Фандом: Гарри Поттер. Питер Петтигрю боялся смерти. Может быть, именно поэтому он стал Пожирателем Смерти — бросил вызов самому себе и своим страхам. История, которую не рассказала Роулинг — как Питер Петтигрю предал своих друзей.
Добавить в моё избранное
166 мин, 32 сек 19810
— … А вторая? Какая вторая ошибка?
— А вторая… — Джеймс поежился. Питер тоже. О последствиях ему даже думать сейчас не хотелось. — Из-за нас пострадали двое авроров.
— Мы об этом не знали, — слабо напомнил Ремус. — Но я согласен, что нас это никак не оправдывает.
Они действительно не знали, что тех двух Пожирателей, которых они с большим трудом выследили — без всякой связи с автобусами, автобусы давно были забыты, — ждали еще несколько человек. Они не знали, что авроры давно выжидали, пока эти семь Пожирателей соберутся развлекаться в какой-то маггловский паб. Авроры то ли следили, то ли смогли просчитать, но их тщательно спланированная операция провалилась только потому, что четверо мальчишек совершили огромную глупость.
Сначала они не хотели нападать на Пожирателей: четверо против двоих — это подло. Потом Ремус, который еще не очень отошел от недавнего полнолуния, поранился при аппарации, и их заметили. И мало того, что заметили — оказалось, что Пожирателей уже семеро. И семеро атаковали растерявшихся четверых мальчишек, не оглядываясь ни на какие кодексы чести. Аврор, который следил за Пожирателями, сбросил с себя мантию-невидимку, ввязался в драку и не успел вызвать подмогу. Пожиратели быстро изрешетили Ремуса, потом оглушили Блэка, и против семерых остались только Питер, Джеймс и аврор. С трудом раненный аврор смог активировать Протеевы Чары и позвать на помощь. Драка оказалась короткой, но яростной, и, когда начали аппарировать авроры, Пожиратели просто скрылись, прихватив двух пострадавших, которых сумел достать заклинаниями первый аврор.
Они — Питер, Джеймс, Ремус и Сириус — не смогли обезвредить ни одного Пожирателя Смерти!
И об этом, как о самом большом позоре, сейчас молчали. Как и о том, какими словами крыл их Фрэнк, прибывший вместе с коллегами на место стычки. А о том, что скажет Моуди, что скажет Дамблдор, предпочитали вообще не думать. А что они скажут…
— Что скажет Дамблдор?
— Ремус, хватит! — взъярился Сириус. — Хватит смотреть Дамблдору в рот! Мы хоть что-то делаем! Правильно или нет, но делаем!
— Мы навредили, — упрямо повторил Ремус. — И мне кажется, нам… нам стоит… Нам стоит пересмотреть свое отношение к тому, что мы делаем.
— Ну-ка, — Джеймс присел рядом с ним. — Давай, выкладывай.
Ремус отер со лба выступивший пот, отвернулся от него и какое-то время молчал.
— Дай попить, — наконец попросил он. — Пожалуйста.
Питер налил из графина воды, поднес ему стакан. Ремус пил жадно — как и всегда, после полнолуния его мучила жажда.
— Спасибо, Пит, — слабо улыбнулся он. — Так вот, мы… мы должны делать то, что нам говорят. Да, пусть в основном это «сидите и ни во что не вмешивайтесь»… Мы вмешались — лучше от этого никому не стало.
— А знаете, что странно? — подал голос Сириус. Он стоял у окна и делал вид, что пялится на улицу. Сейчас он даже не повернулся и так и говорил — в окно. — Джеймс, они в тебя не целились.
— На что ты намекаешь? — тут же вскочил Джеймс.
— Тихо, — попросил Ремус. — От вашего крика у меня раскалывается голова. Он не намекает, он говорит о том письме.
— Которое прислал нам Сам-знаешь-кто? — удивился Джеймс и сел обратно к Ремусу. — Это было… Это было еще осенью. Ну и… сам знаешь, что я тогда ответил.
Сириус пожал плечами.
— Видимо, что бы ты ни ответил, они хотят получить тебя живым.
— Зачем я им нужен?
Сириус опять дернул плечом.
— У твоего отца ничего… такого… ну, зелий каких-нибудь… точно не было?
— Какие зелья, — Джеймс расстроенно вздохнул, махнул рукой и снова встал. — Мой отец изобретал всякую модную ерунду. Ну да, он говорил, что на этом можно заработать денег. Но зачем Пожирателям рецепт для роста волос? Э-э…
Все засмеялись. Пример и правда вышел довольно забавный, обстановку он немного разрядил.
А у Питера крепло убеждение, что скоро они все погибнут. И это письмо, о котором вспомнили Ремус и Сириус. Точнее, они и не забывали о нем, и Питер не забывал. Как, почему, зачем Тому-кого-нельзя-называть понадобились Джеймс и Лили? Для чего? От них никакого прока, если уж быть до конца откровенным. Они не умеют толком сражаться, у них нет никаких выдающихся или хотя бы проработанных планов, они вчерашние подростки! Просто так? Для того, чтобы посмотреть на реакцию?
Джеймс не любил об этом вспоминать, а остальные не могли не помнить. В этом крылась какая-то опасность, какой-то подвох. Да, Джеймс нахамил Тому-кого-нельзя-называть… а тот это так и оставил. Только что Джеймса теперь стараются не поранить? Или…
А что, если все таки Джеймс ответил на письмо еще раз?
Что, если второе письмо, то, с хамским ответом, было только для отвода глаз?
В первый раз Питер, оглядывая мрачных друзей, рискнул эту мысль додумать до конца. Что, если Джеймс…
— А вторая… — Джеймс поежился. Питер тоже. О последствиях ему даже думать сейчас не хотелось. — Из-за нас пострадали двое авроров.
— Мы об этом не знали, — слабо напомнил Ремус. — Но я согласен, что нас это никак не оправдывает.
Они действительно не знали, что тех двух Пожирателей, которых они с большим трудом выследили — без всякой связи с автобусами, автобусы давно были забыты, — ждали еще несколько человек. Они не знали, что авроры давно выжидали, пока эти семь Пожирателей соберутся развлекаться в какой-то маггловский паб. Авроры то ли следили, то ли смогли просчитать, но их тщательно спланированная операция провалилась только потому, что четверо мальчишек совершили огромную глупость.
Сначала они не хотели нападать на Пожирателей: четверо против двоих — это подло. Потом Ремус, который еще не очень отошел от недавнего полнолуния, поранился при аппарации, и их заметили. И мало того, что заметили — оказалось, что Пожирателей уже семеро. И семеро атаковали растерявшихся четверых мальчишек, не оглядываясь ни на какие кодексы чести. Аврор, который следил за Пожирателями, сбросил с себя мантию-невидимку, ввязался в драку и не успел вызвать подмогу. Пожиратели быстро изрешетили Ремуса, потом оглушили Блэка, и против семерых остались только Питер, Джеймс и аврор. С трудом раненный аврор смог активировать Протеевы Чары и позвать на помощь. Драка оказалась короткой, но яростной, и, когда начали аппарировать авроры, Пожиратели просто скрылись, прихватив двух пострадавших, которых сумел достать заклинаниями первый аврор.
Они — Питер, Джеймс, Ремус и Сириус — не смогли обезвредить ни одного Пожирателя Смерти!
И об этом, как о самом большом позоре, сейчас молчали. Как и о том, какими словами крыл их Фрэнк, прибывший вместе с коллегами на место стычки. А о том, что скажет Моуди, что скажет Дамблдор, предпочитали вообще не думать. А что они скажут…
— Что скажет Дамблдор?
— Ремус, хватит! — взъярился Сириус. — Хватит смотреть Дамблдору в рот! Мы хоть что-то делаем! Правильно или нет, но делаем!
— Мы навредили, — упрямо повторил Ремус. — И мне кажется, нам… нам стоит… Нам стоит пересмотреть свое отношение к тому, что мы делаем.
— Ну-ка, — Джеймс присел рядом с ним. — Давай, выкладывай.
Ремус отер со лба выступивший пот, отвернулся от него и какое-то время молчал.
— Дай попить, — наконец попросил он. — Пожалуйста.
Питер налил из графина воды, поднес ему стакан. Ремус пил жадно — как и всегда, после полнолуния его мучила жажда.
— Спасибо, Пит, — слабо улыбнулся он. — Так вот, мы… мы должны делать то, что нам говорят. Да, пусть в основном это «сидите и ни во что не вмешивайтесь»… Мы вмешались — лучше от этого никому не стало.
— А знаете, что странно? — подал голос Сириус. Он стоял у окна и делал вид, что пялится на улицу. Сейчас он даже не повернулся и так и говорил — в окно. — Джеймс, они в тебя не целились.
— На что ты намекаешь? — тут же вскочил Джеймс.
— Тихо, — попросил Ремус. — От вашего крика у меня раскалывается голова. Он не намекает, он говорит о том письме.
— Которое прислал нам Сам-знаешь-кто? — удивился Джеймс и сел обратно к Ремусу. — Это было… Это было еще осенью. Ну и… сам знаешь, что я тогда ответил.
Сириус пожал плечами.
— Видимо, что бы ты ни ответил, они хотят получить тебя живым.
— Зачем я им нужен?
Сириус опять дернул плечом.
— У твоего отца ничего… такого… ну, зелий каких-нибудь… точно не было?
— Какие зелья, — Джеймс расстроенно вздохнул, махнул рукой и снова встал. — Мой отец изобретал всякую модную ерунду. Ну да, он говорил, что на этом можно заработать денег. Но зачем Пожирателям рецепт для роста волос? Э-э…
Все засмеялись. Пример и правда вышел довольно забавный, обстановку он немного разрядил.
А у Питера крепло убеждение, что скоро они все погибнут. И это письмо, о котором вспомнили Ремус и Сириус. Точнее, они и не забывали о нем, и Питер не забывал. Как, почему, зачем Тому-кого-нельзя-называть понадобились Джеймс и Лили? Для чего? От них никакого прока, если уж быть до конца откровенным. Они не умеют толком сражаться, у них нет никаких выдающихся или хотя бы проработанных планов, они вчерашние подростки! Просто так? Для того, чтобы посмотреть на реакцию?
Джеймс не любил об этом вспоминать, а остальные не могли не помнить. В этом крылась какая-то опасность, какой-то подвох. Да, Джеймс нахамил Тому-кого-нельзя-называть… а тот это так и оставил. Только что Джеймса теперь стараются не поранить? Или…
А что, если все таки Джеймс ответил на письмо еще раз?
Что, если второе письмо, то, с хамским ответом, было только для отвода глаз?
В первый раз Питер, оглядывая мрачных друзей, рискнул эту мысль додумать до конца. Что, если Джеймс…
Страница 18 из 45
