Долгий рассвет

― Мы тут по большей части все молоды и не обременены своими семьями, ― пояснил Ильсор. Говорить было тяжело. ― Но у Аранта, насколько я знаю, была любимая женщина и двое детей. А теперь он вспомнил об их существовании, понял, что его дети давно выросли без него, любимая ― чья-то рабыня, а он находится от них за семнадцать световых лет. Даже мне не очень уютно.

― Думаете, не стоило? ― вздрогнул Лон-Гор.

― Дело сделано, и потом, я считаю, что своим демонам лучше смотреть в лицо.

Стало настолько плохо, что Ильсор не выдержал и тоже встал.

― Пойду и отыщу его, побуду с ним, ― сказал он.

Пробираясь в темноте всё дальше от голосов и едва-едва дрожащих в ночном воздухе робких напевов, он поражался тому, каким стал двуличным лжецом. Или это всегда в нём было? Оказавшись полудохлой развалиной, он ещё пытался распоряжаться чужими жизнями, хотя на словах провозглашал независимость и свободу каждого. Да и разве ему-то помогла встреча с его демонами? Не лучше ли им было сидеть в подвале и никогда оттуда не вылезать? Эта встреча едва не погубила целую страну, а он продолжал утверждать, что даже на демонов нужно смотреть ясным взором. Он и смотрел ― и получал по рёбрам раз за разом, не в силах себе помочь! Зато теперь вот рвался помогать другим, хоть тому же Аранту. Как будто не мог перестать самоутверждаться за чужой счёт! Сказал, что больше не вождь ― так зачем ломиться через мокрые кусты и звать Аранта, если даже на поддержание собственной жизни едва хватало сил? Чтобы отдать последнее и наконец-то сдохнуть?

― Не ори, ― сказал Арант откуда-то сверху. ― Не глухой, слышу. Полезай сюда.

Конечно, на следующий день работа никак не клеилась. Арзаки, только взявшись за дело, начинали болтать и отвлекались, как будто не могли надышаться и наговориться. Казалось, даже мир вокруг стал немного иным, как признался Солдон, который замирал на половине шага и присматривался к окружающему.

― Это пройдёт, ― лаконично успокоил Лон-Гор Рем-Аша, который и сам с подозрением присматривался к арзакам, и не он один. Пока что в лагере творился тарарам, Ниле пел за работой ― теперь-то было что петь! ― посланные в лес за грибами и ягодами возвращались с пустыми руками и только потом вспоминали, что забыли ёмкости в траве, а многие просто сидели и говорили, говорили, говорили…

― Да ладно вам, у них же шок! ― сказал Нур-Кай, который походил от одной группы к другой, прислушиваясь к разговорам, но, судя по всему, ничего не понял. ― Теперь-то я шок отличаю!

Из всех арзаков молчали, похоже, только Ильсор и Кертри. Первый сидел в стороне, кусая травинку, и, закрыв глаза, прислушивался к тому, что творилось вокруг, а второй сосредоточенно вырезал флейту из тростника.

― Я когда-то умел, ― строго сказал он, увидев, что Лон-Гор остановился рядом, с любопытством наблюдая. ― Только сейчас забыл уже всё.

Было понятно: делает просто так, в надежде, что умение вернётся.

― А вы вспомните, ― без задней мысли подбодрил Лон-Гор, и только потом сообразил, что наделал ― приказал, глядя в глаза! Он, не думая, вскинул руку, чтобы защитить Кертри от своего взгляда.

― Простите, я не хотел! ― воскликнул он. Вина навалилась снова, напомнила о себе.

― Да ладно вам, ― спокойно ответил Кертри. ― Я же с изумрудом. И потом, вспомнил уже.

― Я тоже с изумрудом, ― ответил Лон-Гор. Говорить было тяжело, хотя их разговор, кажется, никто не слышал. ― Ещё раз простите.

― Вам-то зачем изумруд? ― поразился Кертри.

― Боюсь сорваться, ― признался Лон-Гор. ― Вот как сейчас. Сами видите.

Кертри посмотрел, и смотрел долго, Лон-Гор уже начал нервничать, сам теряясь под его взглядом.

― Вас никто не осудит, если вы не желаете нам зла, ― сказал наконец Кертри. ― И помните наш разговор в лесу? Я что-то не верю, что и это тоже всё.

― В каком смысле?

― За вашей виной есть что-то ещё, ― охотно поделился Кертри и тут же поднял руку ладонью вверх. ― Нет, я туда не полезу без вашего разрешения.

― Спасибо, ― поблагодарил Лон-Гор и ушёл. Сил отрицать не было, да он и понимал, как лживо это прозвучит.

― Какие перед нами стоят задачи? ― спросил Урфин. Гуамоко на его плече приоткрыл один глаз, но в общем притворялся, что спит.

― Добывать изумруды, ― первым ответил Мон-Со.

Совещание было стихийным, да и не совещание вовсе, а так, разговор.

Эш, который в последнее время ходил за комэском хвостом (наверное, тоже нашёл родственную душу), открыл блокнот и записал по привычке всё протоколировать.

― Это хорошо, ― сказал Урфин. Он задумался и так и стоял в дверях кухни. ― А ещё?

― Топография, ― подсказал Идер. ― И вообще изучение всего, что тут есть. Геологов вон опять куда-то унесло.

― Не унесло, а я отвёз к северным горам, ― строго сказал Кау-Рук.

― В журнал полётов записал?