Сумрачный лес

— Рея, девочка моя, скажи, это ты сделала? — старик повернулся к девушке.

— Я не знаю. Простите меня, я ничего не помню!

— Ты главное не волнуйся, я тебе верю, — он держал себя в руках, ведь знал, что очередной припадок сейчас будет очень некстати. — Как моя дочь?

— Потеряла много крови, но мы наложили повязки. Пульс слабый, но прощупывается.

— Хорошо. Приберите здесь все, а я вызову врача, — старик встал и, опираясь о стенку, покинул кухню.

— Это я виновата, я виновата, — Рея снова заплакала. Так тяжело было слушать этот вой. Ее колотило и с дрожью справляться совсем не получалось.

— Нет, ты не виновата. Просто так получилось, — Казанова вытер руками ее слезы. — Посиди здесь, а я схожу в ванную за мокрым полотенцем. Хорошо?

Девушка кивнула. Как только Оффендер скрылся в другой части дома, Рея подскочила так, что свалила стул и выбежала.

— Мне не спастись! Я так больше не могу! — с криками она неслась по лестнице.

Братья слышали грохот двери.

— Оффендер, быстрее! — Трендер понимал, что явно не помолиться она побежала.

Мужчина услышал зов и рванул на второй этаж. Когда он оказался в единственной комнате с открытой дверью, то понял, до чего все плохо.

Окно распахнуто, а в помещении никого. Он пересекает расстояние в несколько шагов и оказывается у подоконника. Наклоняется и видит, что Рея неподвижно лежит на кучках травы лицом в землю.

— Рея!

Помолитесь о несчастной

Почему-то вижу себя со стороны. Мое тело на куче травы, тускло светит фонарь. Под головой кровь. Отец Айсис выбегает из дома, за ним Оффендер и братья. Они аккуратно переворачивают меня. Становится страшно. Вмятина на лбу, с носом что-то непонятное, кожа на щеке и лбу будто потрескалась. Я мертва? Неужели я мертва? Боже, неужели? Быть того не может, я не верю. Это все слишком странно и никак не похоже на правду. Вероятно, скоро все прояснится. Да, точно, так и будет. Возможно, нужно позвать их или коснуться руки. Просто подать знак, обратить на себя внимание.

Девушка встала с колен и неуверенно подошла к Оффендеру. Она смотрела на его встревоженное лицо. Казалось, что сейчас на нем отражались все эмоции разом. Столько переживания и боли в выражении, столько волнения в резких движениях. Он совсем не похож на себя.

— Оффендер, я здесь, что происходит? Ты слышишь меня? — Рея коснулась его руки. В ответ никакой реакции, словно так и должно быть. — Что-то мне это уже не нравится. Оффендер! Я здесь, посмотри на меня, — и снова реакция неизменна. — Оффендер, помоги мне!

Несколько минут были убиты в попытках хоть как-то достучаться до мужчины. Что с ней происходит, почему никто не видит и не слышит ее? Неужели она действительно умерла? Теперь никто не сможет ей помочь, никто не сможет привести в чувство? Почему, почему так происходит? Она свое отжила? Она свое отмучилась? Хотя чего-чего, а вот мучений на ее долю выпало сполна, а она стояла до последнего. Стояла-стояла, да не выстояла.

Рея начинала паниковать и потихоньку осознавать, что происходящее вовсе не шуточки. Видать, она и вправду погибла.

— Я не верю, я в это просто не верю. Теперь они не достанут меня. Все кончено. Неужели все кончено?

— Врач скоро подъедет. Не разводим панику, — старик рассматривал рану на лбу девушки.

— Я не могу прощупать пульс, — Трендер поднял голову и посмотрел на Оффендера.

— Она не может умереть. Она не имеет на это право!

— Ты видел, как она шибанулась? Как плашмя летела, так и шлепнулась. У нее серьезная травма. Не факт, что врачи смогут ей помочь.

— Я даже слышать об этом ничего не хочу. Где Сплендор?

— Остался с Айсис.

— Что за напасть такая? Почему именно сейчас? Совсем скоро все обещало наладиться. Нам нужно было всего-то до утра спокойно дожить!

— Не уследили. Просто не уследили. Оффендер, только ты тут еще буйствовать не начинай, — модник держал девушку за руку. — Тебя нам только не хватало.

— Я не уследил. А должен был. Из-за меня сейчас она лежит здесь, — по телу прошла какая-то странная дрожь. От кисти и вверх по руке. Холод. Необычное ощущение.

— Ты отошел за полотенцем. И все. Перестань драматизировать.

— Я ведь могу помочь ей, — мужчина хотел присесть рядом, но встретил отпор брата.

— Ты не сделаешь этого. Иначе мы никогда не сможем оставить ее.

— Если она не выживет, какой в этом смысл?

— Значит, так должно быть. Но это не твоя вина.

— Я не понимаю тебя. Не хочу и не могу понять, — он пошел в сторону леса.

— Побудьте с ней, пожалуйста, — Трендер обратился к старику, — мне нужно с ним поговорить.

— Да, конечно, вбей в голову своего брата, что он ни в чем не виноват.

— Постараюсь.

Модник спешно направился за дом и увидел так стремительно покинувшего его собеседника на старенькой лавочке между деревьев.