Узы

Он был не слишком широкий, но на макушке из его краев исходили расходящиеся в противоположные стороны рога, вполне симметрично смотрящиеся. Рядом же с письменным столом стоял достаточно просторный диван из черной кожи, на котором лежало несколько сероватых подушек. На стенах висело несколько картин, отображающих мрачную природу или темный лес. Хотя от них и веяло мраком и холодом, они были завораживающе красивы. На стене у кровати так же располагалось два небольших окна с неширокими подоконниками, на которых в вазах стояли увядшие, как мне кажется, уже давно, алые розы. У стены по правую сторону комнаты располагалась дверь, как я сразу подумала, ведущая в ванную комнату.

Молчание, до сих пор висевшее в воздухе, начинало угнетать меня, и я спросила первое, что пришло в голову.

— У вас очень странная канализация… Ванные комнаты оформлены достаточно современно, но притом льется только ледяная вода. И она какая-то непривычно свежая для воды из-под крана, — я лепетала бессвязную речь, коверкая собственные мысли в надежде, что эта неловкая пауза удачно компенсируется.

— У нас нет канализации. Вся вода поступает из подземного источника. Этой скважиной пользовались еще наши предки. Думаю, она неиссякаемая.

— Вот как… — пролепетала я. Ну, это все объясняет.

— Это комната Слендера, — на этой фразе я удивленно покосилась на модника. — Он распорядился поселить тебя тут, пока его не будет. Двери я запирать не стану, ты больше тут не пленница, но из дома тебя пока никто не выпустит. Хотя бы потому, что это опасно сейчас. Библиотека вся в твоем распоряжении. Кухня есть как на первом, так и на втором этаже. Я тебе позже все покажу. Привычных тебе деликатесов ты там, конечно, не найдешь, но думаю, мы что-нибудь придумаем. До сих пор ты не жаловалась, — Трендер наконец посмотрел на меня, и я облегченно выдохнула. Он положил руку мне на плечо и мягко продолжил. — Все будет хорошо! — думаю, он улыбался, но я не уверена. — Если ты привыкнешь к этому дому, то вполне сможешь жить более или менее нормальной жизнью.

Я неуверенно кивнула. Сейчас на душе скребли кошки. Я так и не оплакала родителей, возможно, мне еще представится такая возможность. Идти мне все равно было некуда. Кроме родителей я никому и нужна никогда не была. Перспектива прожить остаток жизни с безликими вызывала у меня двойственное чувство. Это казалось настолько же приемлемым, насколько и абсурдным. Спать в кровати Слендера, пусть и без него самого, означало для меня принять ситуацию. Не представляю, значило ли это, что я сдалась. Подчинилась его воле, приняла его. После того поцелуя и его поступка, что он совершил, чтобы спасти меня от расправы, я окончательно запуталась. Во всяком случае, одно я сейчас знала: я определенно хотела поговорить со Слендером о происходящем, хотя бы увидеть его после того, что произошло в штабе «Ордена». Я не имела ни малейшего понятия, когда он вернется и вернется ли вообще — и это ввергало меня не в меньшую депрессию, чем воспоминания о потерянных родных.

Перед тем как уйти и оставить меня свыкнуться с этим шквалом мыслей, Трендер показал мне одежду, что была припасена для меня в шкафу Слендера и ванную комнату, что отличалась от моей бывшей лишь размером — она была больше.

Я поблагодарила безликого. Тот ответил, что зайдет за мной вечером, чтобы показать кухни и еще некоторые комнаты. Как только он ушел, я быстро приняла душ, переоделась в более легкую одежду и плюхнулась на кровать, что с самого первого момента так и манила. Погрязнув в своих мыслях, я сама не заметила, как задремала, окутанная едва уловимыми нотками запаха Слендера.

Глава 16. Безликая печаль

Как Трендер и обещал, спустя несколько часов он вернулся. Я уже какое-то время ждала его, так как неслабо хотелось есть. И все же была благодарна ему за возможность побыть немного одной, тем более после всего, что случилось. Мой разум терзало немало вопросов, некоторые вещи оставались для меня закрытой книгой. И все же было одно, что грело душу. Вероятнее всего именно Слендер устроил Агнессе взбучку. В душе таился червячок злорадства.

Когда Трендер вошел в комнату, я, лежа на кровати, пялилась в потолок, погруженная в водоворот собственных мыслей. Он молча подошел к подножью кровати и взглянул на меня внимательнее. Видимо проверял, не задремала ли я. В этот момент я села, перекрестив ноги, и оказалась лицом к лицу с ним. Модник едва уловимо улыбнулся.

— Идем. Тебе поесть надо бы.

Я лишь кивнула и, поднявшись с кровати, направилась в сторону распахнутой двери. Безликий последовал за мной. Мы спустились на этаж ниже и, преодолев обставленное мягкой мебелью фойе, свернули направо. За дверью, что распахнул передо мной Трендер, находилась впечатляющих размеров кухня. Она была обставлена столешницами из шоколадного цвета дерева. Раковина же была такая же, как и в ванной комнате Слендера. На некоторых из столешниц стояли вазы со свежими, как ни странно, цветами.