Фандом: Изумрудный город. Менвит-зоолог Эль-Сун отправляется в автономную экспедицию к Большой реке изучать беллиорских крокодилов. В качестве связиста и помощника он арендует у начальника связи «Диавоны» Ра-Хора его личного раба и ассистента Лана. Что ожидает пришельцев — избранника и раба в лесах Гудвинии? Ведь пока они изучают местное зверьё, в Ранавире грядут нашествие мышей, Дни Безумия вещей и прочие«приятные» события канона!
Добавить в моё избранное
274 мин, 43 сек 11718
— Я о многом думаю, как мой господин, это верно, — не стал отрицать арзак. Он чуть поморщился от боли и вдруг поднял взгляд и упёрся им в «третий глаз» менвита. Лицо его было серьёзным и грустным, без малейшего следа подобострастия и желания вывернуться. — Но вот по поводу сочинений господина генерала… Что я могу поделать, если это — правда, видная даже… рабам? Я уже не говорю о том, что и… многие господа избранники, кажется, думают так же…
— Откуда, во имя всех пустынных духов, ты взялся — такой честный и откровенный? — вдруг брякнул Эль-Сун, изумлённый речами раба. И ведь сейчас тот был уже не под гипнозом, и, тем не менее, продолжал резать правду-матку!
— Из башни связистов в Ранавире, господин, — с готовностью откликнулся арзак. — Я — раб господина Ра-Хора, начальника свя…
— Издеваешься? — почти промурлыкал зоолог, опасно сверкнув глазами.
— Нет, господин! Нет, как я могу?
Кажется, раб испугался. Его тело сотрясла крупная дрожь, и он вдруг схватил руку менвита, с жаром поцеловал и прижался к ней щекой. Эль хотел было брезгливо оттолкнуть его, но… и в этом типично рабском жесте он почему-то снова не уловил ни малейшей капли подобострастия и жалкого низкопоклонства! С точностью до абсурда арзак сейчас был крайне искренен и, кажется, не на шутку расстроен тем, что своими выходками вызвал гнев у избранника!
— Я всего лишь ответил на ваш вопрос, господин… — прерывисто прошептал раб, продолжая сжимать ладонь менвита и прижиматься к ней щекой. — Если желаете — накажите меня. Думаю, мой господин не станет сердиться на это. А я… я — глупый проблемный раб, не умеющий следить за своим языком… Мне очень стыдно, господин, что я послужил причиной вашего гнева! Ведь я обещал не доставлять вам проблем… Накажите меня, как сочтёте нужным, но умоляю: не гневайтесь из-за глупого раба!
Выражение «Глупый раб» звучало из уст Лана не самоуничижением, а спокойной и чуть ли не привычной констатацией факта.
«Ты не глупый!» — вдруг подумалось Эль-Суну, впечатлённому этим страстным монологом и эмоциями, которые его окрашивали, — Ты просто очень… правдивый. Даже без гипноза. То ли от природы, то ли выдрессировали тебя так… на твою же дурную голову! Правдивый и… на редкость прямодушный, без притворства… Во имя всех пустынных духов, где этот Ра-Хор тебя откопал? И, главное — почему разрешил испытывать эмоции? Тут и свободному-то с такими замашками не выжить, а ведь ты — раб«…»
Злиться как-то сразу расхотелось. Он запустил свободную руку в волосы арзака и несколько раз медленно пропустил сквозь пальцы густые пряди. Заметив на щеке одинокую слезинку, неторопливо стёр её сгибом мизинца. Раб вздрогнул, замер и затаил дыхание, кусая губы.
— Ступай в палатку! — ровным голосом приказал ему менвит. И в следующий миг вдруг рассмеялся, разряжая обстановку:
— Демон с ними, с этими генералами и ёжиками! Пусть хоть оборутся! А нам спать надо! Утром переносим лагерь! Наши крокодильчики, поди, по нам уже соскучились!
— Когда я был ещё зелёным новобранцем, — развеселился Ра-Хор, слушая по рации рычание дерущихся крокодилов, — примерно так же орал наш командир роты, когда был чем-то недоволен! А ежиные вопли очень похожи на то, как верещит дочка моего соседа, когда охламон братец суёт ей за шиворот лягушку или мыша… Лан, ну ты слышал! — арзак машинально кивнул, забыв, что хозяин не может увидеть его жеста, и подавил смешок, — Кстати, о мышах: вы правильно решили пока задержаться — генерал всё ещё вне себя от потери своей рукописи. И лишние напоминания о беллиорских чудовищах ему сейчас как серпом по… — радист закашлялся, — по гербарию!
— Ну причём тут генеральская рукопись? — осторожно возразил зоолог, начиная подозревать, что идею с аудио-иллюстрированием оного опуса просёк не только Лан, но и его хозяин.
— Да я тут подумал, что для вас она была отличным поводом смотаться в эту автономку! — хмыкнул проницательный начальник связи. — Иначе не видать бы вам ни разрешения генерала, ни вертолёта. А то мы не знаем Баан-Ну?
— Он что, всему Ранавиру это уже раззвонил? Что к его нетленке будут приложены… эээ… записки натуралиста?
— Ну что вы! — Ра-Хор засмеялся, — Даже если бы и хотел, то просто не успел это сделать! Так что можете быть спокойны. И… я так понимаю, ваши полевые записи всё равно не пропадут?
— Естественно! Неужели вы думаете, что я тут кормлю местных комаров ради прославления генерала и его опуса?
— Откуда, во имя всех пустынных духов, ты взялся — такой честный и откровенный? — вдруг брякнул Эль-Сун, изумлённый речами раба. И ведь сейчас тот был уже не под гипнозом, и, тем не менее, продолжал резать правду-матку!
— Из башни связистов в Ранавире, господин, — с готовностью откликнулся арзак. — Я — раб господина Ра-Хора, начальника свя…
— Издеваешься? — почти промурлыкал зоолог, опасно сверкнув глазами.
— Нет, господин! Нет, как я могу?
Кажется, раб испугался. Его тело сотрясла крупная дрожь, и он вдруг схватил руку менвита, с жаром поцеловал и прижался к ней щекой. Эль хотел было брезгливо оттолкнуть его, но… и в этом типично рабском жесте он почему-то снова не уловил ни малейшей капли подобострастия и жалкого низкопоклонства! С точностью до абсурда арзак сейчас был крайне искренен и, кажется, не на шутку расстроен тем, что своими выходками вызвал гнев у избранника!
— Я всего лишь ответил на ваш вопрос, господин… — прерывисто прошептал раб, продолжая сжимать ладонь менвита и прижиматься к ней щекой. — Если желаете — накажите меня. Думаю, мой господин не станет сердиться на это. А я… я — глупый проблемный раб, не умеющий следить за своим языком… Мне очень стыдно, господин, что я послужил причиной вашего гнева! Ведь я обещал не доставлять вам проблем… Накажите меня, как сочтёте нужным, но умоляю: не гневайтесь из-за глупого раба!
Выражение «Глупый раб» звучало из уст Лана не самоуничижением, а спокойной и чуть ли не привычной констатацией факта.
«Ты не глупый!» — вдруг подумалось Эль-Суну, впечатлённому этим страстным монологом и эмоциями, которые его окрашивали, — Ты просто очень… правдивый. Даже без гипноза. То ли от природы, то ли выдрессировали тебя так… на твою же дурную голову! Правдивый и… на редкость прямодушный, без притворства… Во имя всех пустынных духов, где этот Ра-Хор тебя откопал? И, главное — почему разрешил испытывать эмоции? Тут и свободному-то с такими замашками не выжить, а ведь ты — раб«…»
Злиться как-то сразу расхотелось. Он запустил свободную руку в волосы арзака и несколько раз медленно пропустил сквозь пальцы густые пряди. Заметив на щеке одинокую слезинку, неторопливо стёр её сгибом мизинца. Раб вздрогнул, замер и затаил дыхание, кусая губы.
— Ступай в палатку! — ровным голосом приказал ему менвит. И в следующий миг вдруг рассмеялся, разряжая обстановку:
— Демон с ними, с этими генералами и ёжиками! Пусть хоть оборутся! А нам спать надо! Утром переносим лагерь! Наши крокодильчики, поди, по нам уже соскучились!
7. «А ещё говорят, что крокодилы не летают»…
Следующий день прошёл без происшествий и, можно даже сказать, пасторально. Эль-Сун и Лан перенесли лагерь ближе к реке и вскоре уже занимались на берегу постройкой шалаша для наблюдения за крокодилами с близкого расстояния. В полдень благополучно связались с базой и пообщались со скучающим без своего ассистента Ра-Хором. Между прочим рассказали ему о визите в лагерь суровых беллиорских ёжиков и ради наглядного примера прокрутили аудиозаписи.— Когда я был ещё зелёным новобранцем, — развеселился Ра-Хор, слушая по рации рычание дерущихся крокодилов, — примерно так же орал наш командир роты, когда был чем-то недоволен! А ежиные вопли очень похожи на то, как верещит дочка моего соседа, когда охламон братец суёт ей за шиворот лягушку или мыша… Лан, ну ты слышал! — арзак машинально кивнул, забыв, что хозяин не может увидеть его жеста, и подавил смешок, — Кстати, о мышах: вы правильно решили пока задержаться — генерал всё ещё вне себя от потери своей рукописи. И лишние напоминания о беллиорских чудовищах ему сейчас как серпом по… — радист закашлялся, — по гербарию!
— Ну причём тут генеральская рукопись? — осторожно возразил зоолог, начиная подозревать, что идею с аудио-иллюстрированием оного опуса просёк не только Лан, но и его хозяин.
— Да я тут подумал, что для вас она была отличным поводом смотаться в эту автономку! — хмыкнул проницательный начальник связи. — Иначе не видать бы вам ни разрешения генерала, ни вертолёта. А то мы не знаем Баан-Ну?
— Он что, всему Ранавиру это уже раззвонил? Что к его нетленке будут приложены… эээ… записки натуралиста?
— Ну что вы! — Ра-Хор засмеялся, — Даже если бы и хотел, то просто не успел это сделать! Так что можете быть спокойны. И… я так понимаю, ваши полевые записи всё равно не пропадут?
— Естественно! Неужели вы думаете, что я тут кормлю местных комаров ради прославления генерала и его опуса?
Страница 22 из 79
