда я скажу. Экономка здесь? Мне нужно что-то вроде кладовки. Тёмной и сухой.

— Дикон, что ты… — начал дядя Эйвон, но Дик, приобняв старика, успокоил его:

— Не переживайте, дядюшка, скоро всё объясню.

Подошедшая экономка нервно перебирала связки ключей на поясе и не поднимала глаз на незнакомых вооружённых мужчин.

— Кладовка будет, тан Ричард, только вот… эрэа Мирабелла… — проговорила она, запинаясь, и замолкла.

— Я уже сказал, что хозяин здесь я, — довольно грубо оборвал её Дик. Наверное, Алва ответил бы именно так, невзирая на то, что перед ним женщина. — Ничего невозможного я не прошу. В конце концов, я выполняю приказ короля.

Никто ему не ответил, и он снова почувствовал гнетущее одиночество, когда некого позвать и не на что опереться.

Под его присмотром устроили лошадей, сняли поклажу.

— Веди, — приказал он экономке. Та с недоверием смотрела на широкие сундучки, которые несли солдаты. Любопытные слуги глазели чуть издали, но ближе не подходили. И правильно, это не для них предназначено. Хотя, в конечном итоге, и для них тоже.

— Айрис болеет? — угадал Дик, уже в доме обнимая обеих младших сестричек.

Ему пришлось задержаться, пока они висли на нём с двух сторон, и хорошо, что матушка этого не видела, удалившись в свои комнаты.

Потом ящики перенесли в кладовку и заперли. Дик бесцеремонно забрал у экономки ключ и спрятал в карман.

— Двое должны остаться здесь и сторожить, — велел он. Шестеро солдат, которые несли ящики, неуверенно переглянулись. Их можно было понять: после тяжёлой дороги заступать на караул не хотелось никому.

— Час, потом сменю, — сжалился Дик и, убедившись, что Хорхе и Вальтер заняли пост, умчался.

Замок давил на него своими низкими сводами, глухими каменными стенами, но Дик с каждой минутой словно перебарывал его, указывал старым камням их место. Так хозяин показывает норовистой лошади, кто на самом деле главный, так усмиряют рычащих псов.

Он заглянул на кухню, где два кэналлийца выкладывали на стол перед обомлевшей кухаркой всяческую снедь, которой, тем не менее, хватило бы ненадолго.

— Что будут подавать?

Кухарка едва не присела, испугавшись его внезапного появления.

— Рагу овощное, тан Ричард, — проговорила она, справившись с собой. Едва не поморщившись, Дик указал на стол:

— Вон там мороженые окорока, изволь их сейчас же разогреть. А в том свёртке, если не ошибаюсь, пироги.

Он поймал взгляд одного из кэналлийцев, Серхио, и неожиданно для самого себя подмигнул в ответ. Впрочем, кого он подбадривал? Самое трудное ещё только начиналось.

— Пост, тан Ричард, — поджала губы кухарка.