Фандом: Изумрудный город. Пережившая множество приключений экспедиция воссоединяется вновь. Прошлому конец. Однако проблем меньше не становится.
Добавить в моё избранное
163 мин, 7 сек 19078
Ис-Кел ведь добросовестно выполнял ваши обязанности? Так вот, составьте список произошедшего в виде: «Вылет Ар-Лоя в район центра страны», разрешение на вылет номер такой-то, «Совещание на уровне командования», приказы такие-то, протокол такой-то. Понятно? Так мы не запутаемся и ничего не упустим. И возьмите себе помощников.
― Это всё чтобы объяснить факты иначе? ― расцвёл Эш. ― Это я могу! Проявим фантазию!
― Вот проявлять фантазию придётся без меня, её у меня всё равно нет.
Втайне Мон-Со боялся, что арзаки напридумывают всяких небылиц, и сердце у него было не на месте, и он решил, что всё же будет за ними присматривать.
― Я пойду, займусь, ― поднялся Эш, вернув ему его прикосновение.
― Отставить, ― приказал Мон-Со. ― Полдня за бумагами сидите, ступайте куда-нибудь, да хоть в лес ягоды собирать.
― Но… ― начал было Эш, но быстро сдался. ― С вами не поспоришь, мой полковник, пойду рыбу ловить.
Позади раздались взволнованные и радостные голоса, и когда на ящики кто-то плюхнулся с другой стороны, Мон-Со наконец отвлёкся от очередной бумаги и обернулся.
― Мы так, ненадолго, ― сказал Дегрис, обращаясь к окружившим его. ― Передохнём немного и пойдём дальше, в долину Марранов, по рассказам генерала, там такой материал, что закачаешься! Сур-Яль вообще незаменим как охранник, тягловая сила и пугало для местных, я-то на его фоне кажусь этим… как они говорят? Одуванчиком! И беллиорцы мне всё и рассказывают. Ну, вы только Сур-Ялю не говорите… Где он? За припасами пошёл?
Мон-Со только покачал головой, слушая болтовню арзаков, и не уходил. Во-первых, его присутствие создавало хоть какую-то иллюзию того, что он не один, во-вторых, было просто интересно.
― На монографию наберётся! ― восхищённо заливался Дегрис. ― Представляете, беллиорцы ещё заключают браки ― в роли государства я пока не разобрался, но это точно общественный публичный договор, а не просто частная жизнь, как у нас…
― А почему беллиорки ходят всегда в домашней одежде? ― спросили Дегриса.
― Я тоже сначала не понял, потом оказалось, что это не домашняя одежда, её носят все женщины, если мужчина такое наденет, его засмеют, ― рассказывал Дегрис. ― У нас из куска ткани, который оборачивали вокруг пояса, пошла домашняя одежда вообще, независимо от пола, у них нет. И у них есть платья ― это когда юбка и кофта вместе… И ещё они часто поминают бога или богов, я ещё не разобрался, надо выяснить, во что они всё-таки верят…
Судя по звуку, Дегрис, устав, откинулся на ящики навзничь.
― Парни, я разорвусь! ― пожаловался он. ― Тут и в лагере столько интересного…
― Например?
Мон-Со по голосу узнал Хонгора.
― Да как ты не понимаешь? Мы находимся в процессе установления новых отношений и разрушения старых ― как разрушения мифа о самих себе, так и разрушения жёсткой иерархии!
«То-то всё летит кувырком, ― мрачно подумал Мон-Со, но без сожаления. ― Обнимать командование ― где это видано?!»
Дегрису быстро пересказали последние новости, чем напомнили Мон-Со заглянуть в ближайший лесок и выкурить оттуда троицу переехавших, не согласных с новыми порядками.
― Остаюсь! ― возопил Дегрис. ― Точно остаюсь! Сур, слышишь, отбой, дались нам эти беллиорцы, когда мы сами хороши!
С последним Мон-Со был согласен.
Он, вспомнив, сразу отправился бы к отщепенцам, но его отвлёк беллиорец Тим. Беллиорцы были ужасно любопытны, быт и обычаи рамерийцев притягивали их так же, как Дегриса и многих других ― обычаи беллиорцев. Глаза Тима так и сияли восхищением, и Мон-Со оно не понравилось. Слишком хорошо он помнил себя и все те глупости, которые делал и которые думал, когда был чуть постарше Тима.
― Не знаю, ― коротко ответил он на невысказанный вопрос.
― Но я ничего не спрашивал! ― изумился Тим.
― Спрашивал, ― поправил Мон-Со, на ходу убирая в планшет порядком надоевшие бумаги. ― И я говорю: не знаю ответа на твой вопрос. Месяц назад я бы загипнотизировал тебя и велел бы прислуживать, две недели назад я бы выдал тебе полное обмундирование и отправил бы на пять кругов вокруг замка, но сейчас я не знаю. Выключи это восхищение нашим обликом, тем, как мы держимся, тем, какие вещи у нас при себе есть, и иди искать свою дорогу. Мне вообще кажется, что ты как-то не так всё понимаешь. Я слышал, на Беллиоре есть понятие мужественности? А у нас ― давно нет, просто каждый человек делает своё дело, вот и всё. Короче говоря, не бери никого себе за образец, вот что я хотел сказать.
Он оставил юношу с этими мыслями и, спросив у тех, кто мог знать, дорогу к месту обитания удалившихся из лагеря, поспешил туда.
Как оказалось, Дегрис успел раньше него, ну и Сур-Яля он, конечно, с собой не взял, потому что идти было недалеко. Подходя к тому месту, откуда тянуло дымком костра, Мон-Со услышал сдавленный крик и бросился бегом.
― Это всё чтобы объяснить факты иначе? ― расцвёл Эш. ― Это я могу! Проявим фантазию!
― Вот проявлять фантазию придётся без меня, её у меня всё равно нет.
Втайне Мон-Со боялся, что арзаки напридумывают всяких небылиц, и сердце у него было не на месте, и он решил, что всё же будет за ними присматривать.
― Я пойду, займусь, ― поднялся Эш, вернув ему его прикосновение.
― Отставить, ― приказал Мон-Со. ― Полдня за бумагами сидите, ступайте куда-нибудь, да хоть в лес ягоды собирать.
― Но… ― начал было Эш, но быстро сдался. ― С вами не поспоришь, мой полковник, пойду рыбу ловить.
Позади раздались взволнованные и радостные голоса, и когда на ящики кто-то плюхнулся с другой стороны, Мон-Со наконец отвлёкся от очередной бумаги и обернулся.
― Мы так, ненадолго, ― сказал Дегрис, обращаясь к окружившим его. ― Передохнём немного и пойдём дальше, в долину Марранов, по рассказам генерала, там такой материал, что закачаешься! Сур-Яль вообще незаменим как охранник, тягловая сила и пугало для местных, я-то на его фоне кажусь этим… как они говорят? Одуванчиком! И беллиорцы мне всё и рассказывают. Ну, вы только Сур-Ялю не говорите… Где он? За припасами пошёл?
Мон-Со только покачал головой, слушая болтовню арзаков, и не уходил. Во-первых, его присутствие создавало хоть какую-то иллюзию того, что он не один, во-вторых, было просто интересно.
― На монографию наберётся! ― восхищённо заливался Дегрис. ― Представляете, беллиорцы ещё заключают браки ― в роли государства я пока не разобрался, но это точно общественный публичный договор, а не просто частная жизнь, как у нас…
― А почему беллиорки ходят всегда в домашней одежде? ― спросили Дегриса.
― Я тоже сначала не понял, потом оказалось, что это не домашняя одежда, её носят все женщины, если мужчина такое наденет, его засмеют, ― рассказывал Дегрис. ― У нас из куска ткани, который оборачивали вокруг пояса, пошла домашняя одежда вообще, независимо от пола, у них нет. И у них есть платья ― это когда юбка и кофта вместе… И ещё они часто поминают бога или богов, я ещё не разобрался, надо выяснить, во что они всё-таки верят…
Судя по звуку, Дегрис, устав, откинулся на ящики навзничь.
― Парни, я разорвусь! ― пожаловался он. ― Тут и в лагере столько интересного…
― Например?
Мон-Со по голосу узнал Хонгора.
― Да как ты не понимаешь? Мы находимся в процессе установления новых отношений и разрушения старых ― как разрушения мифа о самих себе, так и разрушения жёсткой иерархии!
«То-то всё летит кувырком, ― мрачно подумал Мон-Со, но без сожаления. ― Обнимать командование ― где это видано?!»
Дегрису быстро пересказали последние новости, чем напомнили Мон-Со заглянуть в ближайший лесок и выкурить оттуда троицу переехавших, не согласных с новыми порядками.
― Остаюсь! ― возопил Дегрис. ― Точно остаюсь! Сур, слышишь, отбой, дались нам эти беллиорцы, когда мы сами хороши!
С последним Мон-Со был согласен.
Он, вспомнив, сразу отправился бы к отщепенцам, но его отвлёк беллиорец Тим. Беллиорцы были ужасно любопытны, быт и обычаи рамерийцев притягивали их так же, как Дегриса и многих других ― обычаи беллиорцев. Глаза Тима так и сияли восхищением, и Мон-Со оно не понравилось. Слишком хорошо он помнил себя и все те глупости, которые делал и которые думал, когда был чуть постарше Тима.
― Не знаю, ― коротко ответил он на невысказанный вопрос.
― Но я ничего не спрашивал! ― изумился Тим.
― Спрашивал, ― поправил Мон-Со, на ходу убирая в планшет порядком надоевшие бумаги. ― И я говорю: не знаю ответа на твой вопрос. Месяц назад я бы загипнотизировал тебя и велел бы прислуживать, две недели назад я бы выдал тебе полное обмундирование и отправил бы на пять кругов вокруг замка, но сейчас я не знаю. Выключи это восхищение нашим обликом, тем, как мы держимся, тем, какие вещи у нас при себе есть, и иди искать свою дорогу. Мне вообще кажется, что ты как-то не так всё понимаешь. Я слышал, на Беллиоре есть понятие мужественности? А у нас ― давно нет, просто каждый человек делает своё дело, вот и всё. Короче говоря, не бери никого себе за образец, вот что я хотел сказать.
Он оставил юношу с этими мыслями и, спросив у тех, кто мог знать, дорогу к месту обитания удалившихся из лагеря, поспешил туда.
Как оказалось, Дегрис успел раньше него, ну и Сур-Яля он, конечно, с собой не взял, потому что идти было недалеко. Подходя к тому месту, откуда тянуло дымком костра, Мон-Со услышал сдавленный крик и бросился бегом.
Страница 19 из 46
