Доживем до понедельника

— круглые глазки главы попечительского совета цепко оглядывали учителей, не успевших покинуть зал перед его приходом. — А кроме того, я попрошу пройти с нами вот эту милую девушку, — кивком головы указал он на Гермиону.

От неожиданности Грейнджер поперхнулась кофе. «Милой девушкой» ее в последний раз называли не то на пятом, не то на шестом курсе.

— Вы имеете в виду профессора Грейнджер? — голосом Минервы воду можно было замораживать.

— Я имею в виду профессора Гермиону Джин Грейнджер-Уизли, — мерзко ухмыльнулся Бредли. — А еще меня очень интересует Упивающийся смертью Северус Снейп.

Преподаватель Зельеварения резко встал, отчетливо скрипнув зубами.

— Профессор Северус Тобиас Снейп, — сухо сказал он. — К вашим услугам.

У Гермионы снова закружилась голова, она на мгновение прикрыла глаза. Может быть, она еще не проснулась? Что за бред несет этот чертов Бредли?!

— Пройдемте в мой кабинет, мистер Бредли, — с нажимом повторила МакГонагалл. — Если вам понадобится кто-то еще, мы вызовем его прямо туда.

Мужчина сделал вид, будто не услышал второй части речи директора, и обернулся к столу Слизерина.

— Еще мне нужны два студента: мисс Люсильда Малфой и мистер Грегори Лим.

— Их здесь нет, — тихо сказал Коннор, впервые осмелившись подать голос.

— Приведите их в кабинет директора, Джон, — снисходительно бросил Бредли.

Чувствуя себя государственными преступниками, не больше, не меньше, преподаватели двинулись к двери в сопровождении авроров.

— Гермиона, Северус, если вам есть что мне рассказать, лучше сделать это сейчас, — вполголоса произнесла Минерва, незаметно от конвоя набрасывая Покрывало Тишины.

Грейнджер исподлобья взглянула на преподавателя Зелий. Он был бледнее обычного, хотя это казалось невозможным.

— Вы все знаете, директор, — пробормотала Грейнджер. — В наказание за боггарта я выставила Люси Малфой из класса. На следующий день пятый курс Слизерина не явился на мой урок. Я нашла их, отчитала. Мы договорились о дополнительном занятии в субботу взамен двух сорванных. Профессор Снейп, как декан и заместитель директора, был в курсе. Занятие прошло нормально.

Минерва покачала головой.

— Слишком мелко. Ради этого глава попечительского совета не примчится в Хогвартс воскресным утром, чтобы мной командовать. После занятия вы проводили учеников в замок?

— Нет, я пошла искать растение… Невилл просил, — голос Гермионы задрожал.

— Мы пошли, — поправил профессор Снейп непривычно хрипло.

— Что было потом? Быстрее, мы почти пришли!

Грейнджер наморщила лоб, пытаясь вспомнить, но в голове всплывали лишь обрывки ее дурацкого сна.

— Я не помню… — растерянно ответила девушка.

— Вы не помните?! — Минерва МакГонагалл от возмущения сбилась с шага.

— Это я виноват, — вмешался Снейп. По его виду можно было предположить, что он собирается сообщить нечто чрезвычайно важное. — Я…

— Поздно, — перебила Гермиона. — Пришли.

В кабинете директора почти ничего не изменилось, лишь порядка стало больше. Один за другим обитатели замка и нежданные утренние посетители рассаживались в кресла.

— О, добрый день! — обрадованно воскликнул директор, изображенный на крайнем слева портрете. Его имени Гермиона не помнила. — Нужно найти Альбуса, он очень любит гостей!

— Лимонную дольку? — предложила Минерва, ухмыляясь уголком рта. Казалось, в кабинете ей стало спокойнее, словно поговорка о том, что в родном доме и стены помогают, распространялась и на кабинеты директоров.

Лицо мистера Бредли перекосилось. Он брезгливо отодвинул предложенную вазочку со сладостями подальше от себя. Грейнджер с трудом подавила неуместный смешок.

— Доббс! — окрикнул глава совета одного из авроров, усаживаясь в мягкое кресло у директорского стола. — Будете писать протокол.

— Да, сэр! — мужчина с готовностью достал планшет и перо.

Минерва МакГонагалл села за стол и сложила руки на груди, словно призывая саму себя к терпению:

— Может, сперва обсудим суть дела, мистер Бредли?

Толстяк тяжело плюхнулся в кресло и злобно глянул на директора:

— Что обсуждать, Минерва? Я требую отстранить этого, — пренебрежительный взмах рукой в сторону Северуса, обосновавшегося на стуле в дальнем углу кабинета, — от работы в Хогвартсе. За грубое нарушение Устава школы.

Гермиона непроизвольно закатила глаза. Бредли сказал последнюю фразу настолько высокопарно-пафосным тоном, что преподавательнице Чар стало дурно. Ни на МакГонагалл, ни на Снейпа она не смотрела, поэтому их реакция на данное заявление осталась для Грейнджер неизвестной.

Устав Хогвартса был экспериментом одного из директоров, попыткой привести к единому знаменателю все школьные правила. В принципе, идея была неплохой, однако исполнение, как всегда, оставило желать лучшего.