Фандом: Гарри Поттер. Питер Петтигрю боялся смерти. Может быть, именно поэтому он стал Пожирателем Смерти — бросил вызов самому себе и своим страхам. История, которую не рассказала Роулинг — как Питер Петтигрю предал своих друзей.
Добавить в моё избранное
166 мин, 32 сек 19813
Да, они очень старались, и, наверное, совершенно не их вина, что не вышло сделать все так, как надо. Наверное, и Сириус, и Джеймс в самом деле не могут быть ни аврорами, ни бойцами Ордена. Пока рядом с ними была Лили, Ремусу было проще держать их в узде, а Питер… а что Питер, Питер, как мог, отвлекал на себя внимание, но…
«Я решил устроиться на работу, профессор. У магглов, как я уже и работал. Я понимаю, что я не смогу показать им документ об окончании Хогвартса, но, возможно, вы могли бы написать мне рекомендацию как мой бывший декан? Надеюсь, с моей стороны это не слишком бесцеремонная просьба».
Магглы любили рекомендательные письма, и ещё по дороге домой Питер думал, кто мог бы ему помочь. Со старой работы напишут, конечно, но и рекомендация от МакГонагалл была бы очень кстати.
Он ещё многое хотел бы написать. Именно МакГонагалл: он считал, что она поняла бы его, как никто, но, разумеется, он этого не сделал, а просто сидел и смотрел на лист.
«Из меня никудышный боец, профессор, потому что я постоянно боюсь. Никудышный боец из Джеймса, потому что он не думает о последствиях. Никудышный боец из Сириуса, потому что он не умеет оценивать свои силы. Из нас если только Ремус мог бы быть действительно полезен Ордену, только вот чем? Мы хотели воевать, не зная, что такое война. Мы думали, что это как школьные стычки, а оказалось, что тактика» бей и беги«не работает. И прежде чем бить, надо думать. И прежде чем убежать, тоже»…
Как много нужно для того, чтобы уметь воевать, думал Питер. И как хорошо, что профессор Дамблдор принял такое решение сам, не дожидаясь, пока кто-то из них погибнет. А он займётся… да он, наконец, будет просто спокойно жить! Дружить, ходить в гости, играть с детьми. Может быть, влюбится в кого-нибудь и тоже женится, а потом у него появится свой малыш, и они будут вместе играть с Гарри, с Микки, с Майклом…
Кошка больше не мяукала, и Питер решил, что ему показалось. Он подписал письмо, запечатал его и отправился в сарайчик, где мать хранила всякие принадлежности для сада и где жила их почтенная сова.
Сова недовольно переступала с лапки на лапку, пока Питер дрожащими руками привязывал письмо. Все равно оно выглядело так, будто он обрадовался решению Дамблдора: не успел прийти домой, как уже просит рекомендации. С другой стороны, это характеризует его как человека ответственного и не привыкшего сидеть без дела.
— Ма-а-ау!
Протяжный крик раздался совсем рядом, и Питер от неожиданности оступился. Звук показался ему громким, как вой сирены. Он постоял, прислушиваясь и ожидая, что будет дальше.
Кошка, кажется, копалась в траве: Питер слышал, как она усердно скребёт землю. Если это и был Пожиратель, то он вжился в образ от души, даже анимаг так не мог. Питер знал это лучше, чем кто бы то ни было — у Ремуса три года была крыса, а Сириус, который однажды гулял с ними в виде пса, нарвался на знающего человека, и… в общем, хорошо, что это был маггл, даже не подозревающий о том, что есть волшебство. Окажись на его месте пусть тоже маггл, но родственник или супруг волшебника, и Сириус отправился бы в Азкабан. Анимаг — это ещё не животное.
Питер поежился. Стояла дивная, тёплая, тихая и мирная ночь, ясная и спокойная, но все равно стало зябко. Питер начал пробираться в кусты.
— Кис, кис…
— Ма-ау!
Питер занёс ногу и замер. Было похоже, что кошка его заманивает. Теперь она мяукала дальше, чем в последний раз, когда он её слышал.
Питер все-таки просунул голову в куст и увидел причину своего беспокойства. Крупный рыжий кот — почти такой же, какой был у приятельницы матери, пожилой магглы, только тот был серый, — с такими же прижатыми к голове ушами.
— Ма-а-ау!
Кот метнулся куда-то в сторону, проскочил под окном и исчез. Питер перевёл дыхание. Анимаг? Непохоже. Низзл? Тоже не очень похож, такие прижатые уши есть только у обычных кошек. Могут ли низзлы… заводить котят с кошками? Этого Питер не знал.
— Ма-а-ау! Мау!
Теперь кот орал… да, Питер не мог ошибиться, он орал прямо под дверью квартиры, в которой раньше жили Кроули.
Пустой квартиры.
Питер вытащил палочку. Ему бы стоило, конечно, вернуться в дом, почему он не может спокойно пройти мимо, почему ему вечно надо куда-то влезть? Привычка, перенятая от лучших друзей. «Каков отец, таков и сын, — иногда говорила мать, — птицы одного полёта».
И тут Питер осознал, что он теперь один. Друзья остались там, в Ордене, из которого их выгнали. Орден, как и раньше Хогвартс, вот и все, что их объединяло. А сейчас он сам по себе, предоставлен самому себе, и ни Джеймсу, ни Сириусу, ни Ремусу больше нет до него никакого дела. Даже тогда, когда он устроился на работу, Орден все равно связывал их. Этой связи больше не существовало.
Питер был один, но все равно продолжал действовать так, как привык за все эти годы.
«Я решил устроиться на работу, профессор. У магглов, как я уже и работал. Я понимаю, что я не смогу показать им документ об окончании Хогвартса, но, возможно, вы могли бы написать мне рекомендацию как мой бывший декан? Надеюсь, с моей стороны это не слишком бесцеремонная просьба».
Магглы любили рекомендательные письма, и ещё по дороге домой Питер думал, кто мог бы ему помочь. Со старой работы напишут, конечно, но и рекомендация от МакГонагалл была бы очень кстати.
Он ещё многое хотел бы написать. Именно МакГонагалл: он считал, что она поняла бы его, как никто, но, разумеется, он этого не сделал, а просто сидел и смотрел на лист.
«Из меня никудышный боец, профессор, потому что я постоянно боюсь. Никудышный боец из Джеймса, потому что он не думает о последствиях. Никудышный боец из Сириуса, потому что он не умеет оценивать свои силы. Из нас если только Ремус мог бы быть действительно полезен Ордену, только вот чем? Мы хотели воевать, не зная, что такое война. Мы думали, что это как школьные стычки, а оказалось, что тактика» бей и беги«не работает. И прежде чем бить, надо думать. И прежде чем убежать, тоже»…
Как много нужно для того, чтобы уметь воевать, думал Питер. И как хорошо, что профессор Дамблдор принял такое решение сам, не дожидаясь, пока кто-то из них погибнет. А он займётся… да он, наконец, будет просто спокойно жить! Дружить, ходить в гости, играть с детьми. Может быть, влюбится в кого-нибудь и тоже женится, а потом у него появится свой малыш, и они будут вместе играть с Гарри, с Микки, с Майклом…
Кошка больше не мяукала, и Питер решил, что ему показалось. Он подписал письмо, запечатал его и отправился в сарайчик, где мать хранила всякие принадлежности для сада и где жила их почтенная сова.
Сова недовольно переступала с лапки на лапку, пока Питер дрожащими руками привязывал письмо. Все равно оно выглядело так, будто он обрадовался решению Дамблдора: не успел прийти домой, как уже просит рекомендации. С другой стороны, это характеризует его как человека ответственного и не привыкшего сидеть без дела.
— Ма-а-ау!
Протяжный крик раздался совсем рядом, и Питер от неожиданности оступился. Звук показался ему громким, как вой сирены. Он постоял, прислушиваясь и ожидая, что будет дальше.
Кошка, кажется, копалась в траве: Питер слышал, как она усердно скребёт землю. Если это и был Пожиратель, то он вжился в образ от души, даже анимаг так не мог. Питер знал это лучше, чем кто бы то ни было — у Ремуса три года была крыса, а Сириус, который однажды гулял с ними в виде пса, нарвался на знающего человека, и… в общем, хорошо, что это был маггл, даже не подозревающий о том, что есть волшебство. Окажись на его месте пусть тоже маггл, но родственник или супруг волшебника, и Сириус отправился бы в Азкабан. Анимаг — это ещё не животное.
Питер поежился. Стояла дивная, тёплая, тихая и мирная ночь, ясная и спокойная, но все равно стало зябко. Питер начал пробираться в кусты.
— Кис, кис…
— Ма-ау!
Питер занёс ногу и замер. Было похоже, что кошка его заманивает. Теперь она мяукала дальше, чем в последний раз, когда он её слышал.
Питер все-таки просунул голову в куст и увидел причину своего беспокойства. Крупный рыжий кот — почти такой же, какой был у приятельницы матери, пожилой магглы, только тот был серый, — с такими же прижатыми к голове ушами.
— Ма-а-ау!
Кот метнулся куда-то в сторону, проскочил под окном и исчез. Питер перевёл дыхание. Анимаг? Непохоже. Низзл? Тоже не очень похож, такие прижатые уши есть только у обычных кошек. Могут ли низзлы… заводить котят с кошками? Этого Питер не знал.
— Ма-а-ау! Мау!
Теперь кот орал… да, Питер не мог ошибиться, он орал прямо под дверью квартиры, в которой раньше жили Кроули.
Пустой квартиры.
Питер вытащил палочку. Ему бы стоило, конечно, вернуться в дом, почему он не может спокойно пройти мимо, почему ему вечно надо куда-то влезть? Привычка, перенятая от лучших друзей. «Каков отец, таков и сын, — иногда говорила мать, — птицы одного полёта».
И тут Питер осознал, что он теперь один. Друзья остались там, в Ордене, из которого их выгнали. Орден, как и раньше Хогвартс, вот и все, что их объединяло. А сейчас он сам по себе, предоставлен самому себе, и ни Джеймсу, ни Сириусу, ни Ремусу больше нет до него никакого дела. Даже тогда, когда он устроился на работу, Орден все равно связывал их. Этой связи больше не существовало.
Питер был один, но все равно продолжал действовать так, как привык за все эти годы.
Страница 21 из 45
