Раз-два-три-четыре-пять, я иду тебя искать

— Она со мной — да, но не я с ней. Улавливаешь разницу?

— Улавливаю, — кивает Гейб и запивает облегчение пивом. — Почему? Ты же мог, она сама пришла — бери и пользуйся.

— Угу, она пришла. Но есть одна маленькая проблемка. Я ее не хочу, представляешь?

Они разговаривают не особо громко, но сосед слева косится на них и отходит в сторонку, а та самая девица возникает на горизонте в компании подруги. Ага, и Гейбу привели будущий секс. Вот только да, ее не хочется совершенно.

— Не представляю. Я бы не отказался.

В его словах вроде бы нет ничего такого, но Джек отворачивается и мрачнеет:

— Так бери. Вон и вторая пришла, наверняка для тебя.

Гейб чувствует, как ему обидно. Именно обидно, а не больно. В общем-то, это понятно, в конце концов, они тут для того, чтобы познакомиться поближе, а не снимать девиц. Но…

— Спасибо, я подумаю над твоим предложением.

Ему почему-то крайне неловко, как будто он прикормил щенка, погладил и тут же пнул, и теперь слушает обиженный скулеж. И надо срочно исправлять сделанное, но от протянутой руки щенок, то есть Джек, отодвигается, отходит совсем недалеко, но достаточно, чтобы пальцы лишь мазнули его по плечу. Вот же черт. Хотя ну какая разница, что там чувствует Джек — совершенно чужой ему человек?

— Джек, — зовет его Гейб. — Мне стоит извиниться, потому что я сказал что-то не то?

Джек качает головой:

— Нет. Все нормально. Мне уйти, чтобы тебе не мешать?

Он даже делает шаг в сторону, но Гейб ловит его за плечо, возвращает на место и набирает полный кулак волос, заставляя Джек откинуть голову назад.

И замирает, разглядывая получившуюся картину. Беззащитная натянутая шея, подбородок в щетине, приоткрытые влажные губы, странный взгляд из-под прикрытых век. Красиво.

Красиво, черт возьми.

Совсем близко — когда Гейб к нему наклонился? — слишком хорошо пахнет. Слишком знакомо и опасно. Гейб не собирался с ним спать.

Собирался, но это было кратковременное помутнение рассудка. И то, что Гейб постоянно просыпается в кровати Джека, не считается.

Поцелуй начинается внезапно, с осторожного, неуверенного прикосновения, но быстро становится жадным.

Джек забирает у Гейба бутылку и куда-то ее выбрасывает, обнимает его, задрав на спине футболку, позволяет себя целовать, но недолго.

Гейб успевает чуть отстраниться и сделать ровно один вдох, после которого обнаруживает себя зажатым между Джеком и перилами. Руки Джека сползают со спины на задницу, медленно, но совершенно неотвратимо, а губы касаются губ, легко, нежно. Гейбу хочется совсем не таких поцелуев, но сейчас Джек решает за него, несмотря на то, что это Гейб держит его за волосы, а не наоборот.

Хочется так, как было на стоянке, чтобы воздуха не хватало и думать не получалось.

Хотя думать и так не особо выходит. Перестает выходить, когда язык Джека осторожно пробирается Гейбу в рот и трогает верхнюю губу изнутри.

— Блядь, я же сказала, что это педики! — возмущается рядом та девица, которая снимала Джека.

Одна ладонь Джека оказывается под шортами, но поверх трусов. Гладит, сжимает, явно намекая на то, как все очень скоро продолжится. Гейб вдыхает, пытаясь заманить чужой язык поглубже в свой рот.

— Не везет так не везет, ага — отзывается вторая. — Слушай, а если это омега и альфа? Может, полицию вызвать? Ну или врезать альфе бутылкой?

Хрен там, Джек его не слушается и делает все по-своему. Вторая ладонь ложится Гейбу на шею, большой палец гладит щеку, а язык — уголки губ. Медленно-медленно.

— А кто из них тогда кто?

Целует закрытые глаза, скулы, шрамы на щеке, подбородок. Шею, широко лизнув кадык, плечо, ямку между ключицами, снова шею.

— Черт их разберет.

— Постеснялись бы! — присоединяется к ним третий голос.

Гейб с удовольствием облапывает Джека за задницу. Мята, лимон и зеленый чай — совсем не те запахи, которые Гейб считает возбуждающими. Считал. Сейчас он готов кончить только от того, как от Джека пахнет. Вцепиться зубами в его шею, уткнуться в нее и кончить вот так, не прикасаясь к себе.

— Да ладно, все вон по углам обжимаются, — ржет кто-то еще. — Эти-то чем хуже?

Гейб трется членом о член Джека, зажмуривается, уловив тихое рычание.

— Ну так альфа с омегой же!

Получает наконец-то свой поцелуй, какой хотелось. Голодный, жадный, не просто похожий на секс, а им являющийся.

— Ну и какая разница? Им явно хорошо, и мальчики симпатичные, посмотреть приятно.

Если с членом в заднице будет так же хорошо, как сейчас с чужим языком во рту, то Гейб согласен прямо здесь и сейчас.

Он дрожит, ощущая через слой ткани, насколько шершавые у Джека ладони — особенно та, которая гладит ягодицу, — и пытается попросить о каком-нибудь более существенном продолжении.