Фандом: Гарри Поттер. Гермиона и Северус неплохо «поиграли» друг с другом, но ничего так просто не заканчивается в этом мире. Рано или поздно наступает момент, когда точки над«i» должны быть расставлены.
Добавить в моё избранное
20 мин, 23 сек 5802
Поступок был рисковый — он не знал, как отреагирует та на столь неожиданное вторжение. Но удача улыбнулась — Гермионы внутри не оказалось, точнее, она была в ванной комнате. На кресле лежала её одежда, и, заметив это, Снейп ухмыльнулся — что-то сильно он сомневался в том, что Гермиона взяла с собой что-нибудь взамен. А значит, в скором времени сюрприз ждал их обоих. Ожидая хозяйку кабинета, Северус подошел к её рабочему столу и стал изучать разложенные на нём пергаменты.
Душ принес неимоверное облегчение, смыв и остатки хмельного опьянения, и пошлые мысли. Выключив воду, Гермиона почувствовала себя бодрой и полной сил. Подсушив волосы полотенцем, она замотала его у себя на голове и, взяв ещё одно, побольше, вышла в кабинет. Единственное неудобство — другой одежды она тут не держала, а значит, нужно было одевать ту, в которой была. Подойдя к креслу, она перекинула полотенце через плечо и задумалась о том, не постирать ли сразу всё, а потом высушить заклинанием.
— А в случае повышенной чувствительности кожи желательно применять специальные гели и смазки, — вдруг прозвучало в тишине кабинета. — Интересные, однако, у вас экскурсии, мисс Грейнджер.
Услышав столь знакомый голос, Гермиона вздрогнула и сдавленно вскрикнула, а в следующее мгновение уже прикрылась полотенцем, схватила с кресла палочку и послала заклинание в сторону незваного гостя. Она не стала спрашивать ни «Что вы здесь делаете?», ни «Как вы сюда попали?». Главное было то, что Снейп всё-таки провел её, обманул по-слизерински хитро и коварно. И цель его прихода тоже была понятна. Но позволять ему достичь её она тоже не собиралась. И поэтому, в то время пока Снейп отбивал первое заклинание, Гермиона отправила в него ещё одно, а затем ещё и ещё. Она видела, что некоторые он нейтрализует, другие отбивает в стороны с помощью Протего, вследствие чего книжный шкаф уже разлетелся обрывками страниц. Сам же Снейп не атаковал, но, даже видя это, Грейнджер не останавливалась — мерзавец должен был получить сполна за то, что сделал Гермиону своей игрушкой. А больше всего ей хотелось стереть с лица зельевара эту улыбку, с которой он постепенно приближался к ней. И для этого обширные знания Гермионы пришлись очень кстати.
Парируя её выпады, Северус с удовольствием отмечал, что Гермиона была очень искусной волшебницей, виртуозно владеющей волшебной палочкой, и, если бы она действовала сейчас более хладнокровно, то ему пришлось бы достаточно туго. А ещё Гермионе явно не хватало дуэльной или боевой практики — слишком уж она прямолинейно действовала. Хотя, насколько он мог судить по личному опыту, гриффиндорцы не были такими уж любителями финтов и ложных выпадов, как слизеринцы. Там, где одни брали хитростью, другие брали мощью. И её у Гермионы было предостаточно. Блокируя щитом очередное заклинание, Снейп слегка пошатнулся. Заметив это, Гермиона внутренне возликовала и тут же послала ещё одно, сильнее предыдущего. А когда Снейп, вновь блокируя, несколько отвлекся, пытаясь восстановить окончательно утраченное равновесие, «схватила» волшебной палочкой с каминной полки фарфоровую статуэтку и запустила в него, а следом добавила магией.
Подыграть Гермионе Снейпу было несложно, гораздо сложнее — не дать рефлексам защитить тело от столкновения с летящим в него предметом. Он мог достаточно быстро нейтрализовать Гермиону, но заканчивать их уже порядком затянувшуюся дуэль силовыми средствами не входило в его планы. Не за этим он сюда пришел. Отразив летящие в него заклинания, Северус сумел заставить себя «не заметить» запущенную в него фигурку, и та угодила ему в щёку, частично зацепив и губу.
Гермиона видела, как от сильного удара голова Снейпа мотнулась в бок, а когда он вновь посмотрел на нее, то на губе уже выступила капелька крови. Это зрелище несколько отрезвило мисс Грейнджер.
«О, нет, — промелькнуло в её голове, — А если бы фигурка была чуть потяжелее, да в висок?! Неужели я была готова его убить?»
Пораженная случившимся, она опустила руки и несколько подалась вперед, чтобы, если и не извиниться, то хотя бы помочь. И тогда Снейп, добившись таким образом паузы в магическом сражении, отбросил свою волшебную палочку и, резко сократив разделявшую их дистанцию, заключил Гермиону в свои объятия, впившись в её губы поцелуем.
Человеку свойственно помнить первый поцелуй. Не только первый в жизни, но и вообще, когда впервые целуешь того, кто «завладел» твоим сердцем. Эти ощущения ни с чем не спутать и их ничем не заменить. Они всегда разные. Снейп никогда не лгал себе ни раньше, ни сейчас. И, чувствуя вкус губ Гермионы, он понимал, что больше ни один поцелуй в его жизни не сравнится с этим моментом, и никто другой уже не вызовет в его душе таких чувств.
В тот день, когда Драко прибежал к нему с разбитым носом, Северус впервые посмотрел на «гриффиндорскую выскочку» с другой стороны. Оказывается, та была способна не только тянуть руку вверх, создавая конкуренцию его факультету.
Душ принес неимоверное облегчение, смыв и остатки хмельного опьянения, и пошлые мысли. Выключив воду, Гермиона почувствовала себя бодрой и полной сил. Подсушив волосы полотенцем, она замотала его у себя на голове и, взяв ещё одно, побольше, вышла в кабинет. Единственное неудобство — другой одежды она тут не держала, а значит, нужно было одевать ту, в которой была. Подойдя к креслу, она перекинула полотенце через плечо и задумалась о том, не постирать ли сразу всё, а потом высушить заклинанием.
— А в случае повышенной чувствительности кожи желательно применять специальные гели и смазки, — вдруг прозвучало в тишине кабинета. — Интересные, однако, у вас экскурсии, мисс Грейнджер.
Услышав столь знакомый голос, Гермиона вздрогнула и сдавленно вскрикнула, а в следующее мгновение уже прикрылась полотенцем, схватила с кресла палочку и послала заклинание в сторону незваного гостя. Она не стала спрашивать ни «Что вы здесь делаете?», ни «Как вы сюда попали?». Главное было то, что Снейп всё-таки провел её, обманул по-слизерински хитро и коварно. И цель его прихода тоже была понятна. Но позволять ему достичь её она тоже не собиралась. И поэтому, в то время пока Снейп отбивал первое заклинание, Гермиона отправила в него ещё одно, а затем ещё и ещё. Она видела, что некоторые он нейтрализует, другие отбивает в стороны с помощью Протего, вследствие чего книжный шкаф уже разлетелся обрывками страниц. Сам же Снейп не атаковал, но, даже видя это, Грейнджер не останавливалась — мерзавец должен был получить сполна за то, что сделал Гермиону своей игрушкой. А больше всего ей хотелось стереть с лица зельевара эту улыбку, с которой он постепенно приближался к ней. И для этого обширные знания Гермионы пришлись очень кстати.
Парируя её выпады, Северус с удовольствием отмечал, что Гермиона была очень искусной волшебницей, виртуозно владеющей волшебной палочкой, и, если бы она действовала сейчас более хладнокровно, то ему пришлось бы достаточно туго. А ещё Гермионе явно не хватало дуэльной или боевой практики — слишком уж она прямолинейно действовала. Хотя, насколько он мог судить по личному опыту, гриффиндорцы не были такими уж любителями финтов и ложных выпадов, как слизеринцы. Там, где одни брали хитростью, другие брали мощью. И её у Гермионы было предостаточно. Блокируя щитом очередное заклинание, Снейп слегка пошатнулся. Заметив это, Гермиона внутренне возликовала и тут же послала ещё одно, сильнее предыдущего. А когда Снейп, вновь блокируя, несколько отвлекся, пытаясь восстановить окончательно утраченное равновесие, «схватила» волшебной палочкой с каминной полки фарфоровую статуэтку и запустила в него, а следом добавила магией.
Подыграть Гермионе Снейпу было несложно, гораздо сложнее — не дать рефлексам защитить тело от столкновения с летящим в него предметом. Он мог достаточно быстро нейтрализовать Гермиону, но заканчивать их уже порядком затянувшуюся дуэль силовыми средствами не входило в его планы. Не за этим он сюда пришел. Отразив летящие в него заклинания, Северус сумел заставить себя «не заметить» запущенную в него фигурку, и та угодила ему в щёку, частично зацепив и губу.
Гермиона видела, как от сильного удара голова Снейпа мотнулась в бок, а когда он вновь посмотрел на нее, то на губе уже выступила капелька крови. Это зрелище несколько отрезвило мисс Грейнджер.
«О, нет, — промелькнуло в её голове, — А если бы фигурка была чуть потяжелее, да в висок?! Неужели я была готова его убить?»
Пораженная случившимся, она опустила руки и несколько подалась вперед, чтобы, если и не извиниться, то хотя бы помочь. И тогда Снейп, добившись таким образом паузы в магическом сражении, отбросил свою волшебную палочку и, резко сократив разделявшую их дистанцию, заключил Гермиону в свои объятия, впившись в её губы поцелуем.
Человеку свойственно помнить первый поцелуй. Не только первый в жизни, но и вообще, когда впервые целуешь того, кто «завладел» твоим сердцем. Эти ощущения ни с чем не спутать и их ничем не заменить. Они всегда разные. Снейп никогда не лгал себе ни раньше, ни сейчас. И, чувствуя вкус губ Гермионы, он понимал, что больше ни один поцелуй в его жизни не сравнится с этим моментом, и никто другой уже не вызовет в его душе таких чувств.
В тот день, когда Драко прибежал к нему с разбитым носом, Северус впервые посмотрел на «гриффиндорскую выскочку» с другой стороны. Оказывается, та была способна не только тянуть руку вверх, создавая конкуренцию его факультету.
Страница 4 из 6
