Фандом: Overwatch. А ведь когда-то Гейб считал, что научился не думать о себе, как об омеге, как об изначально бесправном существе, величайшее счастье в жизни которого — это поклонение альфе как святыне. Ему даже казалось, что все обойдется, но потом появился Джек и…
Добавить в моё избранное
270 мин, 22 сек 15292
Ее, эту историю, Гейбу регулярно рассказывали и напоминали, что смысл его жизни — это дождаться своего альфу и слушаться его во всем.
— Не миф, а хрень, — бурчит он, почему-то смутившись. — Доказано же, что мы — потомки мутантов. Никаких карающих ангелов оплодотворения и молитв о спасении и избавлении от разврата.
— Этого я не говорил. Про молитвы и разврат. Я говорил про спасение от насилия, подарки и целование ног, — ухмыляется Джек и сползает вниз по телу Гейба. Из задницы мгновенно начинает течь смазка, смешанная со спермой. Те еще ощущения, но Гейб приподнимается на локте, наблюдая за ним, поднимает ногу, помогая до конца стащить с себя ботинок и одежду, и изумленно вытаращивается, когда Джек наклоняется, прикрывает глаза и осторожно, как святыни, касается губами стопы.
— Что ты делаешь? — сипло спрашивает он. Джек не отвечает, покрывая поцелуями его ногу до паха, залитый спермой живот, грудь, шею. Просто целует, и лицо у него при этом такое, что хоть пугайся.
Но испугаться невозможно, и Гейб ложится на спину, подставляясь под прикосновения губ, закрывает глаза и осторожно думает о том, что, возможно, версия легенды, рассказанная Джеком, все же правдивее чем то, о чем твердили в церкви.
Ну…
Все оказывается не так плохо.
Команда Джека не любит, особенно после нагоняя, который Гейб им устроил.
Джеку на их отношение наплевать, хоть он и пытается с ними подружиться — ради Гейба, — однако ничего не получается, и он бросает все где-то после пятой попытки.
А вот команда Джека — огромный отряд на самом деле, двадцать пять человек суперэлитного спецназа — над Гейбом трясется как над золотым запасом Форт-Нокс.
Самое забавное, что Гейб с этими людьми знаком очень давно, с первых дней на базе, но они никогда особо не обращали на него внимания. Он в обычном спецназе, они — в элитнейшем до усрачки, их пути никогда вообще по сути не пересекаются, а тут раз — и Гейб вдруг становится их главной ценностью.
Это смешно. Было бы, если бы так не раздражало.
Но дело тут в Джеке. И в том, что им дорожат и, соответственно, берегут то, что дорого ему, так что Гейб старается относиться к проявлениям их заботы с, хм, юмором.
А еще это же заставляет Гейба отказаться от планов по переманиванию Джека к себе. Его команда с ним не сработается — это во-первых. Во-вторых, ему будет скучно, потому что Гейб и ко не занимаются ничем крупным и трудным. Ну и да, Джек сам рассказал, что координировать имеет смысл большие отряды в сложных условиях. Если ничего такого нет, он берется за винтовку тоже. Гейбу больше нравится, когда Джек сидит перед мониторами в безопасности.
Ну и капитан получает отказ в грубой форме — от Джека! — когда предлагает Гейбу пройти тесты и перейти к ним. Потом Джек долго объясняет, что у него не получится работать, просто потому что ему будет наплевать на все, кроме безопасности Гейба. Они даже ругаются немного, и в процессе ругани Гейб заново осознает, что быть альфой — это жуть как хреново. И вообще, чудесно, что он омега.
В какой-то момент Гейб вдруг задумывается о том, что Джек говорил, что не смог бы приехать, если бы Гейб этого не позволил. Или как-то похоже, дословно он уже не помнит, но смысл был какой-то такой.
Тем не менее он приехал, и Гейб спрашивается, как же так получилось.
Джек сначала смеется и отвечает:
— Я не знал, что я еду к тебе. Я не искал тебя после того, как ты сбежал, ты же не хотел, чтобы я появлялся с тобой рядом. Но мои друзья, которые были со мной на том пляже, видели твои жетоны, а я успел заметить твое имя. И они же каким-то образом устроили мне перевод, тем более что отряду здесь требовался координатор. Так что я осознал, что еду к тебе, когда вышел из машины и почувствовал тебя очень близко. И я даже пытался перевестись обратно, но полковник не подписал приказ, и мне пришлось оставаться.
Гейб задумчиво кивает, вздыхает и сознается:
— Я рад, что твои друзья все это сделали. Передай им от меня спасибо, пожалуйста.
Все… нет, не неплохо. Хорошо.
Дни складываются в недели, недели — в месяцы, Гейб живет с Джеком и — не всегда, но ладно, часто — торопится к нему вечером, чтобы вернуться вместе в комнату, поваляться в обнимку, потрепаться обо всем на свете, посмотреть какой-нибудь идиотский фильм. Потрахаться, в конце концов.
И просыпаться вместе тоже хорошо, только иногда слишком жарко.
Не происходит ничего плохого. Почти ничего. Команда все еще периодически пытается жрать Гейбу мозги, но он не обращает на это внимания.
Омежки без пары тоже пытаются, но на них не обращать внимания еще проще.
Некоторые, эм, мужчины на базе вдруг решают, что Гейб дает всем. С ними разбирается Джек, быстро, больно и жестоко. Во второй раз прилетает и Солеи, снова протянувшему к Гейбу свои мерзкие ручонки.
— Не миф, а хрень, — бурчит он, почему-то смутившись. — Доказано же, что мы — потомки мутантов. Никаких карающих ангелов оплодотворения и молитв о спасении и избавлении от разврата.
— Этого я не говорил. Про молитвы и разврат. Я говорил про спасение от насилия, подарки и целование ног, — ухмыляется Джек и сползает вниз по телу Гейба. Из задницы мгновенно начинает течь смазка, смешанная со спермой. Те еще ощущения, но Гейб приподнимается на локте, наблюдая за ним, поднимает ногу, помогая до конца стащить с себя ботинок и одежду, и изумленно вытаращивается, когда Джек наклоняется, прикрывает глаза и осторожно, как святыни, касается губами стопы.
— Что ты делаешь? — сипло спрашивает он. Джек не отвечает, покрывая поцелуями его ногу до паха, залитый спермой живот, грудь, шею. Просто целует, и лицо у него при этом такое, что хоть пугайся.
Но испугаться невозможно, и Гейб ложится на спину, подставляясь под прикосновения губ, закрывает глаза и осторожно думает о том, что, возможно, версия легенды, рассказанная Джеком, все же правдивее чем то, о чем твердили в церкви.
Ну…
Все оказывается не так плохо.
Команда Джека не любит, особенно после нагоняя, который Гейб им устроил.
Джеку на их отношение наплевать, хоть он и пытается с ними подружиться — ради Гейба, — однако ничего не получается, и он бросает все где-то после пятой попытки.
А вот команда Джека — огромный отряд на самом деле, двадцать пять человек суперэлитного спецназа — над Гейбом трясется как над золотым запасом Форт-Нокс.
Самое забавное, что Гейб с этими людьми знаком очень давно, с первых дней на базе, но они никогда особо не обращали на него внимания. Он в обычном спецназе, они — в элитнейшем до усрачки, их пути никогда вообще по сути не пересекаются, а тут раз — и Гейб вдруг становится их главной ценностью.
Это смешно. Было бы, если бы так не раздражало.
Но дело тут в Джеке. И в том, что им дорожат и, соответственно, берегут то, что дорого ему, так что Гейб старается относиться к проявлениям их заботы с, хм, юмором.
А еще это же заставляет Гейба отказаться от планов по переманиванию Джека к себе. Его команда с ним не сработается — это во-первых. Во-вторых, ему будет скучно, потому что Гейб и ко не занимаются ничем крупным и трудным. Ну и да, Джек сам рассказал, что координировать имеет смысл большие отряды в сложных условиях. Если ничего такого нет, он берется за винтовку тоже. Гейбу больше нравится, когда Джек сидит перед мониторами в безопасности.
Ну и капитан получает отказ в грубой форме — от Джека! — когда предлагает Гейбу пройти тесты и перейти к ним. Потом Джек долго объясняет, что у него не получится работать, просто потому что ему будет наплевать на все, кроме безопасности Гейба. Они даже ругаются немного, и в процессе ругани Гейб заново осознает, что быть альфой — это жуть как хреново. И вообще, чудесно, что он омега.
В какой-то момент Гейб вдруг задумывается о том, что Джек говорил, что не смог бы приехать, если бы Гейб этого не позволил. Или как-то похоже, дословно он уже не помнит, но смысл был какой-то такой.
Тем не менее он приехал, и Гейб спрашивается, как же так получилось.
Джек сначала смеется и отвечает:
— Я не знал, что я еду к тебе. Я не искал тебя после того, как ты сбежал, ты же не хотел, чтобы я появлялся с тобой рядом. Но мои друзья, которые были со мной на том пляже, видели твои жетоны, а я успел заметить твое имя. И они же каким-то образом устроили мне перевод, тем более что отряду здесь требовался координатор. Так что я осознал, что еду к тебе, когда вышел из машины и почувствовал тебя очень близко. И я даже пытался перевестись обратно, но полковник не подписал приказ, и мне пришлось оставаться.
Гейб задумчиво кивает, вздыхает и сознается:
— Я рад, что твои друзья все это сделали. Передай им от меня спасибо, пожалуйста.
Все… нет, не неплохо. Хорошо.
Дни складываются в недели, недели — в месяцы, Гейб живет с Джеком и — не всегда, но ладно, часто — торопится к нему вечером, чтобы вернуться вместе в комнату, поваляться в обнимку, потрепаться обо всем на свете, посмотреть какой-нибудь идиотский фильм. Потрахаться, в конце концов.
И просыпаться вместе тоже хорошо, только иногда слишком жарко.
Не происходит ничего плохого. Почти ничего. Команда все еще периодически пытается жрать Гейбу мозги, но он не обращает на это внимания.
Омежки без пары тоже пытаются, но на них не обращать внимания еще проще.
Некоторые, эм, мужчины на базе вдруг решают, что Гейб дает всем. С ними разбирается Джек, быстро, больно и жестоко. Во второй раз прилетает и Солеи, снова протянувшему к Гейбу свои мерзкие ручонки.
Страница 39 из 73
