Доживем до понедельника

7. Суббота. Вечер

Грегори Александр Лим, единственный сын маггла Александра Лима из Лондона и ведьмы из древнего шотландского рода Кэтрин Бейли, с ранних лет был уверен, что заслуживает звания Человека-невидимки куда больше, чем литературный персонаж. У него не было яркой внешности, выдающихся способностей к квиддичу, влиятельных родителей или шрама на лбу. Многие однокурсники до сих пор не знали его фамилии, не говоря уже об имени, а преподаватели вспоминали, только если нужно было переставить пару шкафов.

Правда, последние три года его вполне устраивала такая ситуация. Грегори Лим, помимо своей незаметности, развил в себе уникальную способность — быть тенью Люси Малфой, по возможности решая ее проблемы быстрее, чем она вообще их замечала.

Люси понравилась ему с первой встречи, еще на вокзале, однако ее отстраненно-высокомерная холодность, а также наказание девочки старостой не дали тихому и ничем не выдающемуся Лиму ни малейших шансов на сближение. Всю дорогу в Хогвартс Люси просидела в отдельном купе под присмотром одной из старшекурсниц, а Грег так ни с кем и не познакомился, будучи слишком занятым мыслями о светловолосой зазнайке.

Весь первый курс Лим старался так или иначе быть рядом с девочкой, садился позади нее на всех занятиях, но добился лишь снисходительного подзатыльника от Драко: «Оставь мою сестру в покое, неудачник!» Люси этого даже не заметила, как и того, что во время ее распределения Грегори сидел как на иголках, надеясь, что не допустил ошибку, попросив Шляпу отправить его на Слизерин.

Шляпа считала, что Лиму самое место в Хаффлпаффе. И что-то сказала про Седрика Диггори.

В общем, жизнь Грегори Лима могла бы стать весьма и весьма жалкой, но в один далеко не прекрасный день декан его факультета Северус Снейп убил директора Хогвартса Альбуса Дамблдора. Многие уехали из школы сразу же после «визита» Упивающихся смертью, но Люси осталась, несмотря на то, что иметь фамилию Малфой становилось все опаснее с каждым днем. На похоронах Лим стал рядом с девочкой, потому что… Просто потому, что привык к этому за девять учебных месяцев.

Неожиданно для себя Грегори почувствовал отчаяние Люси.

Кожей ощутил ее одиночество и неприкаянность.

Ее тоску по нормальной жизни.

Когда он набрался смелости, чтобы взять ее за руку, то был готов, в общем-то, ко всему. Но не к тому, что на последующие три года Люсильда Амалия Малфой запишет Человека-невидимку в лучшие друзья.

Из Франции она писала только ему, но Грег ни капли не обольщался: у Люси не было друзей, а с родственниками безопаснее было не общаться. Она присылала ему короткие сообщения из нескольких строк на маггловской бумаге для записей, но он хранил их все, таская с собой повсюду. Во время одной из тренировок факультетской команды по квиддичу — куда он все-таки вошел, пусть и запасным вратарем, — его приятель Майкл Дафнер заметил пачку листов, перехваченных канцелярской резинкой, и долго шутил, что подружка Лима — тайная любительница грязнокровок, раз присылает послания на маггловской бумаге… Тогда Лим только криво усмехнулся. От слова «подружка», от слепой уверенности большинства товарищей по факультету, что все слизеринцы — чистокровные, от понимания, что никто не поверит, если он скажет, кто является автором писем, у него ключом било злое веселье.

Люси писала о том, что с ней все в порядке, о матери, спрашивала об обстановке в Хогвартсе. Лишь однажды в ее письме прозвучала тревога о самом Грегори, и это было самое длинное ее послание, растянувшееся на целых четыре листочка. Случайно услышав разговор матери с Люциусом о репрессиях в отношении полукровок и магглорожденных, Люси вдруг поняла, что совершенно не знает Грега. Она заполнила четыре листа разными вариациями вопроса «Ты магглорожденный?», не слишком умело закамуфлировав свой интерес к нему рассказом о погоде и трудностях с Зельеварением.

Грегори позволил себе пару минут злорадства: сам-то он знал о подруге практически все. Но на самом деле ему было очень горько осознавать, что Малфой до сих пор совершенно им не интересовалась.

«Ты же невидимка, не забывай об этом!» — сказал себе Грег, старательно сочинив ответ, полный лжи: Люси совсем ни к чему было знать, что ее единственный друг был одним из тех, от кого Волдеморт желал очистить мир. До сих пор Лима спасала лишь его суперспособность быть незаметным, которая оберегала от наказаний Кэрроу и жестокости старшекурсников собственного факультета. Однако и он пару раз попал на отработку к Амикусу и Алекто, отказавшись практиковать Круциатус на первокурсниках из Гриффиндора и получив в результате бесценный опыт сопротивления адской боли, приносимой этим Непростительным.

Сосредоточившись на мысли, что Люси он интересует исключительно как источник информации о происходящем в стране и Хогвартсе, Грег оказался совершенно не готов получить от нее в подарок на Рождество книгу Герберта Уэллса «Человек-невидимка».