Не тот, кем кажется

— Я постоянно слышал это в свой адрес, когда был ребёнком… Я всё детство был самым слабым на детской площадке, и остальные этим пользовались. Я постоянно приходил домой побитый. Отец вечно сердился на меня, а потом отдал в боксёрскую секцию. Поначалу было очень тяжело, я обижался на отца, думал, он издевается надо мной. Но потом понял, что он хотел сделать из меня мужчину, а я только зря сердился на него, — Стэн вздохнул, видимо, вспомнив что-то. Сзади скрипнула дверь другого воспоминания, но Диппер не стал оборачиваться и смотреть, ему хватило разных воспоминаний на этот день.

— Вот поэтому я и строжу парня. Он должен быть мужиком, а не чёрт знает чем. Потому что однажды ему нужно будет дать сдачи, и он должен быть в состоянии это сделать.

— И что, думаете, ваш метод работает? — спросил Зус.

— А сам как думаешь? — хмыкнул Стэн, указывая на Диппера из воспоминания; тому как раз удалось расколоть одно особенно вредное полено.

— Делает успехи. Я горжусь им. Только не говори ему, а то зазнается слишком.

Настоящий Диппер от неожиданности и неверия подался вперёд, от чего случайно провалился в воспоминание и, к своему удивлению, привлёк к себе внимание Стэна.

— Эй, что это ты тут делаешь? — дядя Стэн удивлённо посмотрел на Диппера. — Прикольная дырка, кстати. Давай-ка заделаем её.

С этими словами Стэн указал пальцем на дыру в груди Диппера, проделанную ранее Биллом, и та прямо на глазах исчезла.

— Ч-что? Но как? — Диппер от удивления не мог и двух слов связать.

— Воображение, парень! Используй воображение. Мы же в голове, а тут возможно абсолютно всё.

Но тут до них донеслись крики, и Диппер вспомнил, что оставил Мэйбл и Зуса одних с демоном. Скомканно попрощавшись, он рванул обратно в коридор и довольно быстро нашёл сестру и друга — не заметить огромную каменную глыбу было сложно. Билл был в ярости от того, что его план провалился, и теперь издевался над Мэйбл и Зусом.

К счастью и некоторому удивлению Диппера, справиться с Биллом оказалось легче, чем они думали. Немного настораживало, что он не стал бороться до последнего, а предпочёл просто уйти, но серьёзно задуматься об этом Диппер не успел. Едва они вернулись в реальность, в соседней комнате раздался грохот. Оказалось, что Гидеон решил применить силу и просто взорвал сейф, чтобы добраться до документов на Хижину. Почти сразу же Пайнсов вытолкали на улицу под дождь, а отец Гидеона уже во всю подгонял к Хижине строительную технику.

— И что нам теперь делать? — Мэйбл изо всех сил сдерживала слёзы, наблюдая, как из окон дома выкидывают их вещи.

— Пойдёмте ко мне для начала, — предложил Зус. — Там сухо.

Уже поздно вечером, лёжа на раскладушке у Зуса дома, Диппер никак не мог заснуть. Он пытался поймать всё время ускользающую от него мысль, что-то его беспокоило, но он никак не мог понять, что именно. Увиденные им воспоминания дяди Стэна не выходили у него из головы. Было так странно видеть, что его в юности так жестоко избивали, да не одного, а вместе с каким-то его приятелем. И тут он внезапно понял, что его смущало. Он даже не успел до конца додумать мысль и сформулировать причину своего беспокойства, а слова уже сами сорвались с губ:

— Мэйбл, а ты никогда не обращала внимание, сколько пальцев у дяди Стэна на руках?!

— Диппер, спи давай. Мне не надо обращать внимание на такую ерунду, я тебе и так скажу, что у него их по пять, как у всех.

Но, несмотря на заверения Мэйбл, Диппер понял, что не успокоится, пока сам не пересчитает у дяди Стэна пальцы на руках. И, уже засыпая, он с ужасом вспомнил, где ещё он сталкивался с шестью пальцами на руке. Именно такая ладонь была изображена на обложке найденного им дневника.

Следующие несколько дней были для всей семьи Пайнс сущим адом, так что Дипперу было некогда размышлять над своими открытиями. Но Хижину, наконец, удалось отвоевать, и Диппер приступил к расследованию. Конечно, расследованием это назвать было сложно, но Дипперу было приятно осознавать, что он, возможно, стоит на пороге очередной тайны, раскрытие которой может помочь ему в поисках автора дневника. Уговаривая себя подобным образом, он внимательно следил за дядей Стэном, стараясь рассмотреть его руки. Но пока удача была не на его стороне — в те моменты, когда Диппер действительно мог внимательно изучить дядины ладони, он всё время думал о чём-другом и забывал о своих планах. В остальное же время ему начинало казаться, что дядя Стэн о чём-то догадывается и специально прячет свои руки от него, хотя это было не так.

Настоящим шоком для Диппера стало признание Стэна, что он всегда знал об аномалиях и странностях Гравити Фоллз. После этого парень словно с цепи сорвался, стараясь узнать, сколько же пальцев у дяди на руках. Мысль, что дядя Стэн может оказаться автором дневника, его пугала, но отбрасывать её он тоже боялся.