Фандом: Изумрудный город. Менвит-зоолог Эль-Сун отправляется в автономную экспедицию к Большой реке изучать беллиорских крокодилов. В качестве связиста и помощника он арендует у начальника связи «Диавоны» Ра-Хора его личного раба и ассистента Лана. Что ожидает пришельцев — избранника и раба в лесах Гудвинии? Ведь пока они изучают местное зверьё, в Ранавире грядут нашествие мышей, Дни Безумия вещей и прочие«приятные» события канона!
Добавить в моё избранное
274 мин, 43 сек 11749
Надо убедить его отменить приказ. Ведь это же сущее безумие — разрушать такую красоту! Кроме того, местные жители на редкость миролюбивы, и я просто не представляю…
— Поздно… — остановил его тираду голос связиста, и Элю показалось, что в нём мелькнуло сожаление. — Эскадрилья уже на подлёте к городу. И, кроме того, Эль… Приказ исходит не от Баан-Ну. Вы спросили меня, что на него нашло — так вот, «нашла» на него очередная полученная лиограмма с Рамерии. Там очень недовольны тем, что генерал медлит с решительными действиями против беллиорцев. И, насколько я понял по реакции генерала на лиограмму, верховный главнокомандующий так надрал хвост нашему фантасту, что у того тут же взыграло ретивое… О результате вы уже знаете. И, поскольку приказ идёт свыше, отменять его — не в полномочиях Баан-Ну.
— Чтоб ему облысеть во всех местах! — яростно прошипел Эль, стискивая кулаки.
Теперь все части мозаики сложились в понятную картину. Да, приказ разрушить столицу Гудвинии — не инициатива самого Баан-Ну, а приказ вышестоящей инстанции, имя которой — военный министр Тор-Лан. Точнее, наверняка в приказе не было конкретики — пресловутую конкретику мог придумать и сам генерал, мозгов бы на это после начальственного вздрюча у него хватило. Но без этого самого вздрюча он бы вряд ли стал предпринимать что-то уж настолько неожиданно-экстремальное. Тянул бы до последнего… пока не попала ему под хвост вожжа. Начальственная вожжа!
А ещё, вдруг подумалось Элю (и эта мысль заставила его содрогнуться), военный министр никогда не принимал никаких решений, не обсудив их с Верховным Правителем. А это означало то, что к готовящейся бомбёжке Изумрудного города был напрямую причастен и Гван-Ло.
«О, Иш-Йавар справедливый! — в отчаянии воззвал менвит, вдруг очень ярко и пронзительно ощутив собственное бессилие как-то изменить ситуацию. — Если бы я только мог повлиять на решение дядюшки, оспорить его… Но Баан-Ну не станет слушать опального родича Верховного, который, к тому же, ещё и не военный»…
Эль-Сун выругался сквозь зубы и поймал на себе внимательный взгляд Лана. Раб смотрел на него с удивлением, тревогой и сочувствием. Вокруг них стояли притихшие беллиорцы и тоже внимали всему, что происходило на их глазах.
Менвит скрипнул зубами. Хватит. Надоело. Пора вносить ясность.
— Приказ о начале боевых действий отдал начальнику экспедиции Верховный Правитель нашей планеты, — громко, ни на кого не глядя, обронил он в пространство. — Так уж получилось, что я — его родич (при этих словах глаза Лана расширились от изумления и некоторого испуга). Правда, опальный и не имеющий никакого влияния. Меня никто не станет слушать, но… Я попробую сделать всё, что возможно… Попробую…
— С кем это вы там говорите, Эль-Сун? — поинтересовался Ра-Хор, о котором зоолог уже успел забыть.
— С беллиорцами. Жителями деревни, которые… приютили нас. Представьте себе, они тут переживают за судьбу своих соплеменников и их города! — злой и горький сарказм так и сочился из слов Эля. — Ра-Хор, я всё же прошу вас связать меня с Баан-Ну. Остальное — уже моя забота.
— Может вы и правы… — задумчиво откликнулся начальник связи. — Этот приказ тут многим не по душе. Но генерал задурил вертолётчикам головы обещаниями богатых трофеев после разрушения и взятия города… Надо признаться, он умеет пускать пыль в глаза… Попытайтесь переубедить его, Эль. Переключаю вас.
Послышался щелчок центрального коммутатора, рация снова зашипела, затрещала помехами и вдруг выдала:
— … Ак, уходи! Уходи! У тебя двое на хвосте!
— Не вижу их!
— Заходят снизу! Держись, Ак!
— О, Небо, какие же они огромные!
— Сой-Лер, НАЗАД, назад, твою мать!
— Но, господин капитан, они…
— Отставить! Вернуться в строй!
— Но они же Ака раздолбают! Аааааа!
— … М-мать! Парни, Близнецов сбили!
— Чёртовы птицы, чтоб им облысеть! Нор, стреляй же, стреляй!
…
…
На площади беллиорской деревушки воцарилась гробовая тишина, посреди которой с какой-то особой, бьющей по ушам и мозгам невыносимой чёткостью раздавалась из динамика рации какофония и разноголосица боя.
— … Тар, орёл сзади!
— О, Небо, я сбит, я сбит!…
— Тар!
…
…
— Птицы? — медленно переспросил Эль-Сун, делая поспешный знак Лану, чтобы не вздумал выключать аппарат. — Огромные орлы?
Он припомнил некоторые фотографии и рассказы пилотов-разведчиков. Да, водятся тут такие орлы…
— Но почему они вмешались? Почему вступили в сражение с вертолётами? Их что, дрессировали, как боевых птиц?
Реньено, к которому был обращён этот вопрос, помедлил, пожевал губами и, наконец, ответил:
— Орлы, живущие в Кругосветных горах, никому из людей не подчиняются. И в их дела обычно не вмешиваются.
— Тогда почему же?
— Поздно… — остановил его тираду голос связиста, и Элю показалось, что в нём мелькнуло сожаление. — Эскадрилья уже на подлёте к городу. И, кроме того, Эль… Приказ исходит не от Баан-Ну. Вы спросили меня, что на него нашло — так вот, «нашла» на него очередная полученная лиограмма с Рамерии. Там очень недовольны тем, что генерал медлит с решительными действиями против беллиорцев. И, насколько я понял по реакции генерала на лиограмму, верховный главнокомандующий так надрал хвост нашему фантасту, что у того тут же взыграло ретивое… О результате вы уже знаете. И, поскольку приказ идёт свыше, отменять его — не в полномочиях Баан-Ну.
— Чтоб ему облысеть во всех местах! — яростно прошипел Эль, стискивая кулаки.
Теперь все части мозаики сложились в понятную картину. Да, приказ разрушить столицу Гудвинии — не инициатива самого Баан-Ну, а приказ вышестоящей инстанции, имя которой — военный министр Тор-Лан. Точнее, наверняка в приказе не было конкретики — пресловутую конкретику мог придумать и сам генерал, мозгов бы на это после начальственного вздрюча у него хватило. Но без этого самого вздрюча он бы вряд ли стал предпринимать что-то уж настолько неожиданно-экстремальное. Тянул бы до последнего… пока не попала ему под хвост вожжа. Начальственная вожжа!
А ещё, вдруг подумалось Элю (и эта мысль заставила его содрогнуться), военный министр никогда не принимал никаких решений, не обсудив их с Верховным Правителем. А это означало то, что к готовящейся бомбёжке Изумрудного города был напрямую причастен и Гван-Ло.
«О, Иш-Йавар справедливый! — в отчаянии воззвал менвит, вдруг очень ярко и пронзительно ощутив собственное бессилие как-то изменить ситуацию. — Если бы я только мог повлиять на решение дядюшки, оспорить его… Но Баан-Ну не станет слушать опального родича Верховного, который, к тому же, ещё и не военный»…
Эль-Сун выругался сквозь зубы и поймал на себе внимательный взгляд Лана. Раб смотрел на него с удивлением, тревогой и сочувствием. Вокруг них стояли притихшие беллиорцы и тоже внимали всему, что происходило на их глазах.
Менвит скрипнул зубами. Хватит. Надоело. Пора вносить ясность.
— Приказ о начале боевых действий отдал начальнику экспедиции Верховный Правитель нашей планеты, — громко, ни на кого не глядя, обронил он в пространство. — Так уж получилось, что я — его родич (при этих словах глаза Лана расширились от изумления и некоторого испуга). Правда, опальный и не имеющий никакого влияния. Меня никто не станет слушать, но… Я попробую сделать всё, что возможно… Попробую…
— С кем это вы там говорите, Эль-Сун? — поинтересовался Ра-Хор, о котором зоолог уже успел забыть.
— С беллиорцами. Жителями деревни, которые… приютили нас. Представьте себе, они тут переживают за судьбу своих соплеменников и их города! — злой и горький сарказм так и сочился из слов Эля. — Ра-Хор, я всё же прошу вас связать меня с Баан-Ну. Остальное — уже моя забота.
— Может вы и правы… — задумчиво откликнулся начальник связи. — Этот приказ тут многим не по душе. Но генерал задурил вертолётчикам головы обещаниями богатых трофеев после разрушения и взятия города… Надо признаться, он умеет пускать пыль в глаза… Попытайтесь переубедить его, Эль. Переключаю вас.
Послышался щелчок центрального коммутатора, рация снова зашипела, затрещала помехами и вдруг выдала:
— … Ак, уходи! Уходи! У тебя двое на хвосте!
— Не вижу их!
— Заходят снизу! Держись, Ак!
— О, Небо, какие же они огромные!
— Сой-Лер, НАЗАД, назад, твою мать!
— Но, господин капитан, они…
— Отставить! Вернуться в строй!
— Но они же Ака раздолбают! Аааааа!
— … М-мать! Парни, Близнецов сбили!
— Чёртовы птицы, чтоб им облысеть! Нор, стреляй же, стреляй!
…
…
На площади беллиорской деревушки воцарилась гробовая тишина, посреди которой с какой-то особой, бьющей по ушам и мозгам невыносимой чёткостью раздавалась из динамика рации какофония и разноголосица боя.
— … Тар, орёл сзади!
— О, Небо, я сбит, я сбит!…
— Тар!
…
…
— Птицы? — медленно переспросил Эль-Сун, делая поспешный знак Лану, чтобы не вздумал выключать аппарат. — Огромные орлы?
Он припомнил некоторые фотографии и рассказы пилотов-разведчиков. Да, водятся тут такие орлы…
— Но почему они вмешались? Почему вступили в сражение с вертолётами? Их что, дрессировали, как боевых птиц?
Реньено, к которому был обращён этот вопрос, помедлил, пожевал губами и, наконец, ответил:
— Орлы, живущие в Кругосветных горах, никому из людей не подчиняются. И в их дела обычно не вмешиваются.
— Тогда почему же?
Страница 52 из 79
